Страница 22 из 54
— Насчет прегрешений спросишь у Всевышнего, — назидательно сказал старик. Его голубые глаза лучились добром и участием. — А по поводу того, кто ты, спроси у себя самой.
— Спросить-то я спрошу, вот только ответа нет.
— Ответ есть, просто ты его не видишь.
— Вы говорите, что я — ваша мифическая птица Симург, — разозлилась я, — а мне даже имена моих родителей неизвестны!
— Успокойся, в спокойствии приходит мудрость и рассудительность, — невозмутимо продолжил Саабах. — В наших сказаниях птица Симург — девушка-птица, могучая и прекрасная, обладающая огромной магической силой, щедростью, великодушием, умеющая говорить на человеческом языке. Иногда она помогает людям справиться с большим злом, способным уничтожить нас, иногда сама повергает людей в пучину страданий, если чаша ее небесного терпения переполняется их лицемерием, злобой и жестокостью. Если она видит несправедливость с высоты гор Тысячи Сияющих Вершин, то спускается к нам, смертным, и огнем и мечом наказывает тех, кто обижает немощных и слабых.
Саабах немного помолчал, давая мне время обдумать услышанное, потом спросил:
— Разве такая философия жизни претит тебе?
— Нет, но… — попыталась возразить я.
— Никаких «но», — мягко перебил меня старец. — Ты та, кем себя ощущаешь, а о твоем предназначении ведает только Всевышний. В моей стране твое предназначение — стать великой птицей Симург. А предназначение моего клана — оберегать и помогать священной Симург, именно поэтому нашим символом стали белые крылья на ночном небе. Вот уже несколько тысячелетий мы встречаем Симург, помогаем ей выполнить ее предназначение и снова ждем. Я счастлив, ибо я смог встретить Симург дважды за свою жизнь. У каждого в жизни есть предназначение, и, только исполнив его, человек обретает гармонию с самим собой. Со своей душой и сердцем.
— А в чем мое предназначение в вашей стране, раз уж я все-таки Симург?
— А это можешь знать только ты, — развел руками Саабах. — Я могу лишь предположить, что раз ты прибыла ко мне с посланием от принцессы, то твоим долгом на этот раз является избавление Шаурана от диктатора Фаруха и того иноземного чародея, чьей поддержкой он пользуется. Лишь Создатель видит, сколь черны их души и коварно зло, обитающее в них.
— А потом? — снова спросила я.
— А потом ты вернешься к своей жизни. Ведь у тебя есть дом, друзья, семья?
— Есть, — с улыбкой ответила я, вспоминая цитадель, Шторма, Дарвингиля и Нерканна.
— Вот и замечательно! — радостно проговорил глава Харутов, заметив улыбку на моем лице. — Сейчас я тебя отведу в твои покои, а завтра подумаем, что нужно сделать. Ночь давно вступила в свои права, в садах заливисто пели соловьи, соревнуясь в красоте радующих слух трелей. Голоса на улицах стихли, люди, насладившись ночной прохладой, уже разошлись по домам, лишь журчание фонтанов было естественным аккомпанементом к вокалу ночных певцов, к моему удивлению и радости, меня поселили не в женской половине дома, а в отдельных от всех апартаментах.
— Весь этаж северного крыла дома, — прокомментировал Саабах, лично провожая меня по коридорам.
Едва оставшись одна, я прикорнула на первом попавшемся диванчике, так что шикарные покои со множеством огромных комнат рассмотреть как следует просто не успела. Уже засыпая, я мысленно набросала примерный план действий в помощи аире и эмиру, раз уж меня считают сказочной Симург.
Утром меня никто не будил, но, несмотря на все потрясения и события прошедших дней, встала я рано. Наплескавшись в бассейне собственной террасы с потолком из винограда, я почувствовала себя почти счастливой. Впервые в жизни мне доверено по-настоящему важное дело! И есть такие мудрые и ильные соратники. Теперь главное — не ударить в грязь лицом и оправдать оказанное высокое доверие. Одевшись, я стала раскладывать мелкое оружие по местам, когда услышала стук в дверь. Меня ждал небольшой сюрприз.
— Доброе утро, сияющая Симург! — В дверях стояла старшая жена Саабаха, одетая в воздушно-летящие шелка перламутрово-голубых тонов, с вплетенной в прическу сеткой из лазурных топазов. Черная краска, подчеркивающая глаза в тон наряду, отливала синим.
— И вам доброго утра, прекрасная Тамар-опа, — вежливо поздоровалась я. — Что привело вас ко мне?
— Надеюсь, на меня нет обиды за то маленькое недоразумение нашей первой встречи? — Густо накрашенные красивые глаза мудрой женщины смотрели испытующе.
— Нет, многомудрая Тамар-опа, — я искренне улыбнулась первой жене Саабаха, — вы всего лишь хотели поставить на место нахалку. Наверное, я бы на вашем месте поступила более опрометчиво и грубо.
Теперь и ее губ коснулась мягкая приятная улыбка. Некоторое время мы молчали — я продолжала раскладывать предметы вооружения и накопительные амулеты в многочисленные карманы одежды, Тамар-опа с интересом за этим наблюдала.
— Смотри, чему научу, — наконец сказала она. Из ее невесомого и почти прозрачного одеяния появился длинный кинжал.
— Ничего себе! — только и смогла вымолвить я.
По моему убеждению, в таких одеяниях и булавку не спрячешь, не то что нож. Дальше моему взору предстали приличных размеров заточенные иглы, извлеченные из прически, а большое напольное зеркало раскололось от легкого шлепка тыльной стороной ладони старшей жены Саабаха. На одном из пальцев ее холеных ручек среди обычных творений ювелирного искусства красовался боевой перстень с ограненным острием вверх алмазом.
— Я не воин, — обратив внимание на мой восхищенный взгляд, направленный на нее, сказала Тамара-опа. — Но как первая и одновременно старшая жена главы клана я обязана постоять за себя в случае опасности.
— Всех старших жен учат управляться с таким арсеналом?
— Нас никто ничему не учит, — покачала головой Тамар-опа. — Господин Саабах ждет, ты готова?
— Да, можем идти.
Старшая жена Саабаха вела меня по необъятным хоромам дворца главы клана Харут, и я стала замечать, что уже немного ориентируюсь в этом лабиринте из террас, внутренних двориков и садиков. Без подсказки своей провожатой я свернула в коридор, ведущий к террасе, на которой вчера я стала Симург, но женщина меня остановила:
— Господин Саабах принимает гостей в зеркальном зале.
— Тогда не будем им мешать. — Я машинально развернулась в обратную сторону к своим покоям.
— Мы не помешаем, — вновь не согласилась со мной Тамар-опа. — Это особые, важные гости. Им обязательно нужно увидеть тебя.
Что-то в голове у меня щелкнуло, и я наконец поняла, зачем здесь нужна. Зверинцу Саабаха нужно пополнение!
— Это значит, теперь вы будете меня показывать, диковинную зверушку! — взвилась я.
Нет, ничего такого! — замахала руками Тамар-опа. — Прости, сиятельная Симург, что обидела тебя. — Женщина склонила голову в поклоне. — Господа соберутся именно в связи с твоим прибытием, они хотят знать, чем смогут помочь блистательной Симург.
Ее слова меня успокоили, мне стало стыдно за вспышку гнева.
— И вы меня извините, милейшая Тамар-опа. Я погорячилась. Все друзья говорят, что у меня прескверный характер. — Я улыбнулась и позволила женщине вести себя в нужном направлении к зеркальному залу.
— Если бы он был прескверным, то у тебя не было бы друзей, сияющая Симург. — Она улыбнулась мне в ответ.
Зеркальный зал потряс мое воображение! И теперь мне было с чем сравнивать, ведь я уже повидала дворец короля Тошала, была в гостях у владыки Варга, видела убранство цитадели и женской половины дворца Саабаха. Зеркальный зал был совершенно особенным: в нем отсутствовали окна, а дверей не было заметно; стены, пол и потолок полностью выполнены из зеркал, на которых причудливо извивалась белоснежная лепнина растительно-цветочного орнамента. Зал был залит светом, многократно отражающимся в зеркалах, но сам источник освещения, как я ни старалась, найти не удалось. Тамара-опа куда-то исчезла, пока я очарованно разглядывала произведение гениального и пока не известного мне художника-архитектора. Я осторожно шагнула внутрь, стараясь не наступить на чудесный орнамент лепнины.