Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 72 из 78

— Поразительное воображение, — заключила архангел, но голос выдавал ее измождение, а я поняла, что Патч что-то задумал.

— Ты не дослушала до конца, — сказал он. — Готов поспорить, Хэнк предал Чонси. А затем он предал архангелов. Начиная с гибели Чонси и по сей день, он пользуется дьявольской силой. И архангелы хотят вывести его из игры прежде, чем он сообщит кому-то подробности. И они хотят вернуть дьявольскую силу туда, где ей место — в ад. Здесь мой выход. Я прошу архангелов вмешаться в планы смерти еще один раз. Позвольте мне убить Хэнка. Он унесет все знания о дьявольской силе с собой в могилу. И если моя версия верна, а я полагаю, я попал в самую точку, то и ты, и другие архангелы хотите именно этого. Хотя, конечно, у тебя есть и свои причины желать Хэнку смерти, — добавил Патч многозначительно.

— Ладно, давай представим на минуту, что архангелы могут манипулировать смертью. Я бы не могла принять такое решение в одиночку, — заявила она. — Оно должно быть принято единогласно.

— Так давай вынесем это на обсуждение.

Архангел развела руками.

— Если ты вдруг не заметил, я сейчас не в совете. Я не могу попасть отсюда туда. Я не могу летать. Я не могу позвонить домой, Джев. И пока я проклята дьявольской силой, я — невидимая точка на их радарах.

— Мощь ожерелья сильнее дьявольской силы.

— У меня нет ожерелья, — ответила она устало.

— Ты воспользуешься моим. Поговоришь с архангелами. Передашь им мое предложение, а затем вы проголосуете. — Он достал свое ожерелье из кармана и расстегнул его для нее.

— Откуда мне знать, что это не уловка? Откуда мне знать, что ты не заставишь меня отвечать на твои вопросы?

— Ты не можешь знать. Все, что у тебя есть в данный момент, — это доверие.

— Ты просишь меня довериться известному предателю. Изгнанному ангелу. — Она встретилась с ним взглядом, изучая его лицо, непроницаемое, словно полночное озеро.

— Это было в прошлой жизни, — ответил он тихо, вновь раскрыв для нее ожерелье. — Повернись, и я застегну его.

— Доверие, — повторила она тихо.

Судя по глазам, она взвешивала имеющиеся у нее альтернативы: довериться Патчу или решать свои проблемы самостоятельно.

Наконец она развернулась и приподняла волосы.

— Надевай.

Глава 32

От осознания, что руки Патча обнимают меня за талию, дыхание мое пришло в норму. Мы сидели на полу в его спальне, и я прислонилась спиной к его груди. Он бережно укачивал меня, шепча успокаивающие слова мне на ухо.

— Значит, это правда, — сказала я. — Я действительно убила Чонси. Я убила Нефилима. Бессмертного. Я убила кого-то. Косвенно, но все же. Я убила.

— Твое самопожертвование должно было убить Хэнка.

Я тупо кивнула. — Я видела, как ты говорил это архангелу. Я видела все. Ты использовал Гейба, Иеремию и Доминика, чтобы освободить склад и ее от нефилимов.

— Да.

— Гейб догнал Хэнка и заставил его присягнуть на верность?

— Нет. Он бы это сделал, но я добрался до Хэнка первым. Я был не совсем честен с Гейбом, позволив ему думать, что отдам ему Хэнка, а сам привел Дабрию, которая ждала снаружи. Когда Хэнк появился, она схватила его. Вернувшись сюда и обнаружив, что ты ушла, я решил, что он добрался и до тебя. Тогда я позвонил Дабрии и привез Хэнка сюда, чтобы допросить его. Прости меня за Дабрию, — извинился он, — Я взял ее с собой, потому что мне наплевать, что с ней может случиться. Она ничто для меня, а ты нет.

— Я не сержусь, — ответила я.

Дабрия беспокоила меня сейчас меньше всего. У меня была проблема и посерьезней, и она грызла меня изнутри.

— Архангелы проголосовали? Что теперь ожидает Хэнка?

— Прежде чем проголосовать, они хотели поговорить со мной. Учитывая все, что произошло, они мне не доверяют. Я сказал им, что если они позволят мне убить Хэнка, то им не придется больше беспокоиться о дьявольской силе. Также я напомнил, что если Хэнк умрет, ты станешь лидером его армии Нефилимов. И пообещал, что ты остановишь войну.





— Любой ценой, — подтвердила я, нетерпеливо кивнув. — Я хочу, чтобы Хэнк умер. Голосование было единогласным?

— Они хотят, чтобы этот бардак закончился. Они дали мне зеленый свет на все, что касается Хэнка. У нас есть время до восхода солнца. — Именно тогда я заметила на полу рядом с его ногой пистолет.

Он продолжил: — Я обещал, что не отниму у тебя право разделаться с ним, и если ты по-прежнему хочешь этого, то я не стану возражать. Но не могу позволить тебе пойти туда вслепую… Смерть Хэнка будет всегда преследовать тебя. Ты не сможешь отмотать все назад, и никогда об этом не забудешь. Яубью его, Нора. Ясделаю это, если ты разрешишь мне. Выбор за тобой, а я в любом случае буду стоять рядом, но хочу, чтобы ты была готова.

Я не отступила и подняла пистолет.

— Я хочу увидеться с ним. Хочу посмотреть ему в глаза и увидеть в них сожаление, когда он осознает, что ему не оставили выбора.

Меньше чем через мгновение Патч кивнул, соглашаясь с моим решением.

Он повел меня в потайной коридор. Свет исходил лишь от закрепленных на стене факелов, они то вспыхивали, то гасли. Их пламя освещало только первые несколько футов коридора, а за ними я ничего не могла разглядеть сквозь удушливую черноту.

Я шла за Патчем все дальше и дальше, коридор, плавно изгибаясь, вел нас по склону вниз. Наконец мы увидели дверь. Патч дернул железное кольцо, и она распахнулась перед нами.

Хэнк был наготове. Как только мы вошли, он бросился на Патча с кулаками. Но цепи, которыми он был прикован, ограничивали его движения.

Со сдавленным смешком, который, как мне показалось, прозвучал с излишней истеричностью, он сказал:

— Не обманывай себя, полагая, что это сойдет тебе с рук. — Его глаза блестели в равной степени и убеждением, и ненавистью.

— Как ты полагал, что сможешь одурачить архангелов? — последовал ответ Патча.

Хэнк подозрительно прищурился. Его взгляд наткнулся на пистолет в моей руке, лишь сейчас заметив его.

— Что это? — спросил он по-настоящему жутким голосом.

Подняв пистолет, я нацелила его на Хэнка. И испытала удовлетворение, видя, как на его лицо попеременно ложится то тень сомнения, то враждебности.

— Кто-нибудь объяснит мне, что происходит? — рявкнул он.

— Твое время истекло, — ответил ему Патч.

— Мы заключили свое собственное соглашение с архангелами, — сказала я.

— Какое соглашение? — зарычал Хэнк, каждое его слово было пронизано яростью.

Я выбрала мишенью его грудь.

— Ты больше не бессмертен, Хэнк. В конечном итоге, смерть всегда стучится в двери.

Он издал краткий недоверчивый смешок, но жуткий блеск в его глазах дал мне понять, что он поверил мне.

— Мне интересно, на что будет похожа твоя следующая жизнь, — прошептала я. — Интересно, хотя бы сейчас ты жалеешь о том жизненном пути, который избрал? Оглядываешься ли на каждое свое решение и пытаешься ли понять, когда совершил роковую ошибку? Вспоминаешь ли о несчетном количестве людей, которых использовал и которым навредил? Помнишь ли имена каждого из них? Стоит ли у тебя перед глазами лицо моей мамы? Я надеюсь на это. Надеюсь, что ее лицо будет преследовать тебя. Вечность — это очень долго, Хэнк.

Хэнк рвался вперед настолько яростно, что я подумала: цепи могут не выдержать.

— Я хочу, чтобы ты запомнил мое имя, — сказала я Хэнку. — Хочу, чтобы запомнил, что я сделала для тебя то, что ты должен был сделать для меня — проявить чуточку милосердия.

Дикое, мстительное выражение его лица вдруг исчезло, сменившись настороженным размышлением. Он был умен, но я сомневалась, что он так сразу разгадал мои намерения.

— Я не встану во главе поднятого тобой восстания нефилимов, — продолжила я. — Потому что ты не умрешь. Более того, ты проживешь даже чуть дольше. Разумеется, жить ты будешь отнюдь не в Ритце. Если только Патч не собирается повысить статус этой камеры до его уровня.