Страница 39 из 87
По дисплею Фреда пробежали статические разряды, замерцали энергетические щиты, из динамиков раздался писк, а на экране датчика движений на долю секунды возникло несколько тысяч целей, заполнивших все пространство огромного зала. Дозиметр вспыхнул красным тревожным огнем, но тут же все пришло в норму.
— Радиационный скачок, — сообщил главный старшина. — Анализ говорит о мощном потоке нейтрино, но тип излучения определить не удалось… Ничего подобного в моей базе данных нет.
— А сейчас нам ничего не угрожает? — спросила Халси, разглядывая кристалл, лежащий в ее крошечной ладони.
— Похоже на то, — сказал Фред. — Но, док…
— Нет времени спорить, — отрезала она. — Поток нейтрино пройдет сквозь скалу и выйдет на поверхность.
— Они смогут установить, где мы находимся, — поняла Келли. — Им потребуется только три корабля для триангуляции сигнала. Надо убираться отсюда… живо!
— Куда пойдем? — спросил Айзек. — Обратно, откуда пришли, или дальше?
— Из титановых шахт выхода нет, — ответил Фред. — Придется спускаться дальше.
Неожиданно пещеры содрогнулись от взрыва, только в этот раз грохот не только не стих, а, наоборот, с каждой секундой становился все громче и ближе.
Главный старшина заметил, как его тень удлиняется и становится более четкой.
Он рывком вскинул голову к источнику невыносимо яркого белого света — тот находился прямо над ними. В своде зала образовалось небольшое отверстие. Голографическая картина звездного неба померкла и распалась. Фред бросился к доктору и заставил ее отвернуться, а затем прикрыл ее голову.
Каменный потолок расплавился и начал разбегаться в стороны, словно тонкий кусочек пластмассы, попавший под пламя газового резака, — в пятистах метрах от спартанцев в пол ударил ослепительный белый столб.
Затем он столь же внезапно исчез, и зал погрузился во тьму, нарушаемую лишь лучом призрачного солнечного света, пробивающегося через разлом. Там, где белый поток соприкоснулся с полом, теперь красовалась четко очерченная воронка в пятнадцать метров глубиной.
— Что за… — пробормотала Халси.
— Энергетический излучатель, — отозвался Фред, пытаясь проморгаться. Даже мощные фильтры не смогли полностью защитить его от ослепительного света. — Такое оружие есть только у самых крупных кораблей ковенантов. Должно быть, это был один из них…
В прорубленную шахту опустился фиолетовый луч. Внутри него плясали пыльные облака.
— Гравилифт! — закричал Фред. — Они идут! Айзек, Винх, прикрываете тылы. Уилл, идешь со мной и доктором. Келли, ищи путь.
Восемьдесят седьмая сорвалась с места и побежала в противоположную от луча сторону.
По лучу спустилось с десяток воинов элиты, открывая огонь еще в полете. Плазменные заряды полетели к спартанцам.
Фред и Уилл подхватили доктора Халси под руки и укрылись за пьедесталом. Айзек и Винх отпрыгнули в сторону и открыли ответный огонь.
— Огонь на подавление! — рявкнул Фред. — Не давайте им высовываться из воронки!
Спартанцы дали еще несколько очередей, но по шахте уже прибывали новые воины элиты, неся с собой плазменную пушку «Тень». Оставаться здесь было равносильно гибели.
— Отходим! — приказал главный старшина. — Здесь становится слишком жарко.
Келли продолжала бежать, с такой силой вгоняя пятки в пол, что плитки под ее ногами трескались и разбрасывали осколки.
— Вижу проход, — доложила она. — Нижний этаж. Прямо передо мной. Вхожу и произвожу зачистку.
— Прошу прощения, доктор, — произнес Фред, бесцеремонно подхватывая Халси на руки. — Уходим, быстро! Винх, Айзек, используйте взрывпакеты, чтобы прикрыть наше отступление.
На его дисплее мигнули огоньки подтверждения.
Уилл и Фред бросились бежать, петляя из стороны в сторону. Доктор Халси одной рукой крепко обнимала главного старшину, а во второй — сжимала кристалл.
Датчик движения, встроенный в перчатку Фреда, сообщил о том, что за их спинами возникли десятки, а затем и сотни целей.
Прогремели два взрыва. После того как ударная волна на секунду ослепила сенсоры, половина целей исчезла.
Уилл и Фред вбежали в арочный проход. Келли сидела, прижимаясь к стене, и стреляла с обеих рук из пистолетов, прикрывая отход остальных.
Главный старшина активировал связь:
— Вызываю Спартанца Двадцать девять и Спартанца Тридцать девять. Прием.
В динамиках не было слышно ничего, кроме шипения статических разрядов. Огоньки Айзека и Винх оставались темными.
— Приготовь свой взрывпакет и запечатай проход, — приказал Фред, поворачиваясь к Келли.
Главный старшина опустил доктора на пол и увеличил изображение на дисплее.
По гравитационному лифту спустилось несколько сотен шакалов и воинов элиты. Они, подобно живому приливу, растекались по огромному залу.
Но больше они не стреляли. В одном доктор Халси оказалась права: чужаки нуждались в этом кристалле.
— Уходим! — сказал Фред. — Келли, взрывай проход. Надо их задержать.
Восемьдесят седьмая помедлила еще долю секунды; главный старшина видел, как ее глаза ищут Айзека и Винх в кажущейся сплошной массе ковенантов. Но их там не было; во всяком случае, если полагать, что они могли выжить. Наконец Келли заложила оливково-зеленый ранец со взрывчаткой.
Уилл подхватил доктора Халси и вместе с ней бросился в глубь коридора.
Еще пять секунд спустя раздался взрыв. По проходу прокатилась обжигающе горячая волна, наполняя все вокруг дымом и пылью.
Келли вновь заняла место впереди отряда, держа оружие наготове; она повернула за угол… и остановилась как вкопанная.
Коридор заканчивался тупиком.
Часть III
СПАСЕНИЕ
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Время: 04:55, 23 сентября 2552 (по военному календарю) / Неизвестные координаты, пространство скольжения, Захваченный флагман ковенантов.
Джон стряхнул с крышки криокапсулы облепившую ее изморозь и увидел за стеклом закованную в зеленую броню фигуру.
Спартанец-058, Линда.
Она получила смертельную рану во время операции на станции «Гамма» незадолго перед тем, как был потерян Предел. Джон доставил обгоревшее безвольное тело на «Столп осени», и врачи поместили ее в глубокий криосон за несколько минут до прыжка.
Должно быть, когда крейсер совершал аварийную посадку на Гало, капитан Кейз отстрелил капсулы — стандартная процедура.
Они заморозили ее, не вынимая из доспехов. Это было к лучшему, поскольку броня скрывала всю тяжесть увечий, полученных Линдой, но Джон многое бы отдал за то, чтобы хотя бы еще раз увидеть ее лицо.
Линда была уникумом даже среди спартанцев. Ее темно-рыжие, напоминающие цветом запекшуюся кровь волосы и изумрудно-зеленые глаза навсегда врезались в память, но не они делали ее особенной. Никто не мог сравниться с Пятьдесят восьмой в умении управляться со снайперской винтовкой. Никто не мог поражать цели на столь большой дистанции. И если остальные спартанцы предпочитали держаться вместе, то Линда всегда стремилась к одиночеству и больше любила действовать скрытно. Заняв позицию, она могла по нескольку дней выжидать возможности произвести единственный точный выстрел, способный изменить весь ход сражения. Хотя снайперов ККОН обычно тренировали работать парами, Пятьдесят восьмая была исключением из правил. Время показало, что она намного более эффективна, когда оказывается предоставленной самой себе. Если кого из спартанцев и можно было назвать «одиноким волком», так это ее. И — во многих смыслах этого слова — Линда была сильнее всех остальных спартанцев.
И видеть ее в этом состоянии…
Джон провел рукой по стеклу, убирая пленку конденсата, мешающую разглядеть закрытое шлемом лицо спартанки. Она была не живая и не мертвая. Линда застряла в пограничном состоянии.
И эта неопределенность терзала Сто семнадцатого даже сильнее, чем вид ее изуродованного тела на палубе станции «Гамма». Мастер-Шефу казалось, будто кто-то вспорол ему грудь.