Страница 15 из 71
— Спасибо, что пришел, Антонио, — сказал Анчелотти, троекратным мановением перста дав понять служке, сколько ложек сахара ему положить. — Прошу простить меня за столь короткое письмо.
— Ну что вы, ваша светлость, не стоит извинений, — ответствовал Сантос, великодушно пожав плечами, и прикрыл рукой свой кофе, когда служка собрался добавить в него сливок. — Это я прошу извинить меня за опоздание. Карабинеры чуть ли полгорода перекрыли.
— Надеюсь, ничего серьезного? — поинтересовался Анчелотти, отряхивая с ладоней крошки.
— Мой водитель рассказал мне, что в Пантеоне нашли мертвое тело, — поспешил сообщить кардинал Симоэс, поправляя на носу очки в золотой оправе.
— Эх-хе-хе… — посетовал Анчелотти, шумно слизывая джем с большого пальца. — В непростые времена живем… Джема хотите?
— Нет, благодарю, — отказался Сантос с учтивой улыбкой. — Я никогда не завтракаю.
— Напрасно, напрасно, — укорил его Анчелотти. — Самая важная пища дня утренняя. Позвольте, у всех есть что нужно?
Убедившись, что никто ни в чем не нуждается, он жестом отпустил служек и снова повернулся к Сантосу.
— Надо понимать, вы со всеми здесь знакомы?
Сантос кивнул. Как же не знать? Кардиналы Вилло, Ньюмен, Симоэс, Пизани и Картер. Вся комиссия по надзору. Банк Ватикана.
— Ваши высокопреосвященства… — Он поприветствовал кардиналов учтивым поклоном головы. Их ответные приветствия затерялись в аппетитном хрусте свежеиспеченных круассанов.
— Антонио, мы пригласили тебя сюда как крупнейшего акционера «Банко Розалиа», — начал Анчелотти, прихлебывая кофе.
— Крупнейшего и наиболее влиятельного акционера, — снисходительно прибавил Сантос. — Ведь мы с вами призваны осуществлять помощь в финансировании промысла Господнего.
— О да, промысла Господнего. — Анчелотти сложил ладони как для молитвы, прижав их к губам. — И именно поэтому, я уверен, вы это понимаете, мы с вами должны блюсти особую бдительность.
— Боюсь, я не совсем понимаю, ваша светлость, — хмурясь, сказал Сантос и поставил чашку на стол. — Бдительность в вопросах чего?
— В вопросах репутации католической церкви, разумеется.
— Надеюсь, вы не хотите сказать, что…
— О нет, Антонио, конечно, нет, — поспешил успокоить его Анчелотти. — Но в свете известных событий… Мы должны… э-э… усерднее следить за тем, чтобы нам не задавали щекотливых вопросов.
Сантос понял, что Анчелотти говорит о знаменитом скандале 1980-х, в котором был замешан Банк Ватикана, когда его обвинили в отмывании миллиардов долларов, нажитых мафией на торговле наркотиками. Собственно, тогда и была создана комиссия по надзору.
— Но я не понимаю, какое отношение это…
— Ваши годовые отчеты просрочены почти на месяц, — вступил в разговор кардинал Вилло, и в голосе его прозвучали обвинительные нотки.
— Но я уже объяснял архиепископу Анчелотти, что дело всего лишь за некоторыми незначительными, чисто техническими вопросами, которые аудиторы…
— Мы также наслышаны об имеющихся у вас проблемах с ликвидностью, — прибавил кардинал Картер не менее резким тоном.
— Не говоря уже о проблемах с прозрачностью ваших сделок по недвижимости, — подал голос кардинал Ньюмен.
Сантос вдохнул поглубже. Ну вот, началось изгнание торгующих из храма, печально подумал про себя он. Вместо того чтобы вооружиться международным финансовым законодательством и Библией, будут теперь судить-рядить, выискивать виновных. Тоже мне, комиссия по надзору!
— Да, некоторые банки отвели свои финансовые потоки, но этого следовало ожидать в условиях мирового кризиса. И все же мы располагаем достаточным пространством для маневренности благодаря депозитам и основному капиталу. Что же касается наших сделок с недвижимостью, то здесь имеются небольшие проблемы, как и у всех, но с прозрачностью нашей деятельности за прошлый год дело обстоит более чем…
— Думаю, нам следует провести небольшую ревизию, чтобы освободить себя от волнений, возникающих в свете крайне возросшей нестабильности рынков, — осторожно, без какой бы то ни было резкости в тоне, предложил Анчелотти.
— Какую именно ревизию?
— Возможно, имеет смысл просмотреть ваши последние счета по менеджменту и картину состояния общих банковских счетов, — как ни в чем не бывало пояснил Анчелотти. — Для этого у нас есть специальная команда. Она проведет ревизию в течение нескольких недель. Вы даже не заметите, что это произошло.
Сантос молчал, смекнув, что выбора у него, похоже, нет.
— И когда вы хотите начать проверку?
— Послезавтра вас устроит? Не слишком рано? — Анчелотти непринужденно пожал плечами, но Сантос почувствовал на себе его пристальный взгляд, как если бы архиепископ ждал, какая будет реакция.
— Разумеется, нет. — В улыбке Сантоса не было ни тени колебания. — За оставшееся время я вполне успею подготовить всю документацию.
— Вот и прекрасно. — Анчелотти встал, тем самым давая понять, что встреча окончена, и через стол протянул ему руку. — Я знал, что вы поймете нас правильно. Кстати, в следующем месяце мы ждем выступления ансамбля «Моцарт рецитал» у нас в Санта-Сабине. Ваше присутствие желательно.
— Польщен приглашением, ваша светлость. — Сантос улыбнулся. — Только, пожалуйста, уточните дату. Ваши высокопреосвященства, разрешите откланяться…
Через несколько минут он был уже на улице под дождем. Сердито расслабив ворот сутаны, он откупорил баночку с алкогольным лакричным напитком и сделал два торопливых глотка, потом достал телефон и, дождавшись ответа на звонок, заговорил гневно и торопливо:
— Мы допрыгались, чтоб вас! Анчелотти со своими дрессированными мартышками собирается устроить в банке аудит… Не знаю, что им известно, но явно что-то они знают. А если даже и нет, то в считанные дни все выяснят… В общем, мне надо все подчистить. Если я это сделаю, какая будет моя доля? Нет, недвижимость не надо. Только наличные, какие мне удастся выцепить к концу недели… Сколько?! — Он грязно выругался, чем тотчас привлек к себе укоризненные взгляды двух проходивших мимо монахинь. — Да это что за цифра? — зашептал он в трубку. — Ее же не хватит даже на половину… Подожди, я сейчас перезвоню. — Он переключился на другую линию. — Pronto?
— Все готово, — сообщил грубый голос в трубке.
— Ты уверен? — Сантос укрылся от дождя на первом попавшемся крыльце.
— Я же говорю, все готово, — повторил грубый голос и бросил трубку.
Улыбаясь, Сантос, довольный осенившей его идеей, не спешил переключаться на первую линию. Глотнул еще напитка из алюминиевой баночки, пока идея разрасталась в голове и принимала более четкие очертания. Не блестяще, конечно, но почему бы нет? Ясное дело, придется приложить кое-какие усилия, зато если получится… сербы оторвут это с руками. Ведь подобного рода вещи — это их конек.
— Подайте немного мелочи!..
Перед ним возник нищий — замызганная армейская шинелька, борода лопатой, в руках смятый стаканчик из «Макдоналдса». Сантос оглянулся по сторонам, убедившись, что улица пуста, и одним резким взмахом руки выбил стаканчик из рук попрошайки. Несколько жалких монеток со звоном рассыпались по мостовой. С жалобным стоном бедолага бросился на колени и принялся грязными пальцами собирать свои денежки из водосточной канавы.
— Тебе? Мелочи?! — Сантос злобно сплюнул. — Да мне бы самому кто подал!
Глава 15
Опрокинув табуреты, побросав фишки и недопитые коктейли, посетители казино кинулись врассыпную, толкая и давя друг друга, как перепуганное стадо.
Том пробивался к Дженнифер, и Ортиц, немного отстав от него, тоже. Дженнифер, слава Богу, была жива, только глаза широко раскрыты от шока. Том разорвал на ней блузку и обнаружил кровавую рану ниже левой груди.
— Все будет хорошо, — пробормотал он, склонившись над ней.
Она кивнула, приподняла голову, собираясь что-то сказать, но силы покинули ее.