Страница 19 из 93
— Совсем забыла, дорогой, — сказала она. — Вчера вечером звонила из Парижа Мария, она сообщила, что диадема работы Николо Пазолини выставлялась на аукционе в Сотбис.
— Вот как! — встрепенулся Христиан. — Когда же это произошло, кто выставлял и кто стал новым владельцем этого сокровища?
— Ты не заметил, что задал слишком много вопросов? — с улыбкой остановила его жена, и тотчас начала перечислять события по порядку. — Лот предложил какой-то Барсуков из России, но диадема почти сразу была снята с продажи по неизвестным причинам.
— Ее перекупили еще до аукциона?
— Этого никто не знает. Мария вместе с Сержем отправились в Англию, чтобы выяснить обстоятельства дела на месте. Они прибыли в городок Эпсом, где жил этот Барсуков, но там его не оказалось.
— Подставное лицо! — прищурился было Христиан.
— Ты не угадал, дорогой, этот бывший моряк, беженец из Советского Союза, жил там на самом деле. Но как только было объявлено о прекращении сделки, он продал свой особняк и отбыл в неизвестном направлении.
— Разве моряк не оставил после себя никаких следов?
— По справке из справочного бюро он перебрался в Новую Зеландию. Но мистер Кельвин Паркинс, его сосед по улице, отказался разговаривать на эту тему. А потом Мария с Сержем заметили за собой слежку.
— Каким образом?
— Их "пежо" преследовало американское авто до самой посадки на паром в английском Дувре.
— Странно все это… — задумчиво пощипал подбородок Христиан. — Похоже, что за диадемой охотимся не только мы и наши парижские родственники, но и кое-кто посолиднее.
— Скажу больше, милый, слежка за нашими родственниками из Парижа продолжается до сих пор.
— А вот это уже неприятно.
Христиан сунул ноги обратно в тапочки, накинул на плечи пижаму и принялся ходить по комнате. Затем застегнулся на все пуговицы и направился к двери.
— Ты куда собрался? — остановила его вопросом Элизабет.
— Я хочу проверить в интернете нужный нам лот на портале аукциона Сотбис.
— Я пойду с тобой.
Они долго молча сидели за компьютерным столиком, не представляя, что делать дальше. Никакой информации портал, занимаемый солидной фирмой мирового уровня, им не выложил, как не было никаких следов того, что кто-то хотел продать редчайший раритет. Семейная тайна, едва приоткрывшая завесу над вещью, искомой всем кланом в течении полутораста лет, снова ушла во тьму неизвестности.
— А больше Мария ничего тебе не говорила? — наконец нарушил молчание Христиан.
— Почти ничего, если не считать их предположений.
— Интересно, в каком из направлений потекли их мысли?
— В Россию, дорогой, ведь этот моряк сбежал из Советского Союза.
— Гм… страна очень огромная, искать там чтобы то ни было бесполезно по своей сути.
— Дело в том, что Барсуков, как стало известно нашим парижским родственникам, был родом из Великого Новгорода, старинного русского города.
— А вот это уже кое-что, — повеселел собеседник. — Если верить семейной легенде, то именно туда заезжал передать сокровища, выкраденные французами у князей Скаргиных, наш предок Дарган Дарганов вместе со своей невестой Софи де Люссон.
— Серж с Марией и сами подумали, не являлся ли этот беженец от коммунистов родственником князей. Если дело обстоит так, то можно с полным основанием наше внимание акцентировать на нем. Но тогда перед нами встает один вопрос — как проверить этот факт.
— Знаешь, Элизабет, мне кажется, что скоро мы сядем в свои машины и запросто пересечем границу с Советским Союзом, — откинулся на спинку стула Христиан. — Этот колосс на глиняных ногах явно стал слабоват в коленях. Еще немного и он рассыплется на куски пересохшей глины, как тот горшок, найденный в греческих каменоломнях.
— Почему ты так решил?
— Потому что этой страной правят одни старики, которых поразил старческий маразм, они не подготовили себе замену. В моих жилах течет русская кровь, но даже моему уму не постижимо, как при несметных богатствах, при немеряных лугах с бескрайними лесами, можно пробавляться на полуголодном пайке. Ведь способностей, чтобы насытить себя, много не нужно. Приглядывай за скотиной, заготавливай ей на зиму сено, зерно с картошкой и свеклой, и она будет давать и молоко, и мясо, и яйца. И шерсть, чтобы не замерзнуть на русском холоде. А у них полки в магазинах пустые, об этом кричат все фотографии со страниц всех американских и западных газет.
Некоторое время стояла тишина, нарушаемая лишь мягкой работой компьютера. Затем женщина завела за ухо пушистую прядь волос и произнесла.
— Ты абсолютно прав, я как англичанка тоже отказываюсь поверить в этот чудовищный факт. Ведь Россия — это в первую очередь крестьянская страна, которая до революции снабжала весь мир именно продовольствием. Ссылки коммунистов на погоду здесь неуместны, потому что рядом с нами находится Норвегия, сытая и довольная, территория которой почти вся за полярным кругом. — она фыркнула губами и постаралась успокоиться. — Христиан, предлагаю закрыть эту странную тему и перейти к обсуждению интересующего нас вопроса. В конце концов, пусть это недоразумение волнует самих русских, может им нравится так жить.
— Ты имеешь ввиду, что они сами создают себе трудности, чтобы им было веселее жить?
— А ты разве исключаешь существование подобных наций? Афганцы, например, или монголы, которые категорически открещиваются от благ цивилизации. Это разве не пример?
— Вполне возможно, не зря русские приняли утопический строй, предложенный подозрительными типами, и стали пропагандировать его на весь мир, — усмехнулся в подстриженные усы собеседник. — Я согласен, Элизабет, эта тема заведет нас куда угодно, только не по пути к цели, намеченной нами. Тогда что мы можем предпринять на данный момент?
Элизабет долго не отвечала, уставившись немигающим взглядом в монитор, мерцающий голубоватыми отсветами, затем покусала нижнюю губу и обернулась к собеседнику:
— До вчерашнего звонка от Марии у нас не было никакой зацепки по поводу этой диадемы, так? — наконец спросила она.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я только констатирую факты, — вздернула она плечами. — А теперь мы знаем, кто предложил сокровище на английском аукционе и откуда он родом.
— Я, кажется, начинаю тебя понимать, — постучал костяшками пальцев по компьютерному столу Христиан. — Но хотел бы дослушать твои рассуждения до конца.
— А я почти все сказала, милый, — улыбнулась молодая женщина. — Нужно идти от истоков, которые нам уже известны.
— Каким образом? — снисходительно усмехнулся супруг, не ожидавший, что все выглядит так просто. — Мы снова пришли к тому, с чего начинали.
Элизабет не взяла на себя труд сойти тоже до снисхождения, она положила ладонь на мягкие светлые волосы мужа и легонько погладила их:
— Видишь ли в чем дело, милый, суть развития всего здравомыслящего в этом мире и состоит в том, чтобы дойти до определенной точки и снова вернуться назад, только уже на виток выше. Это и есть та самая спираль дээнка.
— Известная всем аксиома, не требующая доказательств. Но дальше, — подогнал ее супруг.
— Два месяца назад столицу Швеции посетила эскадра советских военных кораблей. Кажется, наше правительство готовится с ответным визитом?
— Так и есть на самом деле.
— И ты тоже будешь участвовать в этом походе.
— Без сомнения.
— Вы войдете через Финский залив в устье Невы, встанете на якорь в самом центре Ленинграда.
— Об этом я тебе уже рассказывал и даже показывал маршрут, по которому мы пойдем.
— Тогда о главном, я просмотрела карту и оказалось, что от Ленинграда до Великого Новгорода рукой подать. То есть, как от Стокгольма до, скажем, нашего Норчепинга. Даже ближе, не более трех часов езды на поезде.
Христиан откровенно засмеялся, он не ожидал от своей разумной жены такой наивности:
— Ты думаешь, что в Советском Союзе как у нас в Швеции — куда захотел, туда и поехал? — он поцеловал руку, гладившую его, и прижал ее к своей щеке. — Нет, моя прекрасная Элизабет, как только мы сойдем на берег, за нами увяжется свора сотрудников КГБ. Вместо Новгорода я рискую оказаться в Сибири.