Страница 79 из 125
Но этот талисман не спас поэта: по свидетельству Данзаса, он не имел его во время дуэли, а на смертном одре сказал Данзасу, чтобы он подал ему шкатулку, вынул из нее это бирюзовое кольцо и отдал Данзасу, прибавивши: «Оно от общего нашего друга». Сам Пушкин носил сердоликовый перстень. Нащокин отвергает показания Анненкова, который говорил мне, что с этим перстнем (доставшимся Далю) Пушкин соединял свое поэтическое дарование: с утратою его должна была утратиться в нем и сила поэзии {3}.
* * *
Незадолго до смерти поэта мой муж заказал сделать два одинаковых золотых колечка с бирюзовыми камешками. Из них одно он подарил Пушкину, другое носил сам, как талисман, предохраняющий от насильственной смерти. Взамен этого поэт обещал прислать мне браслет с бирюзой, который я и получила уже после его смерти при письме Натальи Николаевны, где она объясняла, как беспокоился ее муж о том, чтобы этот подарок был вручен мне как можно скорее. Когда Пушкин после роковой дуэли лежал на смертном одре и к нему пришел его секундант Данзас, то больной просил его подать ему какую-то небольшую шкатулочку. Из нее он вынул бирюзовое колечко и, передавая его Данзасу, сказал:
— Возьми и носи это кольцо. Мне его подарил наш общий друг, Нащокин. Это — талисман от насильственной смерти.
Впоследствии Данзас в большом горе рассказывал мне, что он много лет не расставался с этим кольцом, но один раз в Петербурге, в сильнейший мороз, расплачиваясь с извозчиком на улице, он, снимая перчатку с руки, обронил это кольцо в сугроб. Как ни искал его Данзас, совместно с извозчиком и дворником, найти не мог {4}.
* * *
Из всех человеческих слабостей лишь одна была неразлучна с его душою: слабость эта — суеверие. Было ли оно привито к ней с детства или развилось вследствие страсти к картам, но Пушкин верил во многие народные приметы и всегда робко обходил их шутками, беспощадными ко многим другим, как бы неприкосновенным предметам; питал особенное уважение к изумрудному перстню, почитая его за талисман, с которым не расстался и на смертном одре {5}.
* * *
Расскажу еще, кстати, о Лабзиных одно странное происшествие, которому кто хочет, может и не поверить; но, которое я, по совести, утверждаю за истинное, ибо в устах таких людей не могло быть лживой выдумки.
Анна Евдокимовна была за первым мужем, за каким-то начальником ссыльных, и жила с ним в Сибири. Там познакомился с ними один персиянин, который ходил к ним часто и был принимаем очень дружелюбно. Когда-то впоследствии времени она вышла за Александра Федоровича (Лабзина. — Е. Л.) и жила с ним в Петербурге, туда приезжало (кажется, в 1816 году) персидское посольство, и знакомый ей персиянин был в свите посланника. Он отыскал их, познакомился с Лабзиным и по-прежнему стал навещать их. При отъезде посольства, бывши у них, он сказал, что еще один раз может посетить их и потом уедет. Анна Евдокимовна сказала ему шутя, что надобно бы ему оставить ей что-нибудь на память. Он отвечал серьезно, что принесет и отдаст на прощанье. Пришедши к ним в последний раз, он принес ей три резных сердолика и сказал: «Вы эти камни берегите; они вам понадобятся. Может быть, когда-нибудь вас пошлют в изгнание, а у вас не будет денег; тогда, кто первый доставит вам сумму на проезд, тому подарите вы один из этих камней. Может быть, на месте изгнания вы будете лишены самых первых потребностей жизни; тогда, кто первый доставит вам необходимое, тому вы подарите другой камень. А может быть, вы будете в таком положении, что у вас не будет и крыши; тогда, кто вас примет в свой дом, тому подарите вы третий камень».
Анна Евдокимовна совсем забыла об этих камнях, но однажды в Петербурге, разбирая сундук, нашла на самом деле что-то, завернутое в бумажку. Она увидела в ней камни и тогда только вспомнила предсказание. Я описал уже ссылку Лабзина; мне остается только сказать, что все совершилось по предсказанию.
Тогда, по получении двух тысяч на дорогу от князя А. Н. Голицына, они подарили ему первый камень. По получении в Сенгилее припасов от П. П. Тургенева ему подарили они второй камень. Третий камень, обделанный в перстень, носил сам Александр Федорович, но когда, после его кончины, Мудров приютил в своем доме вдову его, она подарила этот перстень с третьим камнем Мудрову. На всех трех камнях резьба была одинакая: небесный шар с звездами, в нем крест; средина креста покрыта вся треугольником, на котором написано по-еврейски имя Божие; сверху шара и креста надпись: «in cruce salus» [51]; внизу креста две известные в масонстве колонны J и В, и между ними наугольник и циркуль, в обратном один к другому положении, а под шаром цифры 135. Тем страннее такое изображение на этих камнях, что персиянин был, само собою разумеется, магометанин. Ныне этот перстень находится у доктора медицины Михаила Константиновича Гульковского {6}.
* * *
Большая часть французских солдат носит талисманы против смерти и всяких опасностей. Хотя тысячи носящих такие талисманы умирают и бывают убиты в сражениях, остальные, пережившие их, не уменьшают веру свою в действительность талисманов, будучи убеждены, что талисманы павших были не настоящие. И не одни простые солдаты верят таким заговорам: даже офицеры носят талисманы, и сам генерал Канробер постоянно имеет при себе талисман; генералы Боске и Форей, как говорят, носят на груди кусочки Св. Животворящего креста, а у принца Наполеона есть талисман, охраняющий от всякого удара и укола. В Крыму русские врачи находили на многих раненых и убитых французах в одно и то же время христианские, турецкие и даже еврейские талисманы. Талисманы и заговоры от различных болезней можно до сих пор очень часто видеть, и многие матери обвешивают детей своих разными бессмысленными висюльками, способствующими, по их мнению, легкому прорезыванию зубов, предохраняющими от родимчика и т. п. {7}
* * *
Бирюза у русских не просто драгоценный камень, она предмет суеверия: друг дарит бирюзу другу, любовник — любовнице, любовница — любовнику, это дар на счастье при разлуке, бирюза — талисман. Чем гуще цвет бирюзы, тем могущественнее талисман.
Если в отсутствие любимого человека бирюза, подаренная им, начнет терять цвет, значит, человек этот заболел или изменил. Мне показывали бирюзу, которая «умерла» в тот же день, когда умер ее бывший владелец.
Камни были мертвенно-зелеными вместо прекрасного лазурного цвета. Особое отношение к бирюзе, как к живому и симпатическому камню, удваивает ее цену в Москве и Санкт-Петербурге. Уверен, что на бирюзе можно хорошо заработать, купив камни в Париже и продав их в Золотых радах или на Миллионной улице.
В России также очень распространены «говорящие» кольца, это изысканная форма выражения чувств, почти что неизвестная у нас. По расположению камней и первым буквам их названий можно прочесть в кольце имя дорогого вашей памяти человека.
Предположим, его зовут Ганс — вы записываете это имя с помощью гиацинта, аметиста, нефрита и сапфира. Составьте начальные буквы названия этих камней, и получится — Ганс.
Русские любят драгоценные камни так же, как их азиатские соседи, однако при взгляде на руку русского, а она зачастую унизана кольцами, больше всего на ней вы увидите бирюзы {8}.
* * *
Храни меня, мой талисман,
Храни меня во дни гоненья,
Во дни раскаянья, волненья:
Ты в день печали был мне дан.
Когда подымет океан
Вокруг меня валы ревучи,
Когда грозою грянут тучи,
Храни меня, мой талисман.
В уединенье чуждых стран,
На лоне скучного покоя,