Страница 9 из 31
— Что ж, вполне справедливо, — пожал он плечами. — В таком случае примите мои извинения.
Если бы он действительно чувствовал себя виноватым! Ни капельки. Он просто вел себя дипломатично, потому что это был самый простой способ избежать неприятностей. Очень скоро он будет сидеть в такси, или в собственной машине, или в чем он там сюда приехал, уносясь прочь из ее жизни и от всех ее проблем.
— И если вы позволите, я оплачу свою половину счета, — холодно обратилась она к нему. Что она и сделала со всей тщательностью, постаравшись не ахнуть при виде суммы. Как одинокий родитель, который к тому же зарабатывает не слишком много, Джессика привыкла подсчитывать в уме, сколько необходимых товаров могло бы быть куплено на те деньги, которые она истратила за один вечер.
— Я на машине, — сказал Энтони, вставая, — и отвезу вас домой.
— Не беспокойтесь. Я могу поймать такси.
— Ну же, не будьте такой упрямой. — (Эти слова заставили Джессику бросить на него сердитый взгляд.) — Кроме того, я хочу поговорить с вами об этом вечере.
Джессика пристально посмотрела на него, не зная, как отнестись к его предложению. Он оказался на высоте: организовал эту встречу, какой бы бесполезной она ни была, хорошо справился со своей ролью. Что тут обсуждать?
— Где вы живете? — спросил он, проходя к своей машине и открывая для нее дверцу.
Как может, удивилась Джессика, такая огромная машина внезапно показаться такой крошечной? Присутствие Энтони давило на нее, душило ее.
Когда она смотрела на него, ей казалось, что ее сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Острое ощущение! Можно было подумать, что Ньюман — первый мужчина, с которым она имела дело за долгие годы! Она, заставив себя успокоиться, назвала ему свой адрес и предоставила полное право решать, как добираться до этого места.
— Я обычно езжу на метро, — сказала она вежливо, решив, что лучше будет вообще избегать прямых взглядов на него, раз уж это вызывает у нее такое сердцебиение. — Я действительно плохо знаю дороги в Лондоне. До хорошо знакомых мне мест я могу доехать, но, боюсь, этим мои знания и ограничиваются.
— Да, в Лондоне трудно ориентироваться, — согласился он, взглянув в путеводитель и выруливая с обочины на дорогу с видом человека, который понял, куда ехать.
— Мне кажется, для вас это не проблема, — заметила Джессика через некоторое время.
— Я раньше работал таксистом.
— Шутите?
— Вы правы. Шучу. — Он быстро взглянул на нее и улыбнулся, и она невольно улыбнулась ему в ответ. — Так, значит, ваше настроение все-таки иногда улучшается!
— Иногда, — признала Джессика. — Хотя я строго слежу за тем, чтобы это не случалось слишком часто.
Он рассмеялся, и она повернулась к нему. Внешность у него, подумала она, необыкновенная. Что уж точно: привлекательная, хотя сложно сказать, что именно в ней такого необычного.
— Почему бы и нет? — Он бросил на нее быстрый взгляд, а потом снова стал следить за дорогой. — Разве вашему другу не нравятся люди с чувством юмора?
— У меня нет друга, — резко сказала Джессика. — Люси занимает все мое время.
— Понимаю.
Нет, не понимаете, хотелось ей крикнуть. Вы ничего не понимаете. Да и как вы можете понять? Вы совсем меня не знаете, ничего не знаете о моем прошлом. У нее нет друга, потому что ее единственный опыт общения с мужчиной оставил ее настолько уязвленной, что ей больше уже никогда не хотелось попробовать еще раз.
Эрик Дин скрыл от нее свой возраст, свое семейное положение, врал ей про свою работу, врал про все, про что только можно было наврать. И она не догадывалась о его лжи до тех пор, пока не узнала, что беременна.
— Я нахожу, что это довольно печально, — отметил Энтони.
— Мой дом как раз в конце этой улицы. Справа, прямо за почтовым ящиком.
Она не собиралась позволять ему выуживать из нее информацию только ради того, чтобы скоротать время за беседой. Она всегда была очень сдержанна, когда дело касалось ее личной жизни, не собиралась забывать об этой осторожности и теперь, хотя на долю секунды у нее и возникло странное желание довериться этому человеку. Весьма необычно. Но ведь говорят, что гораздо легче довериться абсолютно незнакомому человеку.
— Ну что ж, — сказала Джессика, когда он припарковал машину у ее дома, — спасибо, что взяли на себя труд организовать этот ужин.
Пожать ему руку, или это будет чересчур по-деловому? Так как Джессика боялась снова почувствовать пожатие его руки, она не шелохнулась.
— Я действительно очень благодарна, ведь это было нужно мне, а не вам.
— Может, зайдем к вам чего-нибудь выпить?
— Что?
Он не ответил. Вместо этого открыл дверцу, выбрался из машины, и Джессика быстро последовала его примеру.
— Боюсь, я не держу дома алкогольных напитков. — Она запнулась, подумав, что после этого вечера в компании двух подростков у Энтони сложилось о ней впечатление как о скучной домоседке, которой нечем заполнить свою жизнь, кроме воспитания дочери. Но она тотчас же решила, что ей все равно наплевать на то, что он о ней думает, и от этого решения почувствовала себя гораздо лучше.
— Чашки кофе будет достаточно.
— Чашку кофе. — Джессика повозилась, открывая дверь, но наконец справилась-таки с ней. — Пожалуйста, — пригласила она, распахнув дверь и включив свет в холле, а сама направилась в гостиную, думая, что он идет за ней, но он стоял, оглядываясь вокруг с восхищением.
— Очень мило, — наконец сказал Энтони.
— Именно это слово используют агенты по продаже недвижимости, когда хотят описать что-то очень маленькое, украшенное цветочными обоями.
— Вы когда-нибудь принимаете комплименты? Или оспариваете все на свете? — Он стоял, внимательно изучая ее.
Джессика не знала, что сказать. Он пытался быть милым и вежливым и встретил холодный отпор. Как некрасиво с ее стороны. Просто она к этому не привыкла. Не привыкла к присутствию мужчины в этом доме. Не привыкла к тому, что ей делают комплименты, не привыкла чувствовать себя неловко и защищаться перед кем-либо.
— Извините. Я очень устала.
По его приподнятым бровям и продолжительному молчанию она поняла, что он не верит ни одному ее слову.
Хорошо, подумала она раздраженно, я переборщила. Ну подайте на меня в суд теперь!
— Как вам приготовить кофе?
— Черный, без сахара.
К ее ужасу, он последовал за ней в кухню и, сразу же усевшись за стол, стал наблюдать за тем, как она готовила кофе.
— Не бойтесь назвать мою кухню милой, — сказала она, стараясь загладить свой слишком холодный ответ на его предыдущий комплимент. — Обещаю, что не оторву вам за это голову.
Она подала ему чашку и села напротив, чувствуя себя крайне скованно.
Все это было для нее странно: сидеть здесь, в этот час, за кухонным столом, разговаривать с этим потрясающим мужчиной. Довольно часто к ней заходили друзья с работы, проводили приятный вечер — спагетти, бутылка вина, легкая музыка. Никогда это не было вот так…
— Давно вы здесь живете?
— Много лет. Мне нравится здесь. До работы удобно добираться, к тому же я столько времени и сил потратила на то, чтобы все здесь устроить!.. — Она задумчиво улыбнулась, откинулась на спинку стула и сделала глоток кофе. — Вы сказали, что хотите поговорить со мной о сегодняшнем вечере.
— Он оправдал ваши ожидания? — Энтони поднес чашку к губам, продолжая внимательно смотреть на нее.
Джессика немного подумала и затем проговорила, пожав плечами:
— Не могу сказать, что он полностью оправдал мои ожидания. Но думаю, что мое беспокойство улеглось, поскольку Марк показался мне вполне приличным парнем…
— Вы ожидали, что он будет хулиганом с длинными волосами? С кольцом в ухе? Не вынимающим сигарету изо рта?
— Я не могла себе представить, каким он будет, — осторожно сказала Джессика. Она заерзала на стуле и сосредоточила свое внимание на чашке кофе. Ей казалось, что она слышит, как бьется ее сердце. Этот мужчина, что бы он ни делал или ни говорил, неизменно лишал ее присутствия духа.