Страница 24 из 118
Все это не интересовало вампира. Политика и войны людей были ему безразличны. Королевство или республика, коммуна или империя — какое ему было дело до того, кто ими управлял? Для него люди служили лишь, средством для утоления голода.
Используя каждую тень, вампир добрался до Авеню–дель–Опера, которую при Наполеоне Третьем архитектор велел проложить от Королевского дворца до нового оперного театра. Деревья с обеих сторон сажать не стали: ничто не должно было мешать обзору.
Вампир вышел из узкой старой улочки и огляделся немного испуганно. Новый свет, который люди получили благодаря электричеству и распространили с помощью мачтовидной башни на площади, резал ему глаза. Он вновь зашел в переулок и решил часть пути пройти под землей Вампир спустился в какой–то подвал, открыл дверь, отодвинул полку, и перед ним открылась еще одна лестница, ведущая вглубь каналов. Пирас замер на мгновение, поскольку полный мрак его немного пугал. Несколько крыс вились у его ног. Вскоре вампир приблизился к узкой лестнице, которая вела в лабиринт с низкими сводами, узкими проходами и пещерами, напоминающими тюрьму.
Внезапно вампир остановился как вкопанный. Он почуял вблизи человека, не слыша его шагов. И при этом человек однозначно двигался ему навстречу. На минуту вампир растерялся, затем распознал запах: человеческий, да, безусловно, но смешанный с чем–то диким, неприрученным и дополнительно с оттенком гнили и странных алхимических испарений. Этот запах Пирас знал. Этот человек не был жертвой. Вампир смог различить свет потайного фонаря. Человек бежал очень быстро.
У вампира не было желания встречаться с ним. Между ними было взаимное уважение, но близости не будет никогда. Поэтому он спрятался в нише и ждал, пока человек удалится, а затем продолжил свой путь.
Вскоре Пирас вновь учуял запах смертных. На этот раз он также услышал звук их шагов. Их было несколько, и они двигались быстро, по крайней мере для людей. Он слышал их взволнованные речи. Люди разделились на несколько групп. Внезапно раздался выстрел. Эхо прокатилось по всем ходам. Вампир обнажил зубы в свирепой ухмылке. Они опять напрасно за ним охотились? Неужели они не знали, что он уже давно ушел от них? Преследователи не сдавались. Вампир остановился на следующем перекрестке и прислушался. Из двух проходов доносились шаги и голоса, в третьем проходе было тихо, хотя там все еще пахло людьми, которые побывали здесь совсем недавно. Эта дорога вела к выходу неподалеку от площади Мадлен. Без дальнейших раздумий вампир решил идти по этому проходу.
Он почти дошел до выхода в подвале дома, когда у него появилось какое–то предчувствие. Пирас в спешке обернулся, но в темноте не смог ничего разобрать. Инстинкт или еле слышный шум заставил его поднять глаза. Когда вампир все понял, было слишком поздно. Тяжелая сеть накрыла его, и, несмотря на отчаянный прыжок в сторону, он запутался и упал на пол. Но Пирас не потерял хладнокровия. Сеть можно разорвать. Он выберется отсюда, пока люди будут подходить ближе. Они не на того напали, и он не хотел стать заменой их настоящей добыче. Вампир напряг мышцы и попытался расставить руки. Веревка должна была порваться, но вместо этого у него возникло ощущение, что ее затянули еще туже. Пирас позвал своих крыс. Грызуны сбежались к нему и сразу же принялись за веревку. Затем вампир услышал шаги. Запах десятка людей, которые осторожно, но неумолимо приближались, ударил ему в нос. С пронзительным писком крысы разбежались. Вампир выругался.
Они шли по течению сточных вод, которые впадали в больший канал. В старый круговой канал, как говорила Джоанн. Было абсолютно темно, лишь изредка через загороженную железными решетками шахту проникало немного света, но это удивительным образом не мешало ни Джоанн, ни Фернанду. В прошлом году наследники научились продвигаться в темноте ирландских пещер. При этом они использовали летучих мышей. Сейчас все наследники могли присоединиться к восприятию летучей мыши, только для начала нужно найти одну, которая была бы готова послужить им.
— Что же мне делать? Здесь нет летучих мышей! — кричал Лучиано в отчаянии, после того как уже дважды наступил на кучу помета.
— Тут водятся эти животные, — возразила Алиса. — Я чувствую их сознание, но они не дают себя поймать. Они слишком далеко, и у меня такое впечатление, будто они не хотят спускаться в эти узкие каналы.
— Это нелегко, — согласилась с ней Иви. — Нас разделяет приличное расстояние. Это усложняет дело, и, как ты правильно заметила, летучие мыши противится тому, чтобы покинуть место своей охоты и лететь через мокрые низкие проходы. Я могу уловить картинку летучей мыши, которая летит через высокие как собор пещеры из белого камня и дальше над холмами, на которых вращаются ветряные мельницы.
— Это гипсовые карьеры* Монмартра, — сказал Фернанд. — А ты поймала эхо–картинку летучей мыши здесь под землей? Неплохо!
— Спасибо. Я пытаюсь убедить некоторых из них помочь нам, но это непросто.
— Если кто–то и может достичь успеха в этом деле, то только ты, — сказал Лучиано голосом, полным надежды.
Им больше ничего не оставалось, как идти на ощупь вдоль стены. Их пальцы прикасались к влажным камням и вонючему илу. Почва под ногами все время менялась. Иногда вампиры шли по щиколотку в воде, затем по рассыпчатому камню.
— Хиндрик, неужели у нас не было другого выхода? — стонала Алиса. — Разве мы не могли перебегать по улицам маленькими группами?
— Ваша безопасность превыше всего, — недовольно ворчал слуга. Очевидно, эта ситуация нравилась ему так же мало, как и наследникам.
Вдруг Алиса остановилась.
— Это была летучая мышь? Мне почудилось, будто я почувствовала взмах ее крыльев. — Она мысленно пыталась распознать животное.
— Да, я смогла поймать трех летучих мышей и завлечь их сюда, — подтвердила Иви. — Ты готова? Я передаю тебе одну.
Алиса осторожно расширила свое сознание, пока не почувствовала Иви и летучую мышь. Фамалия послала животному успокаивающие сигналы и попросила поделиться с ней своими чувствами. Когда Алиса поняла, что летучая мышь не оказывает ей никакого сопротивления, она послала ее немного вперед, чтобы та могла распознать течения узких каналов и, прежде всего, кучки препятствий на их пути.
— Вторая летучая мышь для тебя, Лео, — сказала Иви. — Если хочешь, конечно.
На минутку Алиса подумала, что он грубо отвергнет это предложение, но венец сухо поблагодарил Иви и принял животное.
— Эй, а как же я? Ты думаешь, мне приятно идти вслепую и этой отвратительной дыре? — пожаловался Лучиано.
— Оставайся рядом со мной, и я поделюсь с тобой картинками, — предложила Иви и схватила его за руку.
Алиса почувствовала, что Лучиано колеблется между радостью и возмущением. Он сжал руку Иви, как будто боялся, что она передумает, но проворчал:
— Я сам в состоянии идти за летучей мышью.
— Знаю, — успокаивала его Лицана. — Я только подумала…
Она замолчала и уставилась в пол. Вероятно, она не хотела соединять свои мысли с мыслями Франца Леопольда или вообще брать его за руку, после всего, что между ними было. Алиса лишь догадывалась об этом. Она хотела бы знать подробности, но Иви об этом молчала, а возможности незаметно проникать в сознание к Дракас у Алисы не было.
— Надеюсь, что у тебя такой способности не будет никогда! Невообразимо, если я и мне подобные будут находиться под неусыпным контролем твоего безудержного любопытства.
— Лео! Вон из моей головы! — закричала Алиса и зло на него посмотрела, хотя он, конечно, не заметил этого в темноте.
Но Дракас отчетливо почувствовал ее злость. Алиса сосредоточилась на этом чувстве, чтобы подавить возрастающее смущение. Что он увидел? Ее мысли о том, что могло произойти между ним и Иви? Она должна отгонять от себя эти мысли при любых обстоятельствах, пока его сознание находится недалеко от нее. Но как раз потому что она решила не думать об этом, эти картины как наяву стояли у нее перед глазами.
Лицо Франца Леопольда исказила болезненная гримаса. Его слова звучали снисходительно, а голос был таким тихим, что только она могла его слышать.