Страница 55 из 66
Я гоняла ложечкой кофе в чашке.
- Помнишь насчет Головы и Хвоста?
- Вик, я не поверю, что ты держишь эту школьную дребедень за жизненное кредо. Я пожала плечами.
- Тем не менее. Может, потому моя жизнь и похожа на анекдот.
Хилари кивнула.
- А ведь мне ты так и не рассказала обо всей этой лесбийской истории, - сказала я наконец.
- Бисексуальной истории, - поправила она.
- Все равно.
Она вздохнула.
- Ладно. Постараюсь как можно проще.
- Это потому, что я - бесчувственная, неполиткорректная дубина?
- Потому, что все это чертовски запутано.
Хилари махнула официанту и выразительно указала на свою чашку, состроив мину "можно добавки?", как в "Оливере Твисте".
- Если не хочешь, можешь не рассказывать.
- Да нет, просто ты сидишь тут, высунув язык, будто вуайеристка какая.
- Извини.
- История со мной и Натали ничуть не пикантнее, чем история с тобой и Лаймом.
- Догадываюсь, - кивнула я.
- Просто впервые за целый год кто-то ухаживал за мной, кто-то заботился обо мне, понимаешь?
- Угу.
- Я никогда не думала, будто Натали - любовь всей моей жизни, а она не думала так обо мне. Но вот что я тебе скажу: быть с женщиной... - она кивнула, словно соглашаясь сама с собой. - В этом есть все преимущества...
- Хм-м.
- Это вовсе не та чушь насчет секса, хотя все только об этом и говорят.
- Я об этом не думала.
- Впрочем, если хочешь знать, нам было неплохо.
- Ну, об этом я не спрашивала.
Официант принес кофе, и Хилари кивком поблагодарила его.
- Когда двое в постели и у каждого словно знак "ученик за рулем", тогда все становится как надо. Чувствуешь себя как на празднике.
- Лучше, чем притворяться, будто знаешь, что делаешь.
- Вот именно, - согласилась Хилари. - Да еще с каким-нибудь типом, у которого не жизнь, а сплошные "Девять с половиной недель".
- Вот-вот.
- Ну да. Вот так. Не знаю, то ли луна была на небе, то ли мы что-то такое выпили... Или просто она все время на меня смотрела...
- Вот чего я не понимаю... - начала я.
- Чего?
- Почему я не вписываюсь в политкорректность каждый раз, когда заговариваю на эту тему?
- Не будь параноиком.
- Так вот, я не понимаю, почему именно она? Я понимаю, почему это вообще, но...
- А ты поставь себя на мое место.
- Это как?
- Представь, что я тебя спрашиваю: почему именно Лайм? Почему именно Дэн? - В голосе Хилари зазвучали покровительственные нотки. Гетеросексуальность - это понятно, но почему именно Дэн? Ты же сама говорила, что он скотина из Личхардта.
- Я влюбилась в него.
- Ага, и на небе светила луна, или вы что-то такое выпили.
- Ладно, все. Дошло. До меня дошло.
- Вот и хорошо.
Наступила пауза. Долгая пауза. Дольше, чем когда Хелена Четтл приносила клятву у алтаря.
- Я тут искала квартиру на паях в прошлый уикенд.
- А чем тебя не устраивает отдельное жилье?
- Это мне не по карману.
- А-а...
Как и все работающие небездельники, Хилари забыла, что через месяц мы с Роджером окажемся на содержании у государства, а значит, об особняках Дарлинг Пойнта можно пока не мечтать.
- Посмотрела несколько домов - ничего хорошего.
- Сказала бы мне.
- Зачем?
- Та моя смешная соседка снизу съезжает, - объяснила Хилари. Освобождается комната. Недорогая и вонючая.
- Ох... Очень вонючая?
- Ну, ее же можно выскоблить.
- И сколько?
Хилари назвала цену - чуть больше, чем запрашивал куриный паштетник.
- А посмотреть успеем?
- Н-не знаю. Если только на полной скорости туда и обратно. Мне надо на работу, забыла?
- А ты что-нибудь против имеешь?
- А как быть с домом в Чиппендейле?
- За это не беспокойся. Туда еще миллион человек заявится.
Мы расплатились по счету и ушли. Машина у Хилари устроена так, что чем быстрее она едет, тем громче шумит. Как в самолете. И на ремне безопасности, как обычно, не работала застежка.
- ТАК ТЫ ЧТО, РАЗОЗЛИЛАСЬ НА СВОЮ МАМОЧКУ? - орала Хилари, перекрывая рев автомобиля.
- НЕТ, Я РАЗОЗЛИЛАСЬ НА ДЖОДИ! - прокричала я в ответ.
- А, ИЗ-ЗА ФИЛЬМА! - вопила Хилари. - А КАК БЫТЬ С БИЛЛОМ?
- НИКАК! Я ЗАБЫЛА О НЕМ!
Это все, что у нас получилось на такой громкости; но вот наконец машина вылетела на нужную улицу.
"Вонючая комната" пряталась в самом углу первого этажа. Рядом находился чулан, так что здесь, возможно, когда-то ютился сторож.
Хилари постучала. Дверь открыла смешная женщина в бирюзовом стеганом халате и в желтых тапочках, которые когда-то, видимо, были белыми. Она смотрела шоу Опры. Бедняжка.
- Я слышала, вы съезжаете.
Таким сладким голоском Хилари разговаривает с родителями в библиотеке.
- Да, переезжаю к племяннику.
- Ой, как хорошо. Моя подруга Виктория спрашивает, нельзя ли взглянуть...
- Конечно, проходите.
Мы вошли и втроем заняли всю комнату целиком. В клетке два неразлучника почему-то клевали колготки - от них, наверное, и воняло; на полу возле двери в туалет валялась не одна, а целых три щетки для унитаза.
Просто поразительно, что подобная конура может сойти за приличное жилье в Сиднее; я выпалила "согласна", прежде чем сообразила, что обращаться с этим надо совсем не к женщине в бирюзовом халате.
- У вас есть номер вашего агента? - спросила Хилари. - Или это тот же агент, что и у меня?
Смешная женщина подтвердила, что так и есть, и мы, пробормотав какие-то извинения, поднялись наверх к Хилари.
- Вот такой буду я через двадцать лет, - прошептала я Хилари, пока та отпирала дверь.
- Не будешь.
Я уселась на тахту, скинув Вирджинию Вулф, а Хилари поставила кофе на плиту.
В ее квартире я не была целую вечность. На полу, там, где обычно валялись журналы, теперь лежала какая-то феминистская дребедень, но никаких других признаков "Женского кружка" я не заметила.
- Так ты согласна? - спросила Хилари.
- Я у этой комнаты на часах стоять буду.
- Эти щетки для унитаза...
- Ими рисовать можно.
- Я то же самое говорила, когда сюда въезжала.
Она была права. Если я поселюсь в квартире той смешной женщины, она останется такой же, как и была, только плюс еще несколько постеров, занавеска с танцующими улитками и Роджер. Ну и немножечко мистера Шина.
- Она уедет только в конце недели, так что объявления пока еще не давали, - прикидывала Хилари.
- А ты сама не против?
- С чего бы? Пусть уж лучше внизу будешь ты, чем эта дамочка со своим телевизором на пятьдесят децибелов каждый вечер.
- Бедная женщина.
- Бедная женщина.
Теперь, когда у Хилари есть Пол, невольно думала я, ей-то подобное будущее не грозит. А вот меня, как и всех прочих тридцатилетних одиноких женщин, ждет впереди именно это. Два неразлучника, три щетки для унитаза и - если повезет - сердобольный племянник.
- Перестань о ней думать, - предупредила Хилари. - Хочу кое-что сказать тебе... насчет Билла.
- Что еще с ним?
- Я сегодня разговаривала с Джоди, она сказала, что они просмотрели всю оставшуюся пленку с его эпизодом. Так вот это настоящий гимн Виктории Шепуорт.
Мне понадобилось некоторое время, чтобы осмыслить услышанное.
- Правда?
- Правда, - сказала Хилари. - Я из Джоди клещами вытаскивала. Она не хотела тебе рассказывать, боялась, ты расстроишься.
- Может, и расстроилась.
- Нет. Ты заинтересовалась. Я же вижу.
- Ничего подобного!
Тоже мне. Свершилось, видите ли, чудо, нашелся какой-то любитель рафтинга, похожий на Андре Превена и согласный лежать у Хилари на коленях, и она теперь готова переженить всех на свете. Ну, я на это не попадусь.
- Билл - извращенец.
- Да, но о тебе он говорил замечательно. Ладно, мне пора на работу. Тебя подбросить?
Я еще даже не принималась за кофе, но не могут же бездельники ломать график работы библиотек. И мы кратчайшей дорогой помчались ко мне; Хилари превышала скорость везде, где только можно.