Страница 58 из 84
Фэйт как раз собралась съездить в город на встречу с очередным интересующим ее человеком — Иоландой Фостер. Так что записка эта попалась ей на глаза в самый неудачный момент. Подумав, Фэйт все же решила не отменять своей поездки. Если бы автор записки действительно угрожал ей, он высказался бы определеннее.
Но первым делом она как можно аккуратнее взяла записку двумя пальцами, отнесла в дом и заперла в ящике письменного стола. Пока еще рано было обращаться за помощью к шерифу, но если вслед за первым предупреждением будет еще и другое, то она представит полиции оба. Фэйт в любом случае очень не хотелось встречаться с местным шерифом. Она живо запомнила, как он стоял около патрульной машины, скрестив на груди толстые руки, и одобрительно смотрел на то, как его помощники выбрасывают из окон их лачуги вещи. Фэйт не сомневалась, что шериф Диз находится под колпаком у Грея, и еще неизвестно, захочет ли он что-нибудь сделать даже в том случае, если ей начнут угрожать смертью.
Спрятав записку, она поехала в город. Всю ночь она не могла заснуть и поэтому продумывала тактику на этот день. Она решила предварительно не договариваться с миссис Фостер о встрече и не звонить ей. Иоланда спокойно могла ей отказать. Самое лучшее — свалиться на нее как снег на голову, застать врасплох и высыпать на нее все свои вопросы, прежде чем та успеет опомниться. К сожалению, Фэйт не знала, где живут Фостеры, а адрес, указанный в телефонном справочнике, ничего ей не говорил: это была не знакомая ей часть города.
Первым делом она заглянула в библиотеку. Увы, говорливой Карлин Дюбуа за столом не оказалось. Вместо нее там сидела легкомысленного вида блондинка, которая, судя по всему, только-только окончила школу. Она жевала жвачку и просматривала музыкальный журнал. Господи, что стало ныне с библиотеками и их работниками? Где строгая прическа и очки, водруженные на тонкий нос? Неужели жующая жвачку и увлекающаяся роком школьница — новый подход?
Впрочем, Фэйт тут же вспомнила о том, что она сама всего на четыре-пять лет постарше маленькой библиотекарши. Но вместе с тем они относились к одному поколению лишь внешне.
У Фэйт никогда не было такого детства, как у этой девочки. Но она не жалела об этом. С ранних лет Фэйт знала, что такое долг и обязанности. Она готовила еду еще в те времена, когда ей было трудно держать в руках чугунную сковородку, а для того, чтобы помешать бобовый суп, Фэйт приходилось вставать на табуретку. Она пометала пол метлой, которая чуть ли не в два раза была длиннее ее самой. И потом еще надо было ухаживать за Скотти.
Это было самым ответственным делом. Но зато к моменту окончания школы она была уже полностью подготовленным к взрослой жизни человеком и резко выделялась на фоне сверстников, которым никогда не приходилось самим себя обслуживать и которые не знали, куда себя девать во взрослой жизни. Эти «детишки»и в двадцать пять лет по любому поводу бежали за помощью к родителям.
Девушка оторвалась от журнала и, как ей показалось, деловито улыбнулась своими розовыми губками. Ее глаза были настолько сильно подведены, что походили на миндальные орехи в угольной пыли.
— Чем могу помочь?
К счастью для Фэйт, эти слова были произнесены довольно уверенным тоном. Может быть, девчонка все-таки хорошо знает свое дело, а на чудовищный макияж просто не стоит обращать внимания?
— У вас есть карты города и округа?
— Конечно. — Она провела Фэйт к столику, на котором стоял большой глобус. — Здесь все, что у нас есть. Карты, атласы. Они совсем новые, так что если вы вдруг не найдете здесь то, что вам нужно, можно будет посмотреть в архивном фонде.
— Нет, спасибо, мне как раз нужна новая карта.
— В таком случае вот, смотрите. — Девушка с удивительной для нее легкостью сняла с полки огромный фолиант, два на три фута, и положила на стол. — Мы заключили карты в полиэтилен и сделали подшивку, — объяснила она. — Иначе уже все давно бы украли.
Фэйт улыбнулась. Эта мера предосторожности показалась ей вполне разумной. Одно дело просто взять карту со стола, сложить ее вчетверо и сунуть в карман и совсем другое — попытаться утащить из библиотеки здоровенную подшивку. Тут потребуется поистине дьявольская изобретательность.
Она не знала, живут ли Фостеры в городе или за его чертой, но сначала обратилась к городской карте, на обратной стороне которой в столбик были указаны все улицы в алфавитном порядке. Отыскав Мидоуларк-драйв и запомнив координаты, Фэйт перевернула карту и быстро отыскала месторасположение улицы. Она находилась в микрорайоне, который стал застраиваться уже после того, как она уехала из Прескота. Запомнив, как туда проехать, она положила подшивку на место и покинула библиотеку. Библиотекарша сидела, уткнувшись в свой журнал, и даже не заметила ее ухода.
Мидоуларк-драйв Фэйт нашла уже минут через пять. Перед каждым домом был свой земельный участок, поэму домов в этом микрорайоне было меньше, чем в других, и они дальше отстояли один от другого. Не каждый житель Прескота мог позволить себе строиться здесь, заплатив тысяч двести. А на северо-востоке и вдоль западного побережья, как знала Фэйт, подобные дома тянули и на миллион.
Дом Фостеров был выстроен в стиле средиземноморской виллы. Вокруг него, давая уютную тень, росли огромные дубы, покрытые мхом. Фэйт остановилась на подъездной аллее и, выйдя из машины, направилась по бурой кирпичной тропинке к парадному крыльцу. Большие двустворчатые двери были украшены богатой резьбой. В лабиринте красивых завитушек скрывалась кнопка звонка. Хорошо, что она была с подсветкой, ее сразу можно было найти. Фэйт нажала на нее и по дому прокатился звон. За дверью по плиточному полу послышался торопливый стук каблуков, и правая створка двери открылась. Фэйт увидела перед собой очень привлекательную женщину средних лет. На ней были модные узкие серые брюки и белая блузка с поясом. Вьющиеся русые волосы спадали на одну сторону, в ушах красовались золотые сережки. В глазах ее на мгновение мелькнул испуг и растерянность.
— Здравствуйте, меня зовут Фэйт Харди, — поспешно представилась Фэйт, чувствуя, что ее вновь приняли за Рини. — А вы миссис Фостер?
Иоланда молча кивнула. Казалось, у нее пропал дар речи. Она продолжала пораженно смотреть на Фэйт.
— Я хотела бы поговорить с вами, если это удобно, — произнесла Фэйт и, не оставляя хозяйке дома выбора, решительно сделала шаг вперед. Иоланда машинально попятилась и жестом пригласила Фэйт войти.
— Собственно, я спешу, — проговорила она наконец. Фэйт отметила в ее тоне скорее извиняющиеся нотки, чем раздраженное нетерпение. — Мы с подругой договорились вместе пообедать.
В это легко верилось, ибо наряд Иоланды никак нельзя было назвать домашней одеждой.
— Я прошу у вас всего десять минут, — пообещала Фэйт.
Недоуменно оглядываясь на гостью, Иоланда провела ее в просторную гостиную. Они сели.
— Вы извините, что я столь неприлично на вас уставилась. Но вы ведь… дочь Рини Девлин? Я слышала о том, что вы вернулись в город. А сходство… Вам, наверное, уже говорили? Просто поразительное!
Фэйт не уловила в ее тоне насмешки, и это сразу расположило ее к женщине.
( Говорили и не раз, — суховато ответила она. Иоланда понимающе хохотнула, чем снискала к себе еще большую симпатию со стороны Фэйт, которая, однако, не забыла, ради чего сюда пришла.
( Я хотела бы поговорить с вами о Ги Руярде. Нарумяненные щечки заметно побледнели.
— О Ги?..
Казалось, она не знала, куда деть свои руки. Наконец просто сцепила их и положила на колени.
— А почему вы обратились ко мне? — Помолчав, Фэйт ответила вопросом на вопрос:
— Вы сейчас одна?
— Да, Лауэлл эту неделю в Нью-Йорке.
С одной стороны, это было хорошо, но с другой — плохо. Фэйт понимала, что после разговора с Иоландой, возможно, возникнет необходимость поговорить и с ее мужем.
Глубоко вздохнув, она сразу приступила к делу:
( Скажите, у вас были близкие отношения с Ги в то лето, когда он исчез?