Страница 2 из 73
Люси со вздохом устроилась на диване рядом с Мег.
— Пока мы с Тедом будем жить в Уайнете, я вряд ли оправдаю надежды местных жителей.
На этот раз Мег не выдержала и обняла подругу.
— Такого в жизни не будет! Ты собственноручно спасла себя и сестру от приютского детства! Ты мужественно терпела жизнь в Белом доме. А что до мозгов… у тебя степень магистра.
— Которую я заработала только после получения степени бакалавра! — вскинулась Люси. Мег предпочла проигнорировать легкий приступ безумия.
— Твоя работа по защите прав детей позволила изменить много судеб, и, по моему мнению, это куда больше, чем астрономическое ай-кью.
Люси снова вздохнула.
— Я люблю его, но иногда…
— Что?!
Люси отмахнулась:
— Глупости все это. Предсвадебные треволнения. Не обращай внимания.
Мег встревожилась еще сильнее.
— Люси, мы двенадцать лет были лучшими подругами. Знаем самые мрачные тайны друг друга. Если что-то неладно…
— Да, в общем, ничего такого. Я просто нервничаю из-за свадьбы и того внимания, которое она привлекает. Повсюду шныряют журналюги.
Переместившись на край дивана, она прижала подушку к груди, как всегда делала в колледже, когда что-то ее расстраивало.
— Но… что, если он слишком хорош для меня? Я умна, но он умнее. Я хорошенькая, а он просто роскошен! Я пытаюсь быть порядочным человеком. Но он практически святой!
Мег усилием воли задушила нарастающий гнев.
— Тебе здорово промыли мозги.
— У нас троих родители знаменитости. Я, ты, Тед… Но Тед сам сделал себе состояние.
— Несправедливое сравнение. Ты работаешь во внебюджетных организациях. Вряд ли это благоприятная почва для взращивания мультимиллионеров.
Правда, Люси все-таки ухитрялась содержать себя, что никогда не удавалось Мег. Она была слишком занята путешествиями в самые Богом забытые места, под предлогом изучения местных обычаев и туземных ремесел, и действительно прекрасно проводила время. Она любила родителей, но не ту манеру, в которой они лишили ее финансовой поддержки. И почему именно сейчас? Может, сделай они это, когда ей был двадцать один год, а не тридцать, она не чувствовала бы себя таким лузером.
Люси оперлась подбородком о подушку, так что края булочками поднялись вокруг щек.
— Мои родители его боготворят, а ты знаешь, как они относятся к парням, с которыми я встречаюсь.
— Ну уж не так враждебно, как к тем, с которыми встречаюсь я.
— Это потому что ты водишься только с лузерами мирового класса!
С этим спорить трудно. В число лузеров входили шизоидный серфер, которого она встретила в Индонезии, и австралийский гид-рафтер, с серьезными проблемами контроля над собственными эмоциями. Некоторые женщины учатся на своих ошибках. Мег, очевидно, к таковым не принадлежала.
Люси отбросила подушку.
— Тед заработал состояние в двадцать шесть лет. Изобрел какое-то гениальное компьютерное обеспечение, помогающее экономить электроэнергию. Теперь он сам выбирает заказы, какие только пожелает. Дома он водит старый грузовик «форд», работающий на водородном топливе, причем систему питания изобрел сам, вместе с кондиционером на солнечной батарее. Там еще куча других прибамбасов, назначения которых я не понимаю. Ты хоть имеешь представление о том, сколько у него патентов? Нет? Вот и я не имею. Хотя уверена, что любой продавец из бакалеи этого города знает ответ. И что хуже всего, ничего не может вывести его из себя! Ничего!
— Очень похоже на Иисуса. Вот только богат и сексуален.
— Осторожнее, Мег. В Уайнете за шуточки в адрес Иисуса могут и пристрелить. В жизни не видела столько набожных и одновременно вооруженных людей!
Судя по встревоженному лицу Люси, она и сама опасалась покушения.
Вскоре им предстояло идти на репетицию свадьбы, и у Мег уже не было времени выбирать выражения.
— Что у тебя с сексом? Последнее время ты омерзительно скрытна во всем, что касается деталей, если не считать истории с дурацким трехмесячным сексуальным мораторием, на котором ты настояла.
— Я хочу, чтобы наша брачная ночь была чем-то особенным, — пробормотала Люси, кусая губы. — Он самый невероятный любовник из всех, что у меня были.
— Ну да, если учесть, что список твоих любовников далеко не самый длинный в мире.
— Он легендарен. И не спрашивай, откуда я это узнала. Короче говоря, он любовник, о котором грезит любая женщина. Абсолютно не эгоистичен. Романтик. Похоже, знает все, что хочет женщина, еще до того, как она выскажется вслух. И он мой! На всю жизнь!
Мег мысленно отметила безрадостный голос подруги. Странно… а ведь она должна быть счастлива. Она подобрала под себя ноги.
— Должны же быть у него какие-то недостатки.
— Никаких.
— Отстойная бейсболка. Утренний запах изо рта. Тайная страсть к Киду Року. Должно быть что-то.
— Ну…
Взгляд Люси стал беспомощным.
— Он само совершенство. В этом-то и проблема.
Ох, как хорошо Мег ее понимала! Люси не могла позволить себе расстроить людей, которых любила, а теперь ее будущий муж стал еще одним человеком, до которого ей тянуться и тянуться.
Мать Люси, бывший президент Соединенных Штатов, выбрала этот момент, чтобы просунуть голову в спальню.
— Эй вы, двое, пора!
Мег вскочила. Хотя она росла в обществе звезд, все же в присутствии президента Корнилии Кейс Джорик неизменно испытывала нечто сродни благоговению.
Безмятежные патрицианские черты Нили Джорик, ее мелированные светло-каштановые волосы и дизайнерские костюмы были знакомы по тысячам фотографий, но очень немногие показывали реального человека, а не символ, утонченную, совсем не простую женщину, которая когда-то сбежала из Белого дома, чтобы отправиться в путешествие через всю страну. В этом путешествии она нашла Люси и ее сестру Трейси, а заодно и любимого мужа, журналиста Мэта Джорика.
— Видеть вас вместе… — покачала головой Нили. — Кажется, только вчера вы учились в колледже…
Сентиментальные слезы увлажнили холодные голубые глаза бывшего лидера свободного мира.
— Мег, ты всегда была доброй подругой Люси.
— Кто-то должен быть ей другом…
Экс-президент улыбнулась:
— Жаль, что твои родители не смогут приехать.
А вот Мег было не жаль.
— Они не выносят долгой разлуки. А это единственный шанс встретиться. Мама смогла сделать перерыв в работе, чтобы приехать в Китай, на съемки к отцу.
— Не могу дождаться его нового фильма. Он так непредсказуем!
— Они очень хотели быть на свадьбе Люси, — ответила Мег. — Особенно мама. Вы знаете, как она относится к Люси.
— В точности как я — к тебе, — ответила президент… слишком любезно… потому что в отличие от Люси Мег была сплошным разочарованием для родителей. Но теперь не время зацикливаться на ее прошлых неудачах и мрачном будущем. Нужно поразмыслить над все возрастающей убежденностью в том, что ее лучшая подруга вот-вот сделает ошибку всей своей жизни…
Люси настояла только на четырех подружках, в число которых входили три ее сестры и Мег. В ожидании жениха и его родителей все собрались у алтаря. Холли и Шарлотта, родные дочери Мэта и Нили, держались рядом с родителями. Там же стояли Трейси, единокровная сестра Люси, и приемный сын, семнадцатилетний афроамериканец Андре. Когда-то Мэт написал, что если бы семьи имели родословные, их семью можно было бы отнести к американским дворняжкам.
У Мег перехватило горло. Каким бы ничтожеством она ни чувствовала себя в присутствии братьев, все же в эту минуту тосковала по ним.
Внезапно распахнулись двери церкви. И на пороге возник он, на фоне заходящего солнца. Теодор Дей Бодин.
Зазвучали трубы. Настоящие, неподдельные трубы, выдувавшие «Аллилуйя».
— Иисусе, — прошептала Мег.
— Знаю, — прошептала в ответ Люси. — Такое происходит постоянно. Он говорит, что это случайность.
Несмотря на все рассказы Люси, Мег оказалась не готова к первой встрече с Тедом Бодином. Четко очерченные скулы, безупречно прямой нос и квадратный, «кинозвездный» подбородок. Он словно сошел с рекламного щита на Таймс-сквер, вот только в нем не было неискренности и деланности, характерных для моделей обоего пола.