Страница 28 из 80
Через четыре часа, примерно в два ночи, если верить хронометру Сэма, все было почти готово. Они стояли на краю пирса, любуясь плодами своего труда.
Два троса, сплетенных каждый из четырех канатов, — один закреплен на носу лодки, другой привязан к уткам на корме, — поднимались из воды к потолку (Реми, отменная скалолазка, продела верхние концы в проушины, к которым крепилась конструкция мостков) и оттуда вновь уходили вниз, к металлическим кабелям под обшивкой мостков. Вертикальные натяжные кабели, в свою очередь, соединялись посередине при помощи хитроумного веревочного плетения. К одному из них — тому, что проходил в стороне от поддерживающих лодку тросов, — Сэм пристегнул баллон с воздухом.
— Итак, — сказала Реми. — Давай обсудим еще раз: ты стреляешь в баллон, от взрыва кабели прогибаются, мостки падают, субмарина всплывает на поверхность, и из нее вытекает вода. Так?
— Примерно. Баллон не взорвется, скорее взлетит, как ракета. Если я не ошибся с узлом, момент вращения должен разорвать ослабленные кабели. Иными словами, чистая математика и полет фантазии…
Сэму пришлось поломать голову, рассчитывая вес субмарины, воды внутри, а также суммарный вес мостков и предел прочности кабелей, зато теперь он точно знал, что делает. При помощи ржавой, но все еще пригодной к использованию ножовки, которую они нашли в ящике с инструментами, он подпилил одиннадцать из восемнадцати вертикальных кабелей.
— И гравитация, — добавила Реми, беря его под руку. — Получится у нас или нет, знай: я тобой горжусь. — Она передала ему пистолет. — Вперед! Давай опробуем твое изобретение.
Они забрались в укрытие, сооруженное из ящиков на дальнем конце дока, и оставили открытой лишь небольшую прорезь для стрельбы.
— Готова? — спросил он.
Реми прижала к ушам ладони и кивнула.
Сэм оперся рукой, в которой держал пистолет, на предплечье другой руки, прицелился и спустил курок.
Раздался выстрел и сразу за ним — хлопок и свист рассекаемого воздуха, вспышка света, визг рвущегося металла и оглушительный всплеск…
Сэм и Реми осторожно выглянули из-за своей баррикады, но увидели лишь туманную пелену, которой заволокло всю пещеру. Постепенно завеса рассеялась. Они выбрались наружу, подошли к краю пирса и посмотрели вниз.
— А я знала, я точно знала, — пробормотала Реми.
Сверхмалая подводная лодка класса «UM-77», проведшая последние шестьдесят лет своей жизни на дне пещеры, теперь покачивалась у самой поверхности, из водоотливных отверстий хлестали струи воды.
— Красота, — только и сумел вымолвить Сэм.
Глава 20
Отдаваясь раскатистым гонгом в ушах Сэма и Реми, подлодка перевалила через очередной валун, сильно накренилась на левый борт, затем подпрыгнула и кувыркнулась вперед носом, подхваченная основным течением. На миг вода залила акриловый купол, заслонив Сэму обзор. Он включил фонарь и посветил вперед, но увидел лишь мелькающие каменные своды да пенные волны, бьющие о нос субмарины. Если не принимать во внимание серьезность ситуации, все это сильно смахивало на один из аттракционов в Диснейленде, подумал Сэм.
— Как ты там? — окликнул он жену.
Реми, которая лежала на полу за сиденьем, упершись обеими руками в корпус, выкрикнула в ответ:
— Изумительно! Сколько мы уже плывем?
Сэм посмотрел на часы.
— Двадцать минут.
— Господи, всего-то?
Поняв, что план сработал, Сэм и Реми не сразу оправились от тихого шока. Придя в себя, они поплыли к лодке и приподняли нос субмарины на несколько дюймов, давая вытечь остаткам воды. Затем Реми забралась внутрь и задраила кингстоны.
Основную часть работы они проделали, оставалось лишь убедиться, что нет течи, и выложить лодку изнутри несколькими подогнанными по размеру досками с мостков. Балластные цистерны — четырехдюймовые трубы емкостью в пятьдесят пять галлонов, пролегающие вдоль правого и левого бортов, — были заполнены и прекрасно уравновешивали лодку.
Подготовив лодку к отплытию, Фарго с легким сердцем устроились на отдых прямо на пирсе и проспали четыре часа, тесно прижавшись друг к дружке в круге света от старых ламп. С утра пораньше проснулись, съели завтрак из тепловатой воды и отсыревшего вяленого мяса, а затем погрузил и в лодку все необходимое и залезли внутрь. Работая снятой с мостков доской как веслом, Сэм отгреб к началу туннеля, где протекала подземная река, закрыл люк и надежно закрепился внутри.
Пока что прочный алюминиевый корпус выдерживал все испытания, и оба знали, что геология на их стороне. В отличие от зазубренных выступов на стенах пещеры, камни и валуны со дна потока давным-давно обточила вода, сгладив все острые края, которые могли бы повредить субмарине.
— Осторожно! — окликнул жену Сэм. — Валун!
Нос лодки врезался в крупный камень, перескочил через него и вильнул налево. Течение подхватило корму и закружило лодку, легонько припечатав о стену.
— Ой! — раздался сквозь шум потока вскрик Реми.
— Как ты?
— Еще один синяк в моей коллекции.
— Вернемся в гостиницу, сходим на шведский массаж.
— Ловлю на слове!
Один час незаметно перетек в два, а Сэм и Реми продолжали плыть через пороги внутри неуправляемой подлодки. Субмарину швыряло о стены, она то и дело перепрыгивала через валуны, крутилась и переворачивалась в бурном потоке. Если становилось нечем дышать, Реми выпускала немного воздуха из оставшегося баллона. Время от времени их выносило на более широкие, спокойные участки реки, и тогда Сэм открывал купол и проветривал кабину, чтобы восполнить недостаток кислорода.
Каждые несколько минут, как по команде, лодка натыкалась на скопление валунов или застревала в порогах, то заваливаясь на бок, то садясь на днище. Чтобы сдвинуть субмарину с места, они осторожно раскачивали «спасательную капсулу» из стороны в сторону, пока та наконец не соскальзывала обратно в поток, или Сэм открывал купол и сталкивал их, используя дощечку вместо рычага.
На исходе третьего часа путешествия шум воды внезапно стих. Субмарина замедлила ход и теперь мягко покачивалась на волнах.
— Что происходит? — спросила Реми.
— Точно не знаю.
Он прижался лицом к куполу и обнаружил, что смотрит на сводчатый потолок со свисающими сталактитами. Услышав шуршание, Сэм посмотрел налево — как раз вовремя: полог вьющихся растений накрыл купол, подобно раскачивающейся шторе внутри автомойки. Солнечные лучи проникли через акрил, наполнив кабину желтоватым светом.
— Это солнце? — сказала Реми.
— А то!
Днище скрипнуло по песку, лодка поплыла медленнее и наконец остановилась. Сэм поднял голову. Их прибило к берегу лагуны.
— Реми, кажется, мы приплыли.
Он открыл защелки и откинул купол. Прохладный, пропитанный солью морской воздух наполнил кабину. Сэм просунул наружу руки, запрокинул голову и подставил лицо солнцу.
Слева раздался какой-то шум. Сэм открыл глаза и повернулся. На песке, в десяти футах от них сидела молодая пара в ластах и с аквалангами. Они застыли и с ошарашенным видом, разинув рты, уставились на Сэма. Мужчину украшал «картофельный загар», какой бывает у фермеров, работающих на открытом воздухе, женщина — платиновая блондинка — выглядела как типичная жительница Среднего Запада на отдыхе.
— Доброе утро, — сказал Сэм. — Вижу, вы тут ныряете. Пещерный дайвинг?
Пара молча, в унисон, кивнула в ответ.
— Будьте аккуратнее, — ошарашил их Сэм. — Места тут коварные. Можно так занырнуть, что хрен потом выберешься. Кстати, не подскажете, который сейчас год?
— Сэм, не приставай к милым людям, — прошептала Реми на ухо мужу.
Глава 21
— Кайф, райское блаженство, — пробормотала Реми. — Я в раю.
Сэм сдержал слово. Вернувшись гостиницу, они первым делом вместе приняли горячий душ, затем заказали роскошный ланч — салат из морепродуктов, горячий хлеб, салат из тропических фруктов. Потом вызвали пару массажисток и целый час наслаждались массажем горячими камнями, прежде чем перейти к глубокому внутримышечному шведскому. Сэм и Реми лежали рядышком на террасе, легкий тропический бриз развевал полупрозрачные занавески. С пляжа доносился мерный рокот прибоя — лучшая колыбельная природы.