Страница 39 из 47
– Ну, что это вы... – пробубнил Продольный, с трудом преодолев желание немедленно сбежать. – Что это вы, девушка, так плачете? У вас случилось чего?
– Слу... случилось! – прорыдала девица. – Только... только не со мной, а как раз с ней!
С кем – с ней? – Продольный налил воды из пластмассовой бутылки, стоявшей на подоконнике, в высокий стакан темного стекла, хотел подать девушке, но сначала залпом выпил сам, потом снова налил и поднес стакан к губам секретарши. Та вдруг перестала рыдать, отодвинула стакан и взглянула на майора красными глазами:
– Это для цветов вода, с удобрением.
– Извиняюсь! – Продольный побагровел и прислушался к своему организму. Пока никаких симптомов отравления он не ощущал.
Тогда, воспользовавшись перерывом в рыданиях, он обратился к секретарше:
– Так что у вас случилось? И где Жанна Георгиевна?
– Она... – начала девушка, – ее... – губы ее затряслись, плечи ссутулились, она явно снова собралась разреветься.
– Отставить! – гаркнул майор, применив единственный знакомый ему метод борьбы с истерикой.
И метод, как ни странно, сработал. Девица всхлипнула и вполне связно проговорила:
– Жанну Георгиевну похитили!
– Так! – майор сел против стола секретарши верхом на стул, достал записную книжку и проговорил:
– С этого места – поподробнее. Кто похитил, когда похитил, почему похитил – в общем, все что знаете.
– Пришли трое таких... ужасных, – начала девушка, – я им говорю, что у нас по предварительной записи, а они и слушать не стали, прошли прямо в кабинет...
– Этих троих опишите, пожалуйста!
Девица наморщила лоб, задумавшись. Это усилие принесло некоторые плоды: она подозрительно взглянула на посетителя и спросила:
– А вы-то кто?
– Майор милиции Продольный, – Иван Никифорович протянул девушке удостоверение. Та покрутила его, вздохнула и вернула владельцу.
– Значит, так... один, главный – постарше, бритый наголо, и в таком галстуке...
– Ярком? – подсказал майор.
– Не то слово! – подхватила девица. – А вы что – знаете его?
– Личность известная... – ответил Продольный уклончиво.
– Еще один – такой лопоухий... а самый противный третий, такой... со сросшимися бровями. Те двое пошли к Жанне Георгиевне, а третий остался со мной, и стал ко мне... – секретарша покраснела.
– Вязаться, что ли? – подсказал майор.
Ну да... приставать... потом лопоухий вышел и приструнил его, а старший, ну тот, в галстуке, остался в кабинете и еще долго с Жанной Георгиевной разговаривал, а потом вышел, и Жанна Георгиевна с ним, и мне сразу показалось, что она не хочет идти, и я ее спросила, куда она, и что мне делать, а она только отмахнулась и сказала «Жди», а эти все тоже ушли, а я еще посидела, а потом позвонила ей по мобильному, но мне ответили, что аппарат выключен, и только тогда я поняла, что они ее похитили-и! Потому что Жанна Георгиевна никогда не выключает телефон! – И девица снова бурно разрыдалась.
– Отставить! – снова рявкнул майор, применив испытанный метод.
Но второй раз окрик сработал хуже. Секретарша продолжала плакать, хотя уже не так громко. Наконец она пару раз всхлипнула и затихла.
– Так... – задумчиво проговорил майор, – больше ничего вы не можете вспомнить? Никаких разговоров, никаких намеков, по которым можно было бы понять, куда увезли Жанну Георгиевну?
– Ничего! – секретарша помотала головой.
– Если вы не против, я должен осмотреть кабинет Жанны Георгиевны! – проговорил майор, поднимаясь.
Секретарша закивала и торопливо открыла перед ним дверь кабинета.
Майор огляделся, обошел кабинет по кругу, заглядывая во все углы, потом отдельно осмотрел стол.
Не найдя ничего стоящего внимания, он уселся на место нотариуса и задумался.
– Говорите, они с Толяном... ну, с этим бритым, один на один разговаривали?
Секретарша часто закивала.
– Но о чем – вы не слышали?
Секретарша так же часто замотала головой.
– Да... – протянул майор, – никаких зацепок...
Он машинально выдвинул верхний ящик стола, вытащил смятую полупустую пачку сигарет.
– Жанна Георгиевна много курила... – сообщила секретарша и снова всхлипнула, – как же она без сигарет...
– И не только без сигарет... – проговорил майор, подняв со стола маленький металлический предмет, – зажигалку она тоже забыла.
– Да что вы! – секретарша протянула руку и взяла у него зажигалку: – Это не ее!
– Не ее? – заинтересованно переспросил майор. – Вы уверены?
– Конечно! У нее зажигалка дорогая, роскошная, от Картье, а это – дешевка какая-то...
– Вот как? – майор снова отобрал зажигалку у девушки и принялся разглядывать. – Откуда же тогда эта? Наверное, кто-нибудь из посетителей забыл?
– Да, – кивнула девушка, – этот, который ее увел. Ну, бритый, в галстуке...
– А почему вы думаете, что именно он? Может быть, еще до него...
– Нет, до него я в кабинет заходила, и никакой зажигалки на столе не было. И вообще сегодня кроме этих бандитов у нас была только старушка Баранова, по поводу завещания... божий одуванчик, она уж точно не курит. И еще профессор Черемыкин, насчет доверенности.
– Так, может, этот профессор и оставил зажигалку?
– Нет, что вы! Профессор – он за здоровый образ жизни, не пьет и не курит...
– Ясно... – протянул майор, разглядывая зажигалку.
На одной из серебристых сторон был выгравирован равносторонний пятиугольник, по другой стороне бежали мелкие буквы, складывавшиеся в странное слово.
– Нотамраф, – прочитал он удивленно. – Что бы это значило?
Он наморщил лоб. Какая-то смутная мысль шевельнулась в голове, но тут же исчезла.
– Когда они уехали? – спросил наконец майор, повернувшись к секретарше.
– Около часу, – сообщила она. Продольный повернулся к настенным часам... и его брови полезли на лоб.
– Что это за странные часы? Как по ним узнать время?
– А! – усмехнулась секретарша. – Это такие часы прикольные. Жанне Георгиевне клиент один подарил. Они и ходят задом наперед, и цифры у них наоборот расставлены...
– Задом наперед! – оживился майор. – Так и на зажигалке этой слово задом наперед написано!
Он поднес к глазам зажигалку и прочел:
– Фарматон!
– Фар-ма-тон, – с трудом разобрала Ирина стершуюся надпись на старой вывеске. – Катерина, с чего ты взяла, что именно в этом ангаре находится мебель?
– Не знаю... – честно ответила Катя и потянула носом, – по запаху, что ли...
– Пахнет противно, – согласилась Ирина, – только не мебелью, а косметикой дешевой.
– И еще мылом хозяйственным, вот! – определила Катя. – Помню, соседка Зоя Семеновна вечно белье замочит, и оно стоит, воняет... в кухню не войти!
– При чем тут мыло... – тихонько ворчала Ирина, но согласилась, что нужно войти в ангар – надо же с чего-то начинать...
Катерина решительно направилась к приоткрытой двери под вывеской, но подруга дернула ее за рукав.
– Ты что? Думаешь, нам позволят рыться в чужой мебели? Как ты объяснишь им про чемодан?
Из ангара послышались мужские голоса, Ирина едва успела утянуть Катьку за огромную деревянную катушку для кабеля, которая валялась поодаль.
– Вообще безобразие, – пыхтела Катерина, – этот старый мухомор охраняет склад, как будто это секретный объект какой-то, а на территории у них форменный кавардак. Мусор вокруг валяется, пыль, номеров на ангарах нету!
Да прекрати ты, услышат! – прошипела Ирина, потому что в этот самый момент на порог ангара вышел высокий парень в кожаной куртке. Густые сросшиеся на переносице брови придавали ему особенно мрачный вид.
– Давай его спросим! – оживилась Катя. – Может, он видел, куда мебель сгрузили?
– С ума сошла! Мы же сюда тайком проникли, в лучшем случае нас выведут с позором!
Парень бросил окурок в их сторону и ушел. Короткими перебежками подруги обогнули ангар и в дальнем его конце увидели обычную дверь – старую и рассохшуюся. Дверь была заперта на допотопный висячий замок. Ирина покачала замок, неуверенно подергала дверь, но только вымазала руки в ржавчине. Тогда Катя, недолго думая, схватила валявшуюся чуть в стороне арматурину, засунула ее в пробой и дернула. Трухлявое дерево не выдержало, пробой выпал вместе с замком прямо Катерине на ногу.