Страница 2 из 17
Франческа понизила голос и проговорила, прикрываясь рукой:
— У него ведь нет настоящих останков твоего отца, не так ли?
Ретта снова закрутила крышку бутылки, желая, чтобы тысячи мерзких вещей обрушились на голову Вэлкана. Включая бубонную чуму и мор, которые вызовут усыхание и увядание определенной части его тела.
— Это возможно. В конце концов, Вэлкан убил его, и он, вероятно, был единственным, кто его похоронил. Хотя сомневаюсь, что у него есть его голова, учитывая, что он отдал ееврагам моего отца.
Она сжала бутылку еще сильнее.
— Будь он проклят! Сначала он дал Стокеру эту смехотворную книгу, затем эти туры, потом рестораны и отели Дракулы и теперь это. Клянусь, и Бог свидетель, я достану топор и убью его раз и навсегда.
Светло-голубые глаза Франчески теплились участием. Даже несмотря на то, что она была волком в животной форме, эти глаза были очень похожи на кошачьи, когда она была человеком. Единственное, что человек Франческа делила со своей волчьей ипостасью, — ее густые, темно-каштановые волосы. И быстрые рефлексы.
— Успокойся, Ретта. Ты знаешь, что он делает это только чтобы досадить тебе.
— И у него получается.
— Расслабься, он не сделает этого.
— Чтобы отомстить мне? Конечно, сделает.
Ретта заскрипела зубами от разочарования, продолжая призывать ярость ада на его голову. Веками Вэлкан нападал на нее и ее семью.
— Я ненавижу этого человека каждой частицей своей души.
— Тогда почему ты вышла за него?
Она не хотела думать об этом. Даже спустя пятьсот лет Ретта до сих пор могла ясно вспомнить ту ночь, когда они встретились. Она возвращалась домой из женского монастыря, чтобы навестить отца, когда ее группа была атакована турками. Они убили всех кроме нее и практически преуспели в своих попытках изнасиловать ее, когда неожиданно напавшие на нее оказались обезглавлены.
Слишком напуганная, чтобы кричать, она лежала на земле, покрытая их кровью, в ожидании собственной смерти, пока не посмотрела вверх на мужчину в доспехах, который сражался с несколькими напавшими на нее турками, которые пытались сбежать.
Одетый в свои хмурые черные доспехи с золотой эмблемой змея, рыцарь, убивший ее несостоявшихся насильников, быстро закутал ее в свой отделанный мехом плащ и поднял с земли. Не сказав ни слова, Вэлкан грубо закинул ее на спину боевого коня и отвез к себе домой, где проследил, чтобы она была хорошо устроена и накормлена.
Она до сих пор помнила ощущение его свирепости, неограниченной власти, источаемой каждой частицей его тела. Вэлкан носил черный стальной шлем, который был создан так, чтобы походить на хищную птицу и внушать страх его врагам. И это пугало ее до глубины души.
Эсперетта понятия не имела о чертах его лица, пока позже ночью он не пришел проведать ее. Но не его привлекательность или его сила покорили ее, ее покорила его нерешительность. То, что этот мужчина, будучи бесстрашным и сильным перед турками, как ни странно, дрожал, когда пытался дотронуться до нее.
Это была любовь с первого взгляда. Или она так думала.
Ее сердце болело от воспоминаний. Ретта скривила губы, прогоняя их и напоминая себе, что в конце Вэлкан предал ее и убил ее отца.
— Я была молода и глупа и не имела понятия во что ввязываюсь. Я думала, он был благородным принцем. И даже не представляла, что он находился лишь в шаге от обезьяны.
Она схватила распечатанный заголовок страницы из «Yahoo! Новости», которую Франческа принесла на ленч.
— Я забираю свои слова обратно и глубоко извиняюсь перед всеми приматами на планете за то, что оскорбила их. Он не достоин быть отнесенным к царству мартышек. Он скользкий толстый слизняк.
Франческа обмакнула жареное мясо по-французски в кетчуп.
— Не знаю. Думаю, это мило, что он продолжает выкидывать все эти фокусы для того, чтобы ты приехала увидеть его.
Да, конечно.
— Он делает это не для того, чтобы я приехала. Он пытается наказать меня и отомстить моему отцу. Это не из-за нежных чувств. Это из-за беспощадности данного мужчины. Мужчины, который даже спустя пятьсот лет не может позволить моей семье упокоиться в мире. Он — животное.
Вздохнув, Ретта бросила бумагу обратно на стол и достала из своей сумочки Treo Phone.
— Что ты делаешь?
— Заказываю билет в Трансильванию, чтобы получить возможность убить его самолично. Затем я собираюсь остановить этот абсурд раз и навсегда.
Франческа фыркнула.
— Нет, ты не посмеешь.
— Еще как посмею!
— Тогда закажи два.
Ретта могла бы спросить зачем, так как оборотни Вер-Охотники могли телепортироваться, но по некоторым причинам Франческа всегда любила путешествовать с ней. Конечно, если бы Ретта была умнее, она бы попросила Франческу перенести и ее тоже, но она ненавидела путешествовать таким способом, даже несмотря на то, что это было фактически мгновенно. Может, она и бессмертна, но Ретте нравилось представлять, что она была нормальной, насколько это было возможно. Кроме того, если Вер-Охотники переносились в незнакомое место, то могли врезаться в дерево или появиться перед кем-то. Оба случая имели скверные последствия.
Она прекратила набирать номер, наблюдая за тем, как Франческа выливает побольше кетчупа.
— Зачем ты едешь?
— После всех этих лет, в течение которых я выслушивала твои разглагольствования о Принце Придурке, я хочу встретиться с ним лично.
— Хорошо, но помни — не встречайся с ним взглядом. Он высосет всю доброту прямо из костного мозга и оставит тебя таким же моральным банкротом, как и он сам.
Франческа тихо присвистнула.
— Черт побери, напомни мне не злить тебя. Я имею в виду по-настоящему. Неужели он настолько плох?
— Поверь мне. Нет никого хуже, чем он. И ты увидишь насколько я права.
Глава 2
Ретта забыла красоту своей родины. Но пока они добирались по узкому горному перевалу до отеля, где она и Франческа решили остановиться, на нее нахлынули старые воспоминания. Даже с широко раскрытыми глазами Ретта до сих пор могла видеть эту землю такой, какой она была, когда здесь не было портящих ее линий электропередач и современных зданий. Без дорог, за исключением грязных троп, протоптанных лошадьми, когда они пересекали землю Валахии по пути в деревни и Бухарест.
Боже, как ей не хватало гор ее детства. В юности она проводила бесчисленные часы, любуясь ими из окна своей кельи в женском монастыре. Вне зависимости от времени года они всегда были потрясающими — как кусочек рая, упавший на землю. Эти горы никогда не переставали увлекать ее воображение и заставляли размышлять, каково это было бы — перелететь через горы и посетить дальние страны.
Конечно, во времена ее человеческой жизни это была несбыточная мечта. С момента ее смерти она пересекла весь земной шар, пытаясь спастись от жестокости Вэлкана.
За время поездки в такси они миновали многочисленные, крытые соломой коттеджи, которые, казалось, затерялись во времени. Некоторые, она могла поклясться в этом, были здесь и пять сотен лет назад, когда она бежала из этой страны, чтобы спастись от мужа.
Она поклялась той ночью никогда не возвращаться.
Тем не менее, она вернулась. И сейчас каждая ее частица была охвачена сомнением так же, как и тогда. Ее будущее тоже было неясно. Единственное, что поддерживало ее решимость вернуться, была дружба Франчески. Франческа присоединилась к ней в Германии, когда Ретта ехала из Валахии в Париж. Они встретились на небольшом постоялом дворе, где Ретта остановилась перекусить. Внезапно, пока она обедала, обрушился жуткий ливень с ураганом. Ливень был настолько ужасен, что ее перевозчик отказался двигаться вперед, пока буря не прекратится. Из-за непогоды на постоялом дворе не оказалось свободных комнат, которые можно было снять. Франческа оказалась достаточно добра, чтобы разделить свою комнату с Реттой.
С той судьбоносной ночи они были практически неразлучны. За все эти века не было ничего, чем бы она дорожила больше, чем преданностью и остроумием подруги.