Страница 60 из 84
Она понимала, что воли к сопротивлению в ней уже не осталось. Пора было признаться в этом самой себе. Если бы он тогда не задал того вопроса, она отдалась бы ему прямо на траве. Когда он заключал ее в объятия, представления о морали и нравственности теряли значение.
Список подозреваемых сузился до предела, и теперь в нем, в сущности, остался один только Грей. Умом она могла принять это, но только не сердцем. Нет, не Грей. Только не Грей! Она не верит и никогда не поверит в это. Ведь это был человек, который в ее представлениях готов был пойти на все, лишь бы защитить близких ему людей. Какой же из него хладнокровный убийца?
Фэйт чувствовала, что имя убийцы известно ее матери. Точнее, с некоторых пор она была абсолютно уверена в этом. Но понимала, что вытянуть это имя из Рини будет невероятно трудно. Рини не относилась к числу людей, способных поступать себе во вред во имя такой абстракции, как справедливость. Фэйт отлично знала свою мать. Рини не любила смотреть опасности в лицо, она предпочитала спасаться от нее бегством.
«Из нее все придется вытягивать клещами. Про летний домик она сказала. Теперь придется немного обождать, если я хочу добиться от нее дальнейших откровений».
На следующий день ей пришла посылка.
Фэйт как раз вернулась из магазина. Сложив покупки на кухне, она вышла из дома, чтобы забрать из ящика почту. Открыв крышку ящика, она увидела среди обычного набора корреспонденции, состоящей из счетов, журналов и рекламных объявлений о распродажах, на самом верху коробку. Фэйт ничего не заказывала и ни от кого не ждала посылки, поэтому ею овладело любопытство. Коробка была обклеена клейкой лентой, а на крышке значились ее имя и адрес.
Забрав все из почтового ящика, Фэйт пошла на кухню и поставила коробку на стол. Вынув из ящика буфета нож, она разрезала ленту, открыла посылку и вынула упаковочную бумагу…
В следующее мгновение глаза ее округлились от ужаса, к горлу подступила тошнота.
Фэйт вырвало, едва она успела добежать до умывальника.
Кошка была не просто умерщвлена. Она была изуродована. Ее завернули в целлофановый пакет, наверное, чтобы вонь не привлекла ничьего внимания, пока «посылка» не дойдет до адресата.
Фэйт буквально вывернуло наизнанку. Едва придя в себя и чуть отдышавшись, она сняла трубку телефона.
Услышав на том конце провода знакомый бархатный голос, она зажмурилась. Она вцепилась в трубку так, словно это была пресловутая последняя соломинка.
— Г-грей… — заикаясь, проговорила она, но тут же замолчала, не зная, что сказать. «Я боюсь, помоги!» Так, что ли? Но кто она такая, чтобы он помогал ей, срываясь с места по первому зову? Отношения их строились на противоборстве друг другу и сильнейшем физическом влечении, и она знала, что любую ее слабость он использует против нее же.
Но ею владел ужас, а Грей был единственным человеком, к которому она вообще могла обратиться.
— Фэйт? — Видимо, какая-то часть ее страха передалась в голосе, потому что в его спокойном тоне послышалась тревога. — Что случилось?
Фэйт повернулась спиной к столу и попыталась взять себя в руки. Но сейчас она не владела своим голосом, поэтому еле слышно прошептала:
— Тут у меня… кошка.
— Кошка? Ты боишься кошек?
Она отрицательно покачала головой, но тут же поняла, что он не может сейчас ее видеть. Ее молчание он, должно быть, принял за утвердительный ответ.
— Кинь в нее чем-нибудь, и она убежит, — посоветовал он.
Фэйт снова покачала головой.
— Нет… — Она судорожно вздохнула. — Помоги.
— Хорошо. Сейчас буду. Сядь так, чтобы ее не было видно, и жди. Я приеду и разберусь с ней.
Он повесил трубку. Фэйт решила последовать его совету. Находиться под одной крышей с этой «посылкой»у нее не было сил, поэтому она вышла и села на крыльцо, тупо уставившись на подъездную аллею и ожидая его приезда.
Грей появился меньше чем через четверть часа, но эти пятнадцать минут показались Фэйт целой вечностью. Выйдя из «ягуара», он направился своей обычной изящно-хищной походкой ей навстречу. На губах его играла снисходительная улыбка. Герой, пришедший на помощь.
Пусть думает все, что ему нравится, лишь бы поскорее избавил ее от предмета на кухне. Она подняла на него глаза. Вглядевшись в ее мертвенно-бледное лицо, он перестал улыбаться.
— Ты действительно сильно испугалась? — мягко спросил он, склоняясь над ней и прикасаясь к руке. Несмотря на жаркий день, пальцы ее были холодны как лед. — Где она?
— На кухне, — чуть слышно отозвалась Фэйт. — На столе.
Ободряюще похлопав ее по руке, он выпрямился и открыл дверь-сетку. Фэйт осталась на месте, прислушиваясь к звуку его шагов. Вот он прошел гостиную, сейчас войдет на кухню…
— Проклятый сукин сын! — вдруг прорычал он и разразился еще более ужасными ругательствами.
Хлопнула задняя дверь дома.
Фэйт закрыла лицо руками. О Господи, надо было предупредить его! Не стоило подвергать его такому потрясению, но у Фэйт просто не нашлось нужных слов.
Через несколько минут он вновь вышел на крыльцо и сел рядом с ней. Выражение лица его было мрачно-каменным, в глазах холодным блеском светилась ярость. Только на этот раз она была направлена не на Фэйт.
— Все в порядке, — после некоторой паузы все так же мягко проговорил он. — Я убрал ее. Пойдем в дом, дорогая.
Обняв ее рукой за талию, он заставил ее подняться со ступенек и подтолкнул к дверям. Они прошли гостиную. Когда перед ними оказалась дверь на кухню, Фэйт стала невольно упираться, но он все же завел ее и посадил на стул.
— Все в порядке, — повторил он уверенно. — Тебя всю трясет. У тебя есть чем промочить горло?
— В холодильнике чай и апельсиновый сок, — слабым голосом отозвалась она.
— Я имел в виду спиртное. Вино, скажем?
Она отрицательно покачала головой.
— Я не пью.
Несмотря на свое состояние, он смог улыбнуться.
— Значит, здесь живут господа пуритане? Ну что ж, в таком случае сгодится и сок. — Вынув из шкафа стакан, он налил апельсинового сока и дал ей. — Пей. И чтобы до конца, поняла? А я пока позвоню.
Она взяла стакан. Пить не хотелось, но необходимо было хоть на чем-то сосредоточить свое внимание, и она рада была сосредоточить его на соке. Грей взял телефонный справочник, пробежал пальцем по первой странице сверху вниз и тут же набрал номер.
— Шерифа Макфейна, будьте любезны. — Фэйт встревоженно подняла голову. Грей заметил это, но ничего не сказал.
— Майк, это Грей. Ты можешь сейчас заглянуть к Фэйт Харди? Да, это бывший дом Клеберна. Ей тут подбросили в почте одну гадость. Мертвую кошку… Да и это тоже.
Когда он повесил трубку, Фэйт, прокашлявшись, спросила:
— Что тоже?
— Записка с угрозами. Ты что, не видела?
Она покачала головой.
— Нет, я видела только кошку. — Дрожь прошла по всему ее телу, стакан едва не выпал из рук. Он стал открывать подряд ящики буфета.
— Что ты ищешь? — спросила она.
— Кофе. Сок соком, а на самом деле тебе сейчас стоит принять хорошую дозу кофеина
— Я держу кофе в холодильнике. На верхней полке.
Он вытащил банку и довольно умело стал готовить кофе. Довольно умело для богатея, которому, возможно, и не приходилось ни разу готовить для себя. «Удивительно даже», — машинально подумала она.
Поставив кофе на огонь, он пододвинул себе стул и сел прямо напротив нее. Да так близко, что их ноги соприкасались. Он тактично не стал расспрашивать ее о деталях, и Фэйт была ему за это признательна, ибо знал, что об этом она все равно будет рассказывать шерифу. Просто сидел, передавая ей жар своего тела и ощущение покоя и уюта от своей близости.
Глаза их встретились. Он смотрел на нее так, словно собирался отобрать у нее стакан и вылить его ей на голову, если она не начнет пить быстрее.
Упреждая его, она сделала большой глоток и на самом деле почувствовала некоторое облегчение.
( Не надо меня торопить, — пробормотала она. — Я и так еле сдерживаюсь, чтобы меня опять не стошнило.