Страница 40 из 59
— Это несправедливо! — простонала она. Билл проворчал что-то, соглашаясь.
— Сама жизнь несправедлива, — заметил судья. — Послушайте, вы оба проделали блестящую работу за последние четыре месяца. Никогда не видел ничего лучшего. Но сейчас все кончено. Смиритесь с этим.
Опустив глаза в пол, адвокаты проследовали за Бирнбаумом в битком набитый зал заседаний. Судья сделал короткое сообщение о «естественной смерти» Родни Джилкриста. Никаких деталей, практически две фразы. Он поблагодарил присяжных и стукнул по столу судейским молоточком.
— Дело закрыто.
В следующие мгновения, пока сказанное еще не дошло до сознания присутствующих, Аликс и Билл обменялись быстрыми взглядами и ринулись к выходу словно два смерча. Еще секунду в зале стояла гробовая тишина, а потом начался невообразимый шум.
— Бежим! — скомандовал Билл, и его слова чуть не потонули в общем гаме. Двери зала распахнулись настежь, и толпа повалила наружу: присяжные, зрители, репортеры, размахивающие блокнотами и рвущиеся к телефонам.
— Вот они! — закричала какая-то женщина. — Адвокаты!
Человеческое стадо развернулось и кинулось за ними.
Аликс обуяла паника.
— О Боже! Билл, выведите меня скорей!
— Сюда! — Он схватил ее за руку и побежал, увлекая за собой по коридору, вверх по лестнице, вниз по другой, слыша за собой шум не отстающей погони.
— А теперь сюда! — Он втолкнул Аликс в какую-то дверь, захлопнул ее за собой и закрыл на задвижку. Внутри была тьма кромешная, и только узкая полоска света пробивалась из-под двери. Топот за стеной становился то громче, то тише, но не прекращался.
— Где мы? — задыхаясь, спросила Аликс.
— Понятия не имею! — так же запыхавшись, ответил Билл, но тут же наткнулся на что-то металлическое и чертыхнулся. — Похоже, это кладовка для метел.
Она чувствовала на своей шее его горячее дыхание.
— Кладовка! Вам нужно было выбрать местечко посимпатичнее. Мы можем навсегда тут застрять.
Внезапно ее охватили такая горечь и тоска от пережитого напряжения, что она разрыдалась.
В следующий момент она очутилась в объятиях Билла Кернса и сама не поняла, как это произошло, но они уже обменивались быстрыми жаркими поцелуями.
— Это безумие! — Он сжал ее грудь.
— Ты мне это говоришь! — Ее пальцы нащупывали молнию на его брюках.
— Правда, можно? — Он прижал ее к стене, вибрирующей от все еще продолжающегося топота.
— Нужно! — Она притянула его к себе.
Никогда еще секс не казался ей таким необходимым. Таким логичным. От полного уныния — до кульминации всех чувств! Разрядиться после всех неприятностей можно было только таким способом. И только с Биллом Кернсом.
Минут через десять, тяжело дыша, но утолив свое желание, они выпустили друг друга из объятий и принялись приводить себя в порядок.
— Прислушайся! — прошептал Билл.
Аликс подняла голову.
— Они ушли.
Билл шумно выдохнул и рассмеялся своим заразительным смехом:
— Ядумал об этом моменте уже несколько месяцев!
— Не может быть… — Аликс была поражена.
— С того самого дня, когда ты появилась в оранжевом платье с кружевным воротничком.
— В персиковом, — поправила она. — Платье было персикового цвета.
— Боже, ты выглядела так аппетитно, что я готов был наброситься на тебя прямо там же и тогда же! А ты?
Аликс возилась с пуговицами.
— Я — что?
— Ты когда-нибудь думала обо мне в романтическом плане?
— Ты этоназываешь романтичным?!
— Ты знаешь, что я имею в виду.
— Нет… да… может быть. Но уж, во всяком случае, не в кладовке для метел. Это уж точно.
Он поцеловал ее.
— Да-да… И все-таки это было совсем неплохо. Давай повторим.
— Обязательно. Только не здесь.
— Правильно! Избавимся от запаха этих тюремных стен.
— Да, а то он, кажется, просто въелся в нас.
— Ну, тогда — на волю, в пампасы!
— И на улицу?
— … и в «Плазу». В номер с красивым видом из окна.
— … с ванной на двоих.
— … и шампанским…
— … и бутербродами с копченой лососиной.
— Никакого телевизора…
— Никаких газет…
— Ничего, кроме нас двоих.
— И очень много бутербродов с копченой лососиной!
— Дороговато встанет…
— Копченая лососина?
— Все в целом.
— Расходы пополам?
— А как же!
Аликс скрипнула открываемой дверью. Коридор был пуст. Билл зашнуровал ботинки.
— Теперь вперед!
Точно пара воришек, они прокрались по боковой лестнице вниз, прошли по каким-то коридорам, о существовании которых Аликс даже не подозревала, и вышли через служебный выход на улицу. За углом, на Фоли-сквер, бушевала толпа демонстрантов. То и дело раздавался вой сирен. Аликс догадалась, что это гудят машины «скорой помощи», вызванные для пострадавших в давке.
Билл запихнул ее в такси.
— В «Плазу»! — скомандовал он шоферу. — И как можно скорее.
Оказавшись в безопасном салоне автомобиля, они снова бросились друг к другу в объятия, словно изголодавшиеся.
— Послушай, — сказала Аликс в перерыве между поцелуями, — я кое о чем должна тебя предупредить.
— М-м-м, — невнятно промычал он, покусывая мочку ее уха.
— Я никогда не завожу романов с бейсболистами и юристами.
— Очень разумно… — пробормотал он. Они снова поцеловались. Он провел рукой по ее бедру.
— Господи, — заметил он, — кожа да кости.
— Что за выражения!
— Обожаю такой тип женщин.
— Ты ведь не женат, а, Билл?
— Конечно нет! А почему тебя это интересует?
— Я не завожу романов с бейсболистами, юристами и женатыми мужчинами.
Она запустила пальцы в его волосы, счастливая оттого, что находится в данный момент именно здесь, и нигде больше. Они снова поцеловались.
— А знаешь, я бы все равно выиграла у тебя пари! — произнесла она, оторвавшись от него и отдышавшись.
— Ничего подобного! Ты была у меня в руках.
— Я подготовила такую замечательную речь…
— А моя была просто совершенством…
Аликс выглянула в окно. Уличные часы на здании «ИБМ» на Мэдисон-авеню показывали немногим более десяти утра. Впереди у них был целый чудесный день. Город выглядел чистым и симпатичным.
— В общем-то это неважно. — Она потерлась о его щеку своей.
— Что неважно?
— Кто бы выиграл. Потому что мы этого никогда не узнаем. Правда?
— Правда, милая. Мы никогда этого не узнаем.
ВОСЬМИДЕСЯТЫЕ
Коббл-Хилл
Выйти замуж за Билла Кернса было бы верным и своевременным шагом. Аликс не погнушалась сама внести это предложение.
— Мужчине с политическими амбициями нужны жена и дети… кто-то, способный потереть ему спинку после тяжелого трудового дня, — аргументировала она. — И потом, нам так хорошо вместе!
— Можно рассматривать данную ситуацию и под этим углом, — согласился он. Они лежали в постели и занимались тем, что Билл называл «нежничаньем». — Но ты должна обещать мне не поддаваться комплексу «простой маленькой женщины».
— А в чем конкретно он выражается?
— В том, чтобы колотиться по хозяйству, играть в бридж и вывязывать тамбуром салфеточки.
— Я даже и не представляю себе, что это такое — то, что ты назвал последним.
Они рассмотрели вариант женитьбы со всей дотошностью, как и полагается двум взрослым серьезным людям, обговорили все условия, наметили место бракосочетания (Сити-Холл), дату (через месяц) и решили организовать по этому случаю скромный прием в ресторане «Окна в мир», разделив расходы пополам.
— Хотя это и не совсем справедливо, — задумчиво заметила Аликс. — У тебя столько родственников, а у меня только Саман…
— Ерунда! — перебил ее Билл. — У тебя есть отец, братья, мачеха. Пригласи всех. И в самом деле, было бы красивым жестом с твоей стороны попросить своего старика, чтобы он самолично тебя пристроил — был бы на свадьбе посаженным отцом.