Страница 59 из 73
« Не дай ему себя услышать ».
Только одна царапина на коже, но выглядит довольно глубокой. Рана пульсирует как сумасшедшая.
Но эта боль не худшая из тех, што мне доводилось испытывать на Арене после тяжелого боя. Я повторяю себе это снова и снова. Таким образом, удерживая над собой контроль. Мне просто нужно делать то, што уже прежде делала. Отключить свой разум от ощущений, от всего того, што испытывает тело. Заставить себя поверить, што это происходит с кем-то другим, а не со мной.
Думай о чем-нибудь другом.
Думай о Лью. Думай о том, как он выглядел, когда в последний раз видела его. Брошенный на спину лошади, связанный по рукам и ногам, словно зверь какой.
Они убили моего отца. Они забрали моего брата.
Это гнев, который держит меня еще на плаву.
Я чувствую тепло в животе. Везде, во всем теле.
Тепло.
Так жарко.
Как только я нагоню Эмми и остальных, я промою своё плечо и перевяжу его... И делов то, я перевяжу его... а што потом?
Мои ноги наливаютца тяжестью. Такое ощущение, што их што-то держит. Нельзя останавливатца, нужно идти. Нужно добратца...а куда я иду? Ох, ну да. За Лью, именно за ним. Но мне просто нужно присесть и чуток отдохнуть. Всего на секундочку.
Я опускаюсь.
Ночь. Должно быть прохладно, но я ужасно потею. Я собираюсь рукавом стереть влагу... но не могу поднять руку. Теперь я спомнила. Моё плечо. Должно быть... заражение.
Должна найти Лью.
Я просто так... устала. Должно быть... лягу... отдохну...
* * *
Мне пять лет. Солнечный денек. Я на берегу Серебряного озера. Я сама по себе. Легкий ветерок колышет мои волосы. Вода в озере тихо плешетца, расходитца кругами. Я присела на корточки и пускаю плоские камушки по глади воды, все белые, один за другим. Я считаю, когда запускаю следующий.
Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь!
На меня падает тень. Я смотрю вверх. Это Па. Он всегда так делал, когда я была маленькой. До того, как Ма умерла. Густые черные волосы, улыбающиеся глаза, сильный, красивый.
— Семь, Па! Погляди на это!
Он сидит на корточках рядом со мной. И берет меня за руку.
— Ты им нужна, Саба, — говорит он. — Лью и Эмми. И другим тоже. Будут и другие, которые пойдут за тобой, их много, а ты должна будешь поднятца и повести их. Не поддавайся страху. Будь сильной, такой, какой я знаю тебя. И никогда не сдавайся, поняла, никогда. Щто бы ни случилось.
Я улыбаюсь ему.
— Я не сдамся, — говорю я. — Я не привыкла отступать, Па.
— Умница, моя девочка, — говорит он.
А затем он исчезает. Вот так просто. Растворяетца в воздухе.
— Па! — я подскакиваю на ноги. — Куда ты, Па? Вернись!
Его голосом даноситца до меня эхом.
— Умница, моя девочка, моя девочка, девочка.
Всё тише и тише.
— Па!
Я смотрю по сторонам, отчаянно пытаясь найти его. Но он исчез. Серебряное озеро пересохло. Нога под моими ногами и повсюду насколько я могу охватить взглядом, даль высохла и растрескалась.
Тьма. Голоса. Злость. Крики. И больше я не слышу ни слова.
Затем все стихает.
* * *
Вспышка света. И Эпона. Она стоит одна. Вокруг неё повсюду темнота.
Я слышу только своё сердцебиение. Стук, стук, стук.
Эпона оглядываетца себе через плечо, как будто она видит што-то позади себя. Потом вновь поворачиваетца. Она видит меня. Она кивает.
Всё происходит медленно. Так медленно, што я могу увидеть, как она моргает. Я могу разглядеть все подробности, как она вдыхает и при этом как шевелятца её губы.
Стук, стук, моё сердце бьетца.
Она начинает бежать ко мне. Она простирает руки широко в сторону и поднимает лицо. Она прыгает.
Вспышка белого света.
И мир разлетаетца на миллион кусочков.
* * *
— Джек! По-моему она очнулась! — голос Эмми.
Моё правое плечо глухо пульсирует. Я слышу потрескивание костра. Кто-то сидит на коленях подле меня. Кладет руку мне на лоб. Она мозолистая и прохладная. Моей коже приятно.
Медленно я открываю глаза. Я смотрю вверх на скалы. Я морщу лоб.
— Это пещера, — говорит Джек.
Я поворачиваю голову, штобы взглянуть на него. От отблеска огня его серебристые глаза блестят. Его кожа блестит. Он такой красивый.
— С возвращением, — говорит он.
Я поднимаю руку и касаюсь его щеки. Она теплая. Шершавая от щетины.
— Джек… — говорю я.
Он молчит. Он берет мою руку и укладывает её на одеяло.
— Я раздобуду тебе попить, — говорит он и исчезает.
— Эмми? — говорю я.
— Я здесь!
Она хватает мою руку и целует её, снова и снова.
— Эй, Эмми, — говорю я. — Ну хорош уже, я в порядке.
— Я боялась, што ты умираешь, — говорит она. — Тебя лихорадило, у тебя был жар. Ты кричала и звала Па.
— Правда? Эм... у меня были такие странные сны.
Джек возвращается
— Вот, — говорит он. Он кладет руку на мое плечо и поднимает меня. Я морщусь.
— Извини, — говорит он.
Он держит чашку у моего рта, пока я пью.
— Горько, — говорю я и корчу недовольное лицо.
— Кора ивы, — отвечает он. — Помогает снять жар. Сам варил.
Он заставил меня всё выпить.
Моё правое плечо туго перебинтовано разорванной на полосы рубашкой.
— Насколько всё плохо? — спрашиваю я.
— Намного лучше, чем было, — говорит он. — Мы промыли рану и приложили припарку, чтобы вытащить инфекцию. Тот червь глубоко тебя порезал. Надо бы зашить, но нам пришлось ждать, пока рана очиститца.
— Ты была в отключке два дня, — говорит Эмми.
— Два дня! — удивляюсь я.
Я резко сажусь и сбрасываю одеяло, но Джек останавливает меня. Аккуратно, укладывая меня обратно, и вот я уже снова лежу.
— Не может быть, — говорю я. — Это означает, што у нас всего... когда середина лета?
Он с Эмми переглядываютца.
— Сегодня ночью, — говорит она.
— Нет! Который час? — Я попыталась снова сесть, но Эмми остановила меня. — Я должна попасть туда!
— Всё нормально, — говорит Эмми, — у нас есть время.
— Мы на месте, — говорит Джек.
— Што...? — не понимаю я. — Што ты имеешь в виду... говоря, што мы на месте?
— Поля свободы, — говорит она. — Саба мы на Полях свободы.
— Они по другую сторону от этого холма, — говорит Джек.
Он поднимаетца и подходит к костру. Начинает там што-то делать, снимает с огня котелок и што-то раскладывает вокруг, но я не вижу што.
— Я не понимаю, — говорю я. — Как мы сюда попали?
— Ты бухнулась в обморок, еще на озере, — говорит Эмми. — Тебя Джек нашел. Он нес тебя всю дорогу, пока не настиг нас. Ты бы уже была мертва, если бы не он. Правда, Джек?
Он ворчит.
— Он не позволил никому прикасаться к тебе, — говорит она. — Затем он погрузил тебя на Гермеса, и мы просто продолжали идти, пока мы не добрались до этого места.
— Гермес? — переспрашиваю я. — Но мы же отпустили лошадей. За это время они должны быть далеко отсюда.
— Только не Гермес, — говорит Эмми. — Он ждал нас. Тебя.
— Напомни мне поблагодарить его, — сказала я и откинулась назад. — Мы добрались вовремя, — прошептала я. — У нас вышло.
— Были на волосок от смерти, — говорит Джек.
— А где все остальные? — спрашиваю я.
— Снаружи, — отвечает он. — Они делают кое-что, что может понадобитца.
— Они готовят стрелы, — говорит Эмми.
— Мне нужна помощь, — говорю я.
— Ты сможешь помочь через минуту, — говорит Джек. — Как только я заштопаю твою рану.
— Нет времени, — говорю я.
— Здесь у тебя нет выбора, — говорит он.
Он начинает продергивать тонкий кетгут* через тонкую костяную иглу.
Эмми говорит:
— Видела бы ты, как они бросились все наутек, когда Джек спросил, кто хорошо из них штопает.
— Трусы, — говорит Джек. — Все они.
— Айк сказал, што только дурак посмеет прикоснутца к такой колючке как ты, — говорит Эмми.