Страница 44 из 74
— Пожалуйста, пожалуйста, заходите, только прошу пана, осторожнее, не наступите на кролика, — гостеприимно пригласила хозяйка.
Открыв рот, чтобы поздороваться и задать вопрос, комиссар полиции так и замер, не произнеся ни звука. Квартира оказалась небольшой и от порога просматривалась вся насквозь. Первой бросилась в глаза огромная клетка с двумя средних размеров собаками, которым было явно тесно. Под красивым антикварным столом в комнате с трудом поместился гигантских размеров кролик, а на столе стоял аквариум с одной-единственной, сверхъестественной величины золотой рыбкой, на которую, не моргая, уставились два кота. Один персидский, мамаша которого, правда, совершила мезальянс, а второй обычный дворовый бродяга бело-серо-рыжей раскраски. И словно этого зверинца было недостаточно, на телевизоре возвышалась клетка с канарейкой.
Бежан ничего не сказал, зато подумал, что хозяйка такой квартиры, должно быть, с приветом. И удивился, почему в квартире не воняет, хотя должно бы.
Тем временем пани Кападовская извлекла-таки черепаху из-под вешалки и поставила на пол. Черепаха тут же устремилась обратно со всей черепашьей скоростью.
— Не разбираюсь я в кроликах, — доверительно призналась пани Кападовская незнакомцу, — но мне кажется, ему вредно сидеть без движения, поэтому я его выпустила из клетки, а в клетку посадила собак, потому что они уже одного кролика съели. Просто сожрали!
— Кроличье мясо вкусное, — некстати заявил комиссар полиции и почувствовал, как его кинуло в жар. Не иначе и он становится ненормальным, может, здесь атмосфера такая, заразная?
Хозяйку квартиры не шокировало бестактное замечание, она, по всей вероятности, нашла его уместным.
— Наверняка псы знают об этом, — рассеянно согласилась она, внимательно следя за черепахой. — Вот интересно, где она собирается устроиться на ночь? А вы, пожалуйста, проходите и, если можно, сядьте, так мне будет спокойнее, а то ненароком на кого наступите. Простите, я не спросила вас, вы ко мне?
Пройдя в комнату, комиссар уселся на единственном свободном стуле, стоявшем у антикварного стола, и поджал ноги. Перед глазами оказалась золотая рыбища, которую немного загораживал пушистый кошачий хвост.
Бежан заставил себя отвлечься от рыб и котов и с усилием произнёс:
— Имею честь беседовать с пани Эвой Кападовской? Я из полиции. Комиссар Бежан. Вот моё удостоверение.
— Я что-то нарушила? — поинтересовалась пани Кападовская, рассеянно взглянув на документ. — А, ну да, тут уже был кто-то от вас. Если кто-то на кого-то наехал, так это была не я, вот мои свидетели.
И она указала на животных в комнате. Как бы в подтверждение её слов кенар вдруг зачирикал и явно приготовился дать сольный концерт. Это напомнило хозяйке, что на ночь птицу надо чем-то прикрыть, и пани Кападовская, позабыв о полиции, принялась искать подходящую тряпку.
Комиссар Бежан опять с некоторым трудом заставил себя сосредоточиться.
— Так вот, — отчаянно продолжил он, стараясь говорить как можно официальнее. — Ваша машина, уважаемая пани, в восемнадцать шестнадцать выехала из Константина и двинулась в направлении Варшавы. Этот факт зафиксирован дорожной полицией. Вы показали нашему сотруднику, что не покидали дом. Как это понимать?
— А никак, — ответила пани Кападовская.
Хозяйка квартиры нашла наконец подходящую тряпку и накрыла клетку с канарейкой. Затем принесла второй стул и села у стола, сдвинув в сторону одного из котов, загораживавших полицейского.
— И вообще я не понимаю, о чем вы говорите, — продолжала она. — Моя машина сама ездить не умеет. Правда, раз попыталась, и это плохо кончилось. Тогда я недожала тормоз, и мы врезались в дерево. Сейчас я смогу вам обо всем нормально рассказать, потому что, когда приходил ваш коллега, я ещё не устроила это зверьё и на разговор не было сил. Так рассказывать? Хотите?
Разумеется, комиссар хотел. Он отдёрнул ногу, на которую пыталась вскарабкаться черепаха, покосился на выглядывающего из-под стола кролика и придал лицу самое официальное выражение.
Пани Кападовская начала свой рассказ:
— В два часа я возвращалась из Жолибожа и заехала к знакомым. На своё несчастье. Знакомые уехали в Австрию кататься на лыжах, а их мамаша осталась одна. Ну и через пять минут после моего прихода с ней случился сердечный приступ. Скорая забрала её в четырнадцать тридцать пять, записали время, потому я и запомнила. Весь этот зверинец — их, не могла я животных там одних оставить и поселиться в их квартире тоже не могла, — пришлось забирать к себе, а что мне оставалось делать? Сгребла в кучу, затолкала в машину, а корм для золотой рыбки по дороге высыпался, и теперь не знаю, чем её кормить. Чем питаются золотые рыбки? Червей, что ли, ей накопать? Хоть и золотая, но ведь все равно рыба. Так что дома я оказалась без двадцати четыре, соседка сказала, которую я встретила внизу, в подъезде. Она ещё помогла мне занести зверьё в квартиру. Спешила, потому что в четыре ожидала гостей, надеюсь, сказала мне в лифте, ещё не пришли и не ждут под дверью. Ну а потом пришлось размещать животных, и уверяю вас, это совсем непросто. Спасибо, люди добрые помогли. Та самая соседка принесла салат для кролика и для черепахи, знаете, черепаха, оказывается, любит салат, уплетала за милую душу, я сама видела. Сосед снизу принёс кости для собак, у него своя есть, а моя подруга не поленилась, приехала с двумя банками Вискас для котов. Очень им понравилось! А ещё третья соседка сходила за молоком для меня, мало ли, ещё кому захочется. Так что тут побывало множество народа, а ещё больше звонило. И вы считаете, что при всем этом у меня ещё было время куда-то там поехать?!
У комиссара Бежана, человека как-никак постороннего, и то голова пошла кругом из-за всех этих зоологических проблем, зато он в корне изменил мнение о пани Кападовской. Он даже поспешил на помощь отзывчивой женщине и поделился сведениями о золотых рыбках, ибо точно знал — они питаются дафниями, продаваемыми в зоомагазинах. Выглядят эти дафнии омерзительно, но рыбки их любят.
— Нет у меня дафний, — печально заметила хозяйка. — Я ей накрошила хлеба, проголодается — сожрёт.
— А мотыля в эту пору днём с огнём не найдёшь, — неожиданно для самого себя информировал хозяйку квартиры комиссар Бежан. И спохватился:
— Назовите фамилии всех лиц, которых вы только что перечислили. Я верю пани на все сто, но формальности должны быть соблюдены. Ну и что касается вашей машины…
Пани Кападовская по доброй воле, без принуждения назвала фамилии отзывчивых помощников. А что касается её машины, призналась, что противоугонного устройства на ней нет.
— Моя подруга установила такое на своей машине, ну и выло оно в самых неподходящих местах. Представляете, даже на кладбище, бедняжка чуть со стыда не сгорела, так что я не хочу.
— А ключи от зажигания пани давала кому-нибудь?
— Никому и никогда. Моя шкода уже не новая, вряд ли кто на неё позарится. Когда я на ней не езжу — стоит у дома, на стоянке.
— Стоянка охраняемая?
— Эта нет. Есть у нас и охраняемая, по другую сторону дома, но туда мне не удалось пристроиться, да и удобнее тут.
— Из этого следует, — рассуждал комиссар Бежан, обретя наконец способность рассуждать здраво, — что, если бы кто-нибудь воспользовался вашей машиной, вы могли бы вообще об этом не знать?
— Совершенно верно, ведь я даже не помню, сколько у меня на счётчике. Вот разве что если в машине испортится что-нибудь…
Один из котов, трехцветный, решился наконец попытать счастья. Упёрся передними лапами в стеклянную плитку, прикрывающую аквариум, и немного её сдвинул. Второй кот опёрся передними лапами о стенку аквариума и заглянул в дырку. Отверстие показалось ему недостаточно большим, он лапой попытался ещё дальше сдвинуть плитку, что несколько увеличило доступ к рыбке.
— Видите, что вытворяют? — с грустью произнесла пани Кападовская. — Наверное, сегодня я вообще не пойду спать. Или придавлю крышку камнем. Кто знает, может, котам вредно есть золотых рыбок? Вот только где взять тяжёлый камень…