Страница 46 из 63
На цыпочках подошла она к столу…
Донат и Мартин молча сидели в машине все в той же позиции: Донат — положа руки на руль, Мартин — на спинку переднего сиденья. Им казалось, что ждут они так уже полгода. Где это Баська так застряла? Наверняка её схватили и сейчас, не выдержав пыток, она выкладывает всю правду…
— Я на всякий случай включил бы зажигание, — буркнул Мартин.
— Успею, — проворчал Донат и взглянул боковое зеркальце. — Ну, слава богу! Идут.
Мартин оглянулся. Баська и Павел бежали стремительным галопом. У Павла был странное лицо — не то горестное, не то ошалелое. Он сел первым, Баська за ним.
— Трогай! Сматываемся!
Она по локоть запустила руку в сумку, пытаясь нащупать сигареты. Мартин нетерпеливо повернулся к Павлу.
— Ну и что?
— Вот черт, — поморщился Павел, — цапнула меня за палец.
Донат и Мартин как по команде посмотрели на Баську, которая лихорадочно затягивалась сигаретой.
— Да нет, — усмехнулся Павел. — Доска цапнула. Наверняка заноза…
— Да сдвинешься ты с места или нет?! — зашипела Баська. — Сейчас все расскажу, давай в темпе отсюда!
Она глубоко вздохнула, выждала два поворота и начала докладывать. Сообщники слушали молча, в тревоге, предчувствуя что-то ужасное.
— …Вроде храпел, но радио играло, поэтому я не сразу расслышала, — продолжала она. — Замерла, затаилась, даже дышать перестала, чтоб проверить, крепко ли дрыхнет. Боялась, проснётся от неудобства, ну кто так спит — ноги на спинке дивана, наверняка затекли…
— Может, ему снилось, что он связан?.. — предположил Павел.
— Возможно. Я категорически против, чтобы мужчины спали днём, а потому так ему и надо! Ключ в ящике стола, на стуле висел пиджак, ну я все и забрала. Кое-что в бумажнике, остальное в ящике, на самом дне; вообще-то он стол, видно, всегда запирает. Боялась, не заскрипел бы. Или ещё, чего доброго, притащилась бы эта баба с кухни. Ужас, просто ужас, до чего страшно.
Донат так резко затормозил, что Баська едва не выбила головой переднее стекло. Выключил мотор и повернулся к ней. В «трабанте» наступила тревожная тишина.
— До меня не доходит… Повтори.
— Кража, понял? Я совершила кражу, — спокойно ответствовала Баська. — Взяла все из бумажника, из стола тоже. И точно дело здесь проще, чем в Фаленице, его даже усыплять не пришлось — спал добровольно.
— Боже милосердный!..
Баська пожала плечами.
— А чему ты удивляешься? Надо же наконец начать. Такая оказия, а этот мошенник мало что аферист, ещё и дрыхнет днём.
В машине снова воцарилось молчание. Трое сообщников смотрели на неё раскрыв рты, в каком-то отупении. Теоретически воровать было легко, а вот конкретная кража словно обухом по голове оглушила. Компаньонов раздирали самые разнородные эмоции, страх прежде всего. Успокоиться и прийти в себя было нелегко.
— Ты дурака валяешь или говоришь серьёзно? — спросил наконец Мартин недоверчиво.
Баська полезла в сумку и вытащила сначала толстую пачку зелёных банкнотов, а затем пачку отечественных по тысяче злотых. Зрелище более чем эффектное!
Павел простонал:
— О Иисусе!..
— Сколько? — У Доната даже голос сел.
— А я знаю? — ответила Баська. — Могу сосчитать.
— Давай.
Подсчёт состоялся в гробовой тишине.
— Пять тысяч четыреста зелёненьких и сорок восемь тысяч злотых. Хватит.
— На что?!
— Как — на что? На вклад в наш банк. Подушки для пересылки, надо купить, а Мартин на что поедет в Свиноустье? Пешком, что ли, потопает, с ночёвкой под мостом? Чего это вы обалдели? Выкупаем марки или нет? Операцию я начала, понятно? Да вы мне ноги должны целовать.
Сообщники по-прежнему не сводили с неё глаз. После этакой встряски приходили в себя с трудом. Запланированное преступление свершилось, следовало с этим примириться, мало того, следовало радоваться! Первый шаг всегда самый тяжкий. Первый шаг на ведущей к цели тропе… И Баська сделала этот шаг… Мужчины смотрели на неё, она представлялась им созданием то жутким, чудовищным, то неземным.
Мартин первым пришёл в себя:
— Предлагаю убраться подальше. Он может выскочить из дому и броситься в погоню. Думаю, встречаться с ним нет смысла.
— Так что?.. — неуверенно и смущённо спросил Павел. — Разве мы не вернём ему это?..
— Ты что, совсем сбрендил? — возмутилась Баська. — А он нам вернёт «Молдаванских волов»? Прекрати молоть ерунду, скажи спасибо, что не тебе пришлось его грабить! Вы как считали — план придумали, и порядок, дальше все само собой? Дудки! Сейчас дело только начинается!
Донат включил зажигание и медленно двинулся к городу.
— Что правда, то правда, — сказал он с мрачной решимостью. — Чувствую себя последним болваном, но теперь все — хочешь не хочешь, дело сдвинулось…
По дороге смятение понемногу улеглось, мозги заработали более или менее нормально. Что ж, один аферист оплачивает проделки другого — в этом, как ни крути, есть справедливость. Совесть, правда, ещё давала себя знать, но свет надежды уже сиял утешительно. Раз уж начало положено, то и конец не за горами. Это очень вдохновило размечтавшегося Мартина.
— Вот заполучу всю коллекцию, положу на полку, надерусь в стельку, как никогда в жизни. Это будет исторический звёздный час! И недостаёт до него всего лишь семисот девяноста четырех тысяч шестисот долларов…
— Меньше, — поправил Донат. — Злотые, сорок с чем-то тысяч, тоже в счёт идут.
— Вот именно, — возмутился Павел. — Речь шла только о долларах. Зачем брала злотые?
— Их тоже надо брать, — назидательно возразила Баська. — А вдруг придётся часть зелёных покупать на чёрном рынке или ещё что? Кроме того, у меня новая идея. В общем, берём любую валюту, какая попадёт под руку. И давайте за работу, я одна, что ли, должна отдуваться!
Согласно выработанной концепции, Мартин поехал в Свиноустье и просидел там десять дней. Энергичная вдохновительница троих оставшихся сообщников приглядела, кроме контрабандиста из Фаленицы, ещё несколько кандидатов, в число которых вошёл некто Ленарчик. Слухи о пане Ленарчике, владельце многочисленных авторемонтных мастерских, бурно циркулировали среди водителей и механиков. Баська принялась осторожно навещать валютные магазины, изучая не столько товары, сколько постоянных посетителей. Павел и Донат пустили слух среди знакомых: мол, некто желает купить по любой цене доллары, и в немалом количестве. Акция развивалась по плану.
Мартин вернулся в Варшаву в страшном похмелье, но с видом триумфатора.
— Убил двух зайцев враз, — известил он сообщников. — Капитально поработал мозгами, и полный порядок.
— Нашёл моряка? — заинтересовался Павел.
— Даже двух.
— Зачем столько?
— А вот зачем: положиться на одного — дрянь дело. Регулярные контакты с одним моряком в конце концов вызовут подозрения, моряк может вдрызг упиться и намолоть лишнего. Рискованно.
— Но ведь он так или иначе тебя знает. Оба знают…
— Ничего подобного, меня не знает ни один. Зовут меня Михал Ковальский, выгляжу обычно. Один взял письмо и бросил в почтовый ящик в каком-то порту в Норвегии, а второй привёз ответ. Первый привезёт ещё одно письмо для Михала Ковальского, главпочтамт, до востребовани, приклеит марку и опустит в ящик в Свиноустье. И привет! Могу с одним из них увидеться в случае особой надобности ещё разок. Или вообще не увидеться.
— Хорошо, а в письме что?
— В письме будет список фамилий и адресов посторонних людей, на которых мы отправим начинённые долларами думки.
— Значит, твой приятель согласился?
— И даже весьма охотно.
— А все понял?
— Он парень смекалистый, мало того, кой-какие творческие замыслы подкинул.
— Какие замыслы?
— А про банковские счета. Я сообразил, проблемы начнутся с получением денег со счета, ведь неизвестно, кто и когда будет покупать марки. С такими марками отнюдь не легко даже на Западе, придётся использовать разные оказии, просить знакомых. Да и он тоже должен этим счётом распоряжаться. Вот и предложил счёт на пароль. Без фамилии. Пароль надо придумать.