Страница 52 из 74
Возвращаясь домой с намерением усесться за работу, Элюня раздумывала над тем, какое же сокровище её бабуля. Разговор с ней успокоил и вселил надежды, хотя, казалось бы, ничего конкретного старушка не сообщила, только поговорила и пообещала. Но и этой малости оказалось достаточно для обретения душевного равновесия. Вряд ли сам комиссар полиции мог добиться большего. А ведь бабуле уже семьдесят шесть лет. Ещё четыре года, и она при желании могла бы убить человека, кажется, женщин после восьмидесяти не сажают в тюрьму. Вот интересно, есть ли у бабули какой кандидат на примете…
Что касается любви… Казик обещал вернуться завтра. Времени приезда не сообщил. Наверное, сразу позвонит. Что ж, увидятся и она незамедлительно потребует объяснений. Вот и предлог появился если не для разрыва их отношений, то хотя бы для охлаждения. Ведь он же обманул её!
Усаживаясь за рабочий стол, Элюня вдруг подумала, что вовсе не желает разрыва с Казиком. И вообще собирается поступить подло. В Стефана она влюбилась не из-за Казика, Казик мог хоть в Китай уехать или сидеть на крыше, она все равно влюбилась бы в Стефана. И нечего притворяться, что в этом виноват Казик. Нужно ему обо всем откровенно рассказать, хотя Иола и против. Ну и пусть Иола против, она, Элюня, не сможет жить с такой тяжестью на душе. Но только сначала узнает, что за история у Казика со Скандинавией.
Все эти раздумья и тревоги оказались очень вредными, ибо вечером в казино Элюня проигралась вчистую. Отправилась пораньше, очень уж не терпелось увидеть Стефана. Его пока не было; она села за автомат подороже, по пять злотых, и очень скоро почувствовала в себе желание высказаться по примеру пани Оли. Не платил, подлец, и не платил! Девушка уже достаточно изучила механизм действия игральных автоматов и предчувствовала, что ещё немного — и обстоятельства изменятся, игра пойдёт. И в самом деле, вскоре автомат позволил ей выиграть не один жетон, потом алчно проглотил крупную ставку, потом опять поманил мизерным выигрышем. Через два часа оказалось, что все деньги проиграны.
Одалживать Элюня не собиралась, это она уже заранее решила для себя. Глянула на часы — полшестого. Барнича все не было. Он мог заявиться и в девять, и в десять, не станет же она ждать столько времени без денег. А играть очень хотелось, пробиться сквозь полосу невезучести, отыграться! Видно, азарт уже овладел её душой, хотя его и сдерживали спокойный характер и врождённая уравновешенность.
Немного подумав, Элюня решила смотаться в банк и снять деньги со счета по обычному чеку. Кстати, и новую чековую книжку получит, уже должна быть давно готова. Банк находится неподалёку, у въезда на Новый Свят, ещё работает, и обычно в это время в нем мало клиентов, будет где припарковать машину. Обернётся в полчаса, даже если в её отсутствие появится Стефан, она его ещё застанет.
Элюня вежливо попросила служащего казино оставить автомат за ней, впрочем, излишняя просьба, никто и так не рвался к дорогому автомату.
Около банка сбросила скорость и медленно проехала вдоль ряда припаркованных машин, выжидая, не отъедет ли какая, чтобы всунуться на её место. Внимательно высматривала, не вспыхнут ли где фары или подфарники, не садится ли кто в машину. Сразу за киоском Руха увидела мужчину, открывающего дверцу темно-синего форда. Элюня притормозила, надеясь занять место форда, и даже остановилась, отлично сознавая, что останавливаться здесь категорически запрещалось, но слишком однозначно вёл себя мужчина у форда — открыл дверцу, сел в машину, значит, сейчас поедет. Вот включил подфарники, но с места не двинулся, наверное, поджидал кого-то. Не кого-то, а черепаху неповоротливую, улитку, гусеницу идиотскую, что не идёт через банковский холл, а тянется резиной. Человек на своих двоих уже десять раз успел бы дойти до машины! А этот не иначе как собирается провести в машине всю оставшуюся жизнь. А может, помер там? Давить таких надо!
Прошли целые века, а точнее, целых сорок пять секунд, и Элюня покрылась от волнения потом. Того и гляди, прицепится дорожная полиция и будет права: ведь она стоит на правой полосе перед самым перекрёстком и мешает проезжающим, вот кто-то уже замигал на неё фарами. Скажите, какой нервный! С трудом удержала себя от того, чтобы выскочить из машины и сказать пару ласковых тому, в форде, сколько можно торчать, когда другим негде встать?
В этот момент зажглись подфарники машины, стоящей рядом с темно-синим фордом, и Элюня целиком переключилась на неё. Потихоньку двинулась в том направлении, пропустила и ловко заняла освободившееся место.
Выходя из машины и запирая дверцу, Элюня не удержалась и бросила злобный взгляд на кретина в форде. И замерла.
За рулём форда никого не было. А ведь она собственными глазами видела человека, который садился в машину!
Однако девушка тут же разглядела в полутьме на заднем сиденье фигуру мужчины и поняла — сел не водитель, а пассажир. Бывает, за это не несут уголовной ответственности; но тогда какого черта он мигал подфарниками?! Только людей вводит в заблуждение.
Подумав о подфарниках, сразу же вспомнила о своих. Конечно, позабыла выключить. А вдруг задержится в банке? Её аккумулятор не любит света и опять разрядится. Открыв дверцу, девушка нагнулась, протянув руку к выключателю. И вот теперь замерла уже окончательно и бесповоротно.
Нагнувшись, Элюня случайно бросила взгляд на человека в соседней машине и теперь снизу смогла разглядеть в полутьме его лицо. Правда, смотрела на это лицо сквозь два автомобильных окошка, но оба стекла как раз были чистыми, так что лицо просматривалось отчётливо.
На заднем сиденье форда находился Стефан Барнич. Мгновения хватило Элюне, чтобы опознать любимое лицо. Правда, в данный момент любимое лицо предстало в окружении бороды, таинственным образом выросшей за два дня, но девушка её почти не заметила. Ей вполне хватило остального: характерные красивые брови, чудесные глаза, прямой мужественный нос, благородный лоб. Так и оцепенела в наклонном положении, превратившись в каменную статую, будучи не в силах оторвать руку от выключателя света, который за доли секунды до этого успела погасить.
Стефан её не видел. Сидя неподвижно, он не сводил глаз с входной двери банка. Впрочем, заметить Элюню было намного труднее, чем его, ведь она замерла в полусогнутом положении, причём её прикрывала спинка переднего сиденья, а его, кроме уличных фонарей, то и дело освещали фары проезжавших машин и свет из киоска.
Тут, по всей видимости, Стефан Барнич заметил кого-то у выхода из банка, потому что пошевелился и надел большие тёмные очки, закрывшие ему пол-лица. Будь он раньше в них, нипочём бы Элюня его не узнала. К форду подбежал мужчина, сел за руль, и машина тут же двинулась со стоянки. По правой полосе проезжей части одна за другой ехали машины, пришлось форду переждать, благодаря чему все ещё полусогнутая Элюня вместо лица обожаемого супермена вдруг увидела номера темно-синего форда.
Все вышеизложенное столь сильно потрясло Элюню. что она осталась бы окаменелой невесть сколько времени, не вмешайся посторонняя сила в лице водителя машины слева, которому мешала открыть дверцу выпяченная наружу из машины задняя часть Элюни. Не то чтобы эта часть была излишне толстой, просто машины стояли впритык, и пробраться к своей дверце соседний водитель не мог. Вот он и позволил себе деликатно постучать пальцем по незнакомой женщине где-то в районе её талии, что немедленно привело девушку в себя. Стремительно выпрямившись, она наконец перевела дыхание, извинилась и, захлопнув дверцу, ушла.
Вернувшись через несколько минут с деньгами — все-таки не забыла, зачем сюда приехала, — обнаружила, что машину не заперла, но не очень огорчилась — ведь не увели. Да и не было никакой возможности раздумывать над чем бы то ни было, всеми помыслами овладел Стефан Барнич в тёмных очках, оказавшийся пассажиром незнакомого форда.
Тем не менее Элюня возобновила игру на неподатливом автомате. Играла, а сама все думала о сцене на стоянке перед банком. Если бы не её идиотская привычка цепенеть под влиянием эмоций, могла бы на месте все выяснить, два шага отделяли её от Стефана, что стоило подойти и спросить, придёт ли он сегодня в казино, а может, поговорить и о более важных вещах — относительно их будущего. Упустила такой случай, кретинка! Любая девушка на её месте бросилась бы к любимому с криками радости, а она…