Страница 166 из 183
предостерег Бейслах водитель.
Когда миссис Бейслах покинула автомобиль, то один из бандитов, не вытерпев, довольно заметил:
— Кажется, баба давно искала клиентов, чтобы подороже себя продать, так она обрадовалась сделке с нами.
— Будущее покажет, — приободрившсь, но осторожничая, заметил ему водитель.
Подключившись к телефонной линии, связанной с виллой, на которой содержалась Зульфит, замаскировавшись в кустарнике, бандиты получили теперь возможность прослушивать все телефонные
разговоры охраны с внешним миром. В кустарнике и ближайшем лесу их было восемь человек. Вместе с ними в
лесу было замаскировано два легковых автомобиля, на которых они приехали к месту засады.
При таком количестве компания не скучала и чувствовала себя уверенно.
— Тихо, мужики, не шумите! — подняв руку, потребовал интеллигентного вида мужчина с наушниками на
голове. — Фараоны вызывают на виллу «скорую помощь», записывают номер машины, на которой к ним должен
прибыть врач.
— Так, ребята, по местам! — потребовал старший, руководитель группы.
Один из бандитов выгнал на дорогу «ситроен» и, вооружившись биноклем, стал смотреть на дорогу в сторону
города. Увидев приближающуюся машину, открыл капот и стал ходить около машины, размахивая руками. Другой
мужчина, спустив с себя брюки до колен, повернувшись на бок, лег на асфальт дороги в неестественной позе. Со
стороны можно было бы подумать, что «ситроен» сбил его.
Водитель «скорой помощи», подъехав к месту «происшествия», остановил свой автомобиль, чтобы врач мог
оказать помощь пострадавшему, если бы он в ней нуждался.
Выскочившие из-за машины бандиты захватили в заложники водителя автомобиля, двух санитаров и врача.
Пленникам завязали глаза, сняв с них халаты, связали руки и увели в кусты, куда вновь съехал «ситроен».
Работники больницы были посажены в его салон.
— Так, голубки дорогие, сидите в машине тихо и не пыркайтесь, если все будет хорошо, мы вас отпустим с
миром, — пообещал им один из бандитов.
Одна четверка осталась сторожить пленников, другая, надев на себя белые халаты работников больницы, продолжала свой путь к интересующей их вилле.
Четверо полицейских, профессионалы в своей работе, позвонив в больницу, не боялись нападения на себя, но они отвечали за безопасность своей подопечной. Когда же они заметили, что она заболела, что ей плохо и
градусник показывает температуру ее тела более тридцати девяти градусов, то им ничего не оставалось делать, как, беспокоясь за ее здоровье, позвонить в больницу и обратиться за помощью к специалистам.
Увидев подкативший к вилле автомобиль «скорой помощи» с известным им государственным номером, один
из полицейских, подойдя к машине, поздоровавшись с прибывшими, сказал:
— Прошу врача к больной, остальных прибывших попрошу не выходить из машины. Если ваша помощь
понадобится, мы вас позовем в дом.
Врач, тридцатилетний мужчина с европейскими чертами лица, молча взяв медицинский чемодан, последовал
за полицейским на виллу, трое других охранников остались во дворе. Лжеврача из себя изображал
несостоявшийся врач, отчисленный с последнего курса учебного заведения за свое пристрастие к наркотикам. Он
и сейчас согласился участвовать в настоящей операции лишь потому, что с ним обещали рассчитаться за работу
не деньгами, а наркотиками. За наркотики лжеврач готов был убить любого человека, даже родную мать. Он
помнил условие, что если не справится с поручением и напортачит, то обещанных наркотиков ему не видать.
Видя перед собой такую желанную цель, «врач» решил показать больной и полицейскому все свое умение.
Он попросил полицейского выйти из спальни больной, так как должен был обследовать ее раздетой. «Врач»
видел, как за ним из-за полуприкрытой двери присматривает полицейский, и не препятствовал этому. Завершив
медицинское обследование больной, «врач», обращаясь к ней, спросил:
— Кроме температуры, у вас сейчас сильная головная боль?
— Да, доктор! Она меня и беспокоит, — призналась Зульфит слабым голосом.
Ее ответ слышал полицейский, который стал проникаться уважением к «доктору».
— Ваша болезнь возникла на нервной почве, если я не ошибаюсь, то вы чем-то потрясены и расстроены?
— Да, доктор!
— Очень хорошо, — произнес тот. — Зная причину болезни, мы постараемся избавить вас от нее. Выпейте
таблетку от головы, — попросил он Зульфит. — Принесите, пожалуйста, стаканчик с сырой водой, — не
оглядываясь на полицейского, но зная о его присутствии, потребовал лжеврач.
Проглотив таблетку, Зульфит мужественно вытерпела внутривенный укол.
— Вам сейчас станет легче, — пообещал Зульфит «врач».
— Да, я сейчас почувствовала, как все боли пропали. Мне действительно стало легче. Большое спасибо вам, доктор.
— Ложитесь в постель, укройтесь одеялом и полежите несколько часиков, и болезнь вашу как рукой снимет,
— проследив, как послушно выполняет его требование Зульфит, ворковал «врач».
Обращаясь к полицейскому, «врач» потребовал:
— Попрошу вас не беспокоить ее несколько часов. Я вам вечером позвоню, если ей станет хуже, то придется
положить в больницу.
— Не беспокойтесь, доктор, мы ее режим не нарушим, и, Бог даст, больше ваши услуги ей не понадобятся, —
заверил его охранник.
Довольные друг другом, простившись с полицейскими, «медицинские» работники покинули виллу.
Так был ликвидирован, а точнее, убит последний свидетель по делу Жернова-Постникова, на показаниях
которого Кройнер был намерен строить свое обвинение.
Когда Зульфит была уже мертва, по телефонному звонку неизвестного лица в больницу, говорившего
приглушенным голосом, ее служащие были уведомлены, что на сто восьмидесятом километре в сторону виллы
ФБР, где была Лоренция Зульфит, в кустах находится автомобиль с их коллегами.
Главарь бандитов сдержал слово: работникам больницы его сподвижниками, кроме морального и
психического ущерба, не был причинен другой вред.
Глава 27
Когда Золтан Кройнер получил телефонное сообщение из полиции о гибели Лоренции Зульфит, то был так
потрясен, возмущен и психически не подготовлен к такому известию, что если бы не сидел на стуле, то мог бы на
ногах не устоять и упасть.
Удар мафией ему был нанесен в солнечное сплетение. Он теперь понимал, что от него ему не оправиться.
Придется вновь отступать, сдавать свои позиции перед мафией и очередной раз расписываться в своем
бессилии и беспомощности.
Полицейские сообщили ему, как хитро и оригинально они были проведены преступниками. Тут и дураку было
ясно, что исполнителями руководила умная, с фантазией голова, которая у Кройнера вызывала к себе, помимо
профессиональной ненависти, и уважение как к сильному противнику. Охранники хорошо запомнили бандита, выдававшего себя за врача, тогда как на сидящих в машине не обращали внимания, а поэтому и не запомнили.
Изготовленный по их описанию фоторобот в розыске «врача» так и не понадобился, так как в этот день
лжеврач, точнее его труп, был обнаружен на железнодорожном вокзале в туалете.
Патологическое вскрытие показало, что несостоявшийся врач Борман Фридрих Германович, хронический
наркоман, умер от чрезмерно большой дозы наркотика, который был обнаружен у него в крови. Валявшийся
рядом с ним шприц с обнаруженными на нем следами рук погибшего дал основание полагать полицейским, что
Борман сам виноват в своей смерти, тогда как фактически гангстерами его смерть была инсценирована. Борман
был приговорен к смерти мафией еще тогда, когда согласился на нее работать. Он был для всех трех кланов
чужаком, отрезанным ломтем, которым не жалко было пожертвовать, чтобы таким способом обрубить все
подходы к себе через него.
Так как полиция остановилась на первой версии, то мы не будем, дорогие читатели, будировать вторую