Страница 58 из 67
Кто же из известных мне людей удовлетворяет этим критериям?
Когда я ответил на поставленный мною же вопрос, из уст моих, должно быть, вырвался вполне воспринимаемый на слух звук, так как пассажиры омнибуса с любопытством на меня уставились.
Я повернулся к окну. Увидев, что мы приближаемся к Мэйден-лейн, я отказался от первоначального намерения доехать до своей конторы, вскочил с сиденья и попросил возницу высадить меня здесь и сейчас. Спрыгнув на мостовую, я припустил во весь опор.
Глава двадцать шестая
Замечено, что всяческие перлы так называемой народной мудрости часто превращаются в штампы, в клише. Без сомнения, это относится и к старинному наблюдению, что «о книге не следует судить по обложке». Этой банальностью я полностью пренебрег, составляя мнение о Гарри Пратте, молодом клерке из конторы правоведа, нанятом Уильямом Уайэтом для чтения вслух и до полусмерти напуганном мною и Карсоном в доме его убитого нанимателя.
Не только хрупкое сложение и слабость психики ввели меня в заблуждение — сейчас я уже уверился, что жестоко заблуждался! Меня обманула также его начитанность, склонность к книгам, восторженное отношение к моим собственным творениям. Как мог столь физически хилый, столь кроткий, столь проницательный в отношении литературы человек оказаться способным на такое невероятное по жестокости убийство?
Если предположить, что я прав, допуская существование второго, неизвестного преступника, кто, кроме Пратта, соответствовал моему представлению о злоумышленнике? Доступ к квартире Уайэта, знакомство с моими трудами и, вероятно, наслышанность о моей с Картрайтом вражде…
Однако для полной уверенности в правоте моей гипотезы я нуждался в подтверждении. С этой целью я собирался посетить Пратта по месту трудовой деятельности и методом хитро расставленных вопросов загнать его в ловушку, заставить признать достаточно весомые факты, чтобы убедиться в его виновности.
Из высказываний Уайэта и самого Пратта я понял, что он работает у некоего Лоу, контора которого располагается на Мэйден-лейн. Продвигаясь по этой узкой и кривой улочке, я вскоре заметил невзрачное трехэтажное здание, кирпичный фасад которого облепило множество мелких вывесок-табличек, указывающих на занятия съемщиков. Вот, к примеру, Джордж Бриджес Браун, брачный посредник. Рядом — агент по недвижимости Генри Уиш. Далее — дантист Дж. П. Ладлоу, гравер Мирон Берт, часовщик такой-то и еще с полдюжины иных, среди которых и
АЛЕКСАНДЕР ЛОУ, ЭСКВАЙР,
ПОВЕРЕННЫЙ В ПРАВОВЫХ ВОПРОСАХ
Я взлетел по лестнице и оказался в затхлой, узкой, скудно освещенной конторской комнате, в которой восседал плотный господин средних лет. Господин этот, коего я сразу принял за самого мистера Лоу, занимал место за большим письменным столом, заваленным горами бумаг. За конторкой, чуть в стороне, трудился древних лет писарь. Скрип пера его приветствовал меня при входе. Более никаких звуков я поначалу не воспринял. Оглядевшись, я не заметил в конторе более никого. В дальнем углу находился еще один письменный стол, поменьше, и тоже заваленный бумагами. Но стул у этого стола не украшала ничья фигура.
Представившись хозяину в качестве знакомого Пратта, я осведомился о местонахождении его клерка.
— Сам удивляюсь, — с выражением легкой озабоченности на лице ответил мистер Лоу. — Я, знаете, даже несколько обеспокоен. Он утром не появился. Не похоже на него. Очень порядочный молодой человек, аккуратный и исполнительный.
— Уж не заболел ли, — высказал я предположение.
— Возможно, возможно, — охотно подхватил Лоу. — В последние дни он, знаете ли, какой-то, м-м, не такой…
— То есть?
— Трудно сказать… Как будто что-то его тревожит. Подавленный, расстроенный. Как считаете, Милбурн?
Последний вопрос Лоу адресовал писцу, не обратившему на мой приход ни малейшего внимания и продолжавшему усердно скрипеть пером.
— Весьма верно подмечено, мистер Лоу, сэр, — отозвался тот голосом, напомнившим мне шорох сухих осенних листьев. — Считаю, что весьма подавленный у него вид.
— Пожалуй, я бы его навестил… — задумчиво и как бы не вполне уверенно высказался я.
— Прекрасная мысль! — отозвался Лоу. — Я и сам подумывал, не отправить ли Милбурна в разведку, да ведь из старика уже не тот курьер. Хорошо, что хоть по лестнице утром сам взбирается. А, Милбурн?
— Истинная правда, мистер Лоу, сэр! Кое-как, кое-как… — донеслось от конторки.
Неловко было признавать, что я, знакомый Пратта, не знаю, где он проживает.
— Видите ли, мистер Лоу, я давно не посещал Гарри, боюсь, что не найду… — начал я неуверенно, боясь возбудить у хитрого законника подозрения.
Лоу, однако, сразу сообщил, что молодой человек живет на Голд-стрит, 48, совсем рядом.
— Раз уж вы к нему пойдете, может, захватите и книжку, — добавил он, указав на незанятый стол. Взглянув в направлении его жеста, я заметил на кипе бумаг тоненький томик в твердом переплете зеленой кожи.
— Если Гарри заболел, то это его развлечет, — продолжал Лоу. — Посмотрели бы вы на него во время перерыва. Сидит себе, сэндвич щиплет да хихикает над этой книжицей, каждой строчке радуется.
Я подошел к столу, взял книгу и раскрыл ее. Тот самый экземпляр «Гудибраса» Сэмюеля Батлера, за которым Гарри Пратт приходил на прошлой неделе к Уайэту. Уже собираясь закрыть книгу, я заметил на обороте обложки табличку с гравировкой: «Ex libris Л. Гаррисона Пратта».
— Л. Гаррисон Пратт? — удивился я вслух.
— О да, его полное имя. Л. означает Лохинвар. Придумали, тоже, имя для ребенка! Гарри его терпеть не может и никогда не употребляет.
— Должно быть, отец его страстный поклонник сэра Вальтер Скотта, — задумчиво предположил я. — Имя это принадлежит доблестному юному рыцарю, герою трогательной, хотя, к сожалению, и безнадежно устаревшей поэмы «Мармион».
— Конечно, конечно. Я вам верю. Удивительно, как только родители своих детей ни называют. Поверите, мне однажды попался клиент по имени Плотинус Плинлиммон. [32]
— Это что, — проскрипел со своей высокой табуретки мистер Милбурн. — Знал я одного парня по имени Бен Довер. [33]
— Да ну? — изумился Лоу. — Бен Довер! Ха-ха-ха!
Тут я вежливо извинился, откланялся и оставил контору.
Шагая к жилищу Пратта, я обдумывал только что полученную информацию. В резиденции Уайэта, как, конечно, помнит читатель, Карсон обнаружил в пепле крохотный фрагмент рукописи. Мы смогли различить на этом обугленном клочке бумаги две буквы: Lo. Но ведь точно так же начинается и имя Пратта! Если это так, то напрашивается предположение, что уничтоженный документ носил опасный для молодого человека характер. Пратт стремился уничтожить документ, в чем и преуспел. Уайэт же, с этим документом знакомый и содержание его прочитавший, подлежал уничтожению по той же причине. Таким образом, темная тайна Пратта осталась нераскрытой.
Менее чем через пять минут я достиг дверей дома на Голд-стрит. Четырехэтажное строение, судя по фасаду, когда-то представляло собой особняк, частную резиденцию состоятельного владельца. Теперь же, как и многие другие, дом поделили на множество квартир и закутков, в которых проживала менее респектабельная публика.
Не зная, за какой дверью искать Пратта, я постучался в несколько первых попавшихся. Одна из откликнувшихся на стук, пожилая женщина, направила меня на третий этаж, в номер пятнадцатый, где и проживал «этот приятный молодой человек», как она его охарактеризовала. Взбегая по лестнице, я получил возможность ознакомиться с букетом кухонных ароматов, в котором преобладала капуста белокочанная вареная. Обнаружив дверь Пратта, я решительно в нее постучал.
Не получив ответа, я постучал снова. С тем же результатом. Очевидно, Пратта нет дома, подумал я и весьма сильно расстроился. Машинально я взялся за ручку и повернул ее. Дверь подалась.
32
Легендарный мудрец, персонаж романа Г. Мелвилла.
33
Одиозный анекдотический персонаж времен Американской революции.