Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 23 из 37

— Я могу съездить к Роулингсам вместо вас. Несомненно, миссис Роулингс упакует ваши вещи по моей просьбе.

— Нет! То есть… Сальвадор, рано или поздно мне снова придется встретиться с этими людьми. Мне кажется, лучше рано.

— Как прикажете, сеньора Сантос! — В голосе Сальвадора ясно слышалась досада. Доминик вздохнула.

— Постарайтесь понять! — воскликнула она, потом опустила голову. Конечно, она могла бы сказать, что это не его дело, но Сальвадор не был для нее слугой, он был другом, и она могла понять его чувства.

Сальвадор пожал плечами.

— Хорошо. Но я сам отвезу вас.

— Ладно, на это я согласна, — улыбнулась Доминик.

— Прекрасно. А теперь — пойдемте! Я покажу вам ваши владения, а потом Морис подаст вам ленч. Для завтрака сейчас уже слишком поздно.

Дом был даже больше, чем она предполагала. Там были приемные и гостиные, и даже библиотека и кабинет. В библиотеке оказался большой стереофонический проигрыватель и кипа пластинок к нему — и с современной, и с классической музыкой, к великому ее удивлению.

Выше было еще два этажа. На втором были главные спальни, каждая с собственной ванной комнатой. На третьем этаже были спальни поменьше и одна большая комната, которая, поймала себя на мысли Доминик, в будущем подойдет для детской.

Кухня и комнаты прислуги были в полуподвальном этаже. Именно здесь, в огромной современной кухне, она познакомилась с Морисом, шеф-поваром, и его женой Жуаной. Морис был француз, он родился и вырос в Кале, где работал в отеле, и был привезен оттуда Винсенте, обещавшим ему щедрую плату.

— Тогда он еще не был женат, — заметил Сальвадор, когда они вернулись на первый этаж. — Он познакомился с Жуаной в Бела-Виста.

— Как романтично, — улыбнулась Доминик. — Похоже, он здесь всем доволен.

— Да. Все, кто служит сеньору, преданы ему, — твердо ответил Сальвадор. — Он справедливый хозяин и к тому же очень щедрый.

— Вы предубеждены — с коротким смешком заметила Доминик. — Сальвадор, мне очень понравилось обследовать дом, но я уже не ела часов восемнадцать, и я просто умираю с голода! Сальвадор бросил на нее виноватый взгляд.

— Конечно, конечно. Я забыл. Извините, сеньора.

— Ничего, — легко проговорила Доминик. — Никто из нас еще не привык к новой жизни, правда? Сальвадор улыбнулся.

— Да, вы правы, конечно. Послушайте, идите во дворик. Там вы увидите стол с видом на долину. Я принесу вам хереса, а через несколько минут Морис приготовит ленч.

— Хорошо.

Доминик не спеша вышла. Как и сказал Сальвадор, во внутреннем дворике она увидела маленький столик с прозрачной столешницей под огромным полосатым зонтом, стоящий у невысокого парапета. Она уселась в удобное плетеное кресло и стала с удовольствием рассматривать открывавшуюся перед ней панораму. В долине раскинулся город, вдалеке видны были трубы предприятия. С этой высоты огромные многоквартирные дома казались игрушечными. Доминик была так поглощена этим зрелищем, что не услышала шагов Сальвадора и заметила его только тогда, когда он поставил на столик поднос. На нем были рюмка и бутылка хереса.

— О, спасибо, — Она улыбнулась. — Посидите со мной немного. Вы можете теперь все рассказать мне о Винсенте.

Сальвадор коротко рассмеялся.

— Думаю, что нет, — отозвался он, качая головой. — Как бы то ни было, у меня есть дела, и если мы собираемся днем ехать в город, то сейчас мне надо их сделать. Доминик вздохнула.

— А, ну ладно.

Сальвадор ушел, а она налила себе немного вина. Отпивая понемногу, она гадала, уж не назначил ли Винсенте Сальвадора ее сторожем. Он явно рассматривал ее благополучие как часть своих обязанностей.

Ленч был необыкновенно вкусным. Ей подали коктейль с дыней, жареного цыпленка с рисом и салат из свежих фруктов. Она выпила несколько чашек ароматного черного кофе; поданного после еды, а потом ей больше всего хотелось бы вернуться в постель. Она никогда раньше не спала днем, но сегодня чувствовала приятную лень. С сожалением она вспомнила сине-золотую роскошь спальни, принадлежавшей ей и Винсенте, но тут же прогнала эту мысль. Она решила ехать в город, и она это сделает. В конце концов если она отложит отъезд, то вернется Винсенте, а тогда ей вообще не захочется уезжать.

И вот около трех часов дня Сальвадор повез ее вниз по пугающей своими крутыми поворотами дороге к Бела-Виста. В чем-то она даже была довольна, что он решил везти ее. Она не была уверена, что у нее хватило бы отваги вести такой большой автомобиль по таким опасным зигзагам. Машины, к которым она привыкла, были гораздо более скромных размеров, да и лошадиных сил под капотом у них было поменьше. Она сидела рядом с Сальвадором на переднем сиденье, и они легко болтали о Лондоне и Рио, сравнивая эти два города, и не переходили на личности.

Бела-Виста выглядел совершенно так же. Было довольно тихо для этого времени дня, и Доминик удивилась, почему это ей казалось, что все должно было измениться. Просто сама она изменилась настолько сильно, что казалось невероятным, как это все идет по-прежнему.

Когда они были уже неподалеку от дома Роулингсов, Доминик сказала:

— Не подвозите меня к самым воротам. Я… я лучше пойду одна.





Сальвадор поглядел на нее неодобрительно.

— Почему?

— Я не могу это точно объяснить. Просто… это может показаться… ну… — она пожала плечами, — таким… таким вызывающим!

Сальвадор вздохнул, но остановил машину, не доезжая до ворот Роулингсов.

— А как насчет ваших чемоданов? — спросил он. — Вы сможете их нести? Доминик сжала губы.

— Нет… нет, я об этом не подумала.

— Тогда, может, следует подумать. Она посмотрела на него с досадой.

— Хорошо, хорошо, Сальвадор. Дайте мне время обо всем договориться, и тогда я подойду к воротам и помашу вам. Тогда вы можете подъехать за моими вещами.

— Хорошо. Если это то, чего вы хотите?

— Это то, чего я хочу, — кивнула она.

Ее очень смущало ее черное платье, которое никак нельзя было назвать повседневным, и она поспешно пошла мимо ворот соседних домов. Дом Роулингсов казался все таким же обшарпанным и неприметным, как прежде, и она нерешительно вошла в сад и медленно двинулась к веранде.

Тут через открытые стеклянные двери она увидела, что Марион Роулингс и Мэри Педлер сидят вместе и пьют чай. Настроение ее совсем упало. Надо же было так случиться, что здесь оказалась Мэри Педлер, беспокойно подумала Доминик. Что она им скажет?

Они словно почувствовали ее присутствие: обе одновременно подняли головы и увидели ее. Марион встала и подошла к дверям.

— Ну-ну, — недоброжелательно сказала она, — посещаете трущобы? Доминик вздохнула.

— Конечно, нет, Марион. Я… я пришла за моими вещами.

— Неужели? А где же ваш очаровательный супруг?

Доминик поднялась по ступенькам на веранду.

— Он на заводе. Там собрание совета директоров.

— О, конечно, для этого ему туда необходимо было явиться. Какое разочарование для вас! В первый ваш день!

Доминик подошла к Марион, и они посмотрели друг другу в глаза. Марион первой отвела взгляд.

— Ну, так вам лучше бы забрать их, — ворчливо проговорила она. — Что вы об этом деле думаете? — Это она спросила у Мэри Педлер. Мэри пожала худыми плечами.

— А как по-вашему? — Она посмотрела на Доминик. — Вам не кажется, что вы сыграли с Джоном довольно грязную шутку? Доминик вспыхнула.

— Да, да, по правде говоря, кажется, — негромко ответила она. — Но разве не хуже было бы выйти за него замуж, зная, что я не люблю его?

Мэри Педлер фыркнула.

— Любите? Ох, да повзрослейте же, Доминик! Любовь в этом климате живет недолго — впрочем, в любом климате, если на то пошло! Вы слишком романтичны! Мужчины не похожи на женщин. Им скоро надоедают люди — и места. И жены! — Тут она посмотрела на Марион.

Марион кивнула.

— Это правда! Уж не воображаете ли вы, что Винсенте Сантос любит вас?

Доминик сжала кулаки, так что ногти впились в ладони.

— Мне кажется, вы не можете судить о том, на чем основаны наши отношения, — напряженно сказала она.