Страница 71 из 182
— Что, Шороха кто-нибудь выкликал?
Горчик поморщился — именование единственной нежити, которая худо-бедно подчинялась призывам заклинателей, считалось у боевых магов дурным тоном.
— Щит, модифицированный под смертное колдовство, причем — сугубо под белый Источник.
Клеймор дернул бровью. Интересная картина! Если черный Источник мог какое-то время существовать вне организма, то белый закреплению на насос-знак не поддавался. Было время, когда инквизиторам удавалось вызвать спонтанные проявления белой магии, но последствия при этом были такие…
— Не похоже, чтобы здесь пытались заклясть одержимого.
— Совсем не похоже, — подтвердил Горчик. — Парень пошел сюда за своим убийцей без сопротивления, добровольно призвал Источник в ходе ритуала, а затем был убит. Это требует либо предельной самоотверженности, либо — крайней степени доверия к убийце.
— Учитывая возраст жертвы, — старшина кивнул на любовно упакованные останки, — одно другого не исключает.
— Что значит: нашим клиентом будет ОЧЕНЬ уважаемый человек. К такому без ордера не подступиться.
Клеймор поморщился:
— Погано! Все больше напоминает Искусников. Я-то думал, у нас их быть не может — столько лет прошло, да и Аксель белую общину шерстит непрерывно.
— Это местечко дурно пахло еще год назад, но эмпаты решили, что произошел коллективный резонанс. Ну и всыпят же теперь этим умникам!
Черные обменялись злорадными ухмылками.
— Что, заканчиваем? — оторвался от раскопа Риспин.
— А у тебя как? — старшина глянул на часы.
Криминалист пожал плечами:
— Ничего. Мерзавец работал исключительно аккуратно. Кости не повреждены, очевидно, смерть наступила от прокола в мягких тканях, чем и как теперь не скажешь — использовано заклятье, ускоряющее тление. Если первая жертва умерла десять лет назад, найти останки будет очень нелегко. Отпечаток ауры идентификации не поддается.
— У меня лучше! — похвастался Горчик. — Пригодные для идентификации фрагменты есть, но без общей картины.
— Дерьмо, — высказался старшина. Значит, магией злоумышленника не найти, только старыми добрыми полицейскими методами. — Опознать жертву можно?
— Да.
— Портрет составь, предъявим в интернате — раз молодой, должен быть из ихних. На сегодня — закончили, искать остальное начнем завтра. Кто-нибудь умеет держаться в седле? — для городских черных сама идея забраться на лошадь выглядела противоестественной. — Понятно, — вздохнул старшина, — значит, пешком.
Риспин пробормотал под нос что-то ругательное и хорошо рифмующееся со словом «Тангор». Старшина и сам с трудом удерживал на языке проклятье. Нет, умом он, конечно, понимал важность поимки убийцы и серьезность их миссии, но в душе… Всем сердцем Клеймор желал этому малолетнему тунеядцу сдохнуть в муках и покрыться лишаями. Это ж умудриться надо было найти трем уважаемым волшебникам такую гнусную работенку! В успехе расследования старшина ничуть не сомневался — от их команды еще ни один злодей не уходил — но при мысли о том, сколько времени займут поиски, хотелось немедленно напиться.
Глава 35
Звонок из интерната застал меня лежащим под машиной (наконец-то я добрался до этого скрипучего агрегата!). Разумеется, Альфред далеко не сразу подпустил меня к казенному имуществу, этому предшествовал глубокомысленный разговор о преимуществах переднего привода, качестве местного спирта и перспективах масляных двигателей. Разумеется, профессиональным алхимиком он не был, а против моего навязчивого обаяния устоять не мог. К регулировке карбюратора я преступил с таким чувством, с каким некоторые начинают молитву, дальше дело пошло бодрее и на меня снизошла благодать. Устройство агрегатов, понятное и функциональное, составляло такой контраст с запутанностью человеческого бытия, что слезы на глаза наворачивались. Я священнодействовал над тормозным приводом (на пересеченной местности — критически важная вещь), когда меня прервали.
Пришел Кларенс:
— Звонила миссис Хемуль, — доложил лейтенант, — и очень просила вас прийти в интернат. Ей показалось, что сегодня утром в школе кто-то ворожил и почему-то это ее сильно беспокоит.
Я чуть гаечным ключом в него не запустил. У меня может быть личная жизнь или нет?! Кто у нас городской полицейский? Кто начальник НЗАМИПС? В городе пасется подразделение боевых магов, а на помощь зовут бедного командировочного, у которого вместо печати волшебника — номерной жетон. Совесть есть, нет?
Но в интернате Лючик.
Я вздохнул и пошел отмывать руки от смазки. Пойду и скажу директрисе все, что о ней думаю. Она таких слов не знает, какие я ей скажу! Вчера звонил, так она меня приходить отговаривала, намекала, что Фокса не хочет провоцировать, а сегодня с ее приятелем, значит, все в порядке. Как раз, когда я делом занялся, тут он созрел! Ненавижу!!!
Моя способность к самоконтролю иссякла окончательно. О, как я понимал координатора Акселя, не желавшего посылать сюда своих людей — Клеймор со товарищи после такой командировки его линчуют. А Сатал надо мной, когда вернусь, еще и ржать начнет, типа, как отдыхалось! Впрочем, проблему с Саталом я готов был решить за три часа — тут на клумбах такие интересные травки произрастают, магистр Тиранидос от зависти бы удавился. Полный гербарий из «Токсикологии», однозначно. Не спорю, млечная вдовушка красиво цветет и отлично смотрится в рабатках, но, на мой взгляд, садовнику стоило лучше думать, прежде чем что-то сажать. Дети же кругом! Я насушил уже полчемодана всяких интересных корешков и мысль о том, как будет удивлен Сатал, когда узнает, от чего умер, вернула мне хорошее настроение.
Так вот, когда говорят об интуиции практикующих магов — ничему не верьте. Мой взгляд зацепился за узкий листочек с характерным бархатным отливом, только потому, что все время искал здесь что-то подобное. Не веря своему счастью, я подхватил находку и принялся озираться в поисках остальной части растения. Увы! Ничего похожего на ближайших газонах не росло, а порции в ничтожные полграмма мне было явно не достаточно. Интересно, а куда садовники уносят стриженую траву? Дорожка, на которой я нашел сокровище, вела не в парк и не в оранжерею, а к задней двери кухни, где вовсю суетились повара — приближалось время обеда. Никакого смутного волнения в душе не было, просто в уме одновременно возникли эти три понятия еда-трава-отрава, я покрутил в руках листочек, и хотел было идти дальше, но чувство долго взяло верх. Возможно, все это дурь, но типус, убивший девять человек, по моему глубокому убеждению, все еще был в интернате, а понятие «здравомыслие» к Искусникам можно отнести только условно…
Нажав в кармане «манок» (не спать козлы, не спать!) я, с деловым видом, ворвался в двери кухни, игнорируя недоуменные взгляды и удивленные лица, мой взгляд шарил по столам и отыскал-таки на них остатки резаной зелени. Во…!
— Где остальное? — тупо поинтересовался я (может, еще насушить успею).
Шеф повар начал набирать в грудь воздух для возмущенной отповеди, но ступор кончился, я выдернул из кармана свое временное удостоверение и ткнул ему в нос:
— Боевая операция НЗАМИПС. Эта трава ядовита. Куда ее дели?
Испуганные взгляды сместились в сторону большой суповой кастрюли.
Я кинул в кастрюлю хроматическое проклятие, окрасившее содержимое в угрожающе-алый цвет (безвредно, зато впечатляюще).
— Кто принес сюда эту дрянь? Имя!
Они не знали, просто не могли вспомнить и, с ужасом, осознавали это. Типичный эффект от маскирующего заклинания.
— Все содержимое кухни (все, слышите?) арестовано до прибытия экспертов. Надеюсь, никто не совал это в рот? Оно смертельно ядовито.
Дородная повариха сильно побледнела и схватилась за грудь.
— Промывать желудок, быстро! И молитесь, чтобы оно не успело впитаться.
Я дождался, пока все повара покинут кухню и завязал ручки дверей первым подвернувшимся шнурком, для надежности.
— Что происходит?