Страница 48 из 78
Олимпия слегка оживилась:
— Прекрасно, я как раз собиралась кое-что посмотреть в их атласе.
«Кто бы мог подумать, что сегодня день ее свадьбы», — мрачно размышлял Джаред. Было совершенно очевидно, что перспектива похода в библиотеку и возможность покопаться там в старых картах волнует ее куда больше, чем собственная свадьба.
— Пока вы будете работать в библиотеке, — сказал Джаред, — я встречусь с Феликсом Хартвеллом, нам нужно обсудить некоторые дела. В это время Роберт, Итон и Хью попускают в парке змея, а когда я освобожусь, отправимся на обед.
Итон постучал каблуками по нижней перекладине стула.
— А что мы будем делать после обеда, сэр?
— Будь добр, перестань долбить по стулу, — рассеянно произнес Джаред.
— Да, сэр.
Джаред взглянул на следующий пункт программы, и все в нем заныло в тревожном предчувствии. А вдруг Олимпия передумает?
Нет.
Только не теперь, когда он так близок к тому, чтобы обладать своей сиреной.
Только не теперь, когда единственная женщина, которую он хочет с такой неистовой страстью, уже почти у него в руках. Только не теперь.
— После того как мы отобедаем, — произнес он, призывая на помощь всю свою выдержку, чтобы голос его звучал ровно, — мы с вашей тетей поженимся. Все приготовления уже сделаны, и много времени церемония не займет, а когда мы вернемся…
На другом краю стола раздалось позвякивание серебряной ложки о фарфор.
— О Боже, — пробормотала Олимпия.
Джаред поднял глаза как раз в тот момент, когда банка с джемом падала со стола. Торчащая из нее ложка полетела на пол вслед за ней.
Итон подавил смешок. Олимпия вскочила на ноги и принялась вытирать ковер салфеткой, что было, впрочем, совершенно бесполезно.
— Оставьте, — сказал Джаред. — Об этом позаботится миссис Берд.
Олимпия неуверенно взглянула на него, опустила, глаза и быстро вернулась на место.
Итак, она была не столь уж безразлична к свадьбе, как казалось. Джаред почувствовал облегчение.
Он облокотился на стол, сплел пальцы и вновь обратился к своим записям.
— Ужинать сегодня будем раньше обычного, — вещал он, — поскольку вечером запланирована поездка в Воксхолл-гарденс — на фейерверк.
Мальчики бурно возликовали.
— По-моему, это прекрасный план, сэр. — Лицо Роберта светилось от восторга.
— Мы никогда не видели фейерверка, — радостно подхватил Итон.
— А там будет играть оркестр? — живо спросил Хью.
— Думаю, да, — ответил Джаред.
— А мороженое будет?
— Скорее всего да. — Джаред посмотрел на Олимпию, пытаясь понять, как она относится к перспективе празднования их свадьбы в Воксхолл-гарденс. У него возникла запоздалая мысль, что иная женщина пришла бы от этого в искреннее негодование.
Но глаза Олимпии неожиданно просияли.
— Прекрасная идея, я с удовольствием посмотрю фейерверк.
Джаред вздохнул с облегчением. «Кто сказал, что во мне нет романтической жилки?»— подумал он.
— А можно мы прогуляемся по Темной аллее в Воксхолле? — подозрительно невинным тоном спросил Роберт.
Джаред метнул в него грозный взгляд.
— Откуда ты знаешь о Темной аллее?
— Нам вчера рассказал о ней один мальчишка в парке, — объяснил Итон. — Он уверял, что ходить там весьма опасно — Истинная правда, сэр, — поддержал его Роберт. — Говорят, что кое-кого из смельчаков, решившихся по ней прогуляться, больше никто никогда не видел. — Он поежился. — Как вы считаете, сэр, можно этому верить?
— Вряд ли, — ответил Джаред.
— Другой мальчик рассказал нам про служанку, которая много лет проработала у них в доме, пока не пропала на Темной аллее, — сообщил Роберт. — С тех пор ее никто не видел.
— Скорее всего сбежала с лакеем. — Джаред решительно закрыл свой ежедневник.
— Мне очень хочется пройти по Темной аллее, — настойчиво произнес Роберт Хью скорчил ему через стол гримасу.
— Тебе хочется только потому, что мальчишка в парке сказал, будто у тебя духу не хватит. Но если мы все отправимся туда — это не считается. Ведь лорд Чиллхерст отпугнет всех разбойников.
— Вот именно, — торжествующе добавил Итон. — Если с нами будет лорд Чиллхерст, разбойники, конечно, не появятся.
Чтобы доказать свою храбрость этому мальчику, тебе надо прогуляться по Темной аллее в одиночку. Спорим, струсишь!
— Да, — продолжал поддразнивать брата Хью. — Ты, несомненно, побоишься пойти один.
Роберт презрительно посмотрел на братьев.
— Вовсе не боюсь я вашей Темной аллеи.
— Нет, боишься, — не унимался Хью.
Джаред приподнял бровь.
— Довольно спорить. Умный человек оставляет без внимания дурацкие подначки и дразнилки. Он должен быть выше всех этих глупостей и принимать решения, основываясь на разуме и логике. Теперь, если вы позавтракали, марш готовиться к занятиям!
— Да, сэр. — Вскочив, Хью бросил на Роберта напоследок насмешливый взгляд.
Итон хихикнул и вышел из-за стола.
Роберт встал и поклонился Олимпии, с достоинством не отвечая на выпады братьев.
Джаред дождался, пока они с Олимпией остались в комнате одни. Затем он спросил через стол:
— Надеюсь, ты не возражаешь против такого расписания, дорогая?
Олимпия встрепенулась.
— Да… Да, конечно. — Она помешивала ложкой в чашке. — В составлении распорядка вам нет равных. Мне остается лишь повиноваться. Я целиком полагаюсь на вас.
— Спасибо. Я стараюсь.
Олимпия бросила на него гневный взгляд.
— Вы смеетесь надо мной, Чиллхерст?
— Нет, дорогая. Это я в последнее время выгляжу все более забавным в собственных глазах.
Глаза Олимпии вдруг вспыхнули, словно ее осенила неожиданная догадка.
— Джаред, почему вы издеваетесь над собой и своими страстями? Стыдитесь признаться, что ничто человеческое вам не чуждо?
— Дело в том, что бурные страсти только вносят в жизнь неразбериху. Все глупости, авантюры начинаются со страсти, с того момента, когда человек теряет голову. Отсюда и безответственность.
— Когда человек становится рабом страсти, тогда и происходят неприятные казусы. Вы же всегда сохраняете хладнокровие, сэр. — Она густо покраснела. — Кроме разве что тех случаев, когда вами движет романтическая страсть, — Да, — согласился Джаред, — когда я занимаюсь с вами любовью. — Он поймал ее взгляд. — Ты моя слабость, мое самое уязвимое место, моя ахиллесова пята. Моя сирена. — Джаред допил кофе и непринужденно отставил чашку. — Прощу прощения, Олимпия. Меня ждут ученики.
— Минуточку, Джаред, мне нужно кое-что сообщить вам. — Олимпия остановила его, когда он направлялся к дверям. — Это касается моей последней находки в дневнике.
— Дорогая, вот уж чего я не собираюсь обсуждать в день своей свадьбы, так это проклятый дневник. Ты знаешь, как меня раздражает данная тема, так что давай покончим с ней раз и навсегда. Я больше не хочу ничего слышать о дневнике. — Джаред наклонился и поцелуем коснулся ее губ.
— Но, Джаред…
— Лучше подумай о брачной ночи, которая нас ожидает, сирена, — нежно приказал он. — Возможно, ты найдешь ее не менее интересной, чем дневник Лайтберн.
И с этими словами он вышел из столовой.
]]]
— Ты хочешь, чтобы я открыл городской дом? — Феликс перегнулся через стол, чтобы налить себе кларета. — Конечно, я с радостью за этим присмотрю. Тебе, конечно, потребуется прислуга?
— Да. — Джаред побарабанил по столу пальцами, быстро прикидывая в уме. — Об экономке не беспокойся, она у нас уже есть.
Феликс скептически посмотрел на него.
— Та, которую вы привезли из Верхнего Тудвея? Сомневаюсь, что она способна вести хозяйство в доме джентльмена в городе. У нее просто не хватит опыта.
— Полагаю, хватит.
Феликс пожал плечами:
— Что ж, дело твое. Кларет?
— Нет, благодарю.
— Ну хорошо, тогда позволь мне выпить за твое грядущее бракосочетание. — Феликс отпил большой глоток кларета и поставил бокал. — Должен сказать, ты провернул это самым необычным образом. Возможно, ты все же унаследовал часть семейной эксцентричности.