Страница 8 из 30
Удивительно, как это она сразу не подумала про домик в лесу. Домик этот принадлежит дяде Мартину; Шарлотта лишь терпела его существование. Шарли подумала, что ее тетка не появлялась там уже несколько лет. Охота и рыбная ловля были ей совершенно безразличны, и муж даже не заводил о них разговор.
Шарли же, еще когда училась в колледже, несколько раз бывала в домике вместе с дядей. Охотилась она, правда, только с биноклем, а от рыбалки вообще наотрез отказалась. Но ей очень нравилось это уединенное место в лесу, только вот в последние годы никак не удавалось выкроить время выбраться туда.
Как раз там, в сосновом бору, она сможет обо всем подумать. Если захочется – наплачется вдоволь, а затем решит, как жить дальше. И если повезет, она обретет душевный покой.
Шарли никому не рассказала о своих планах. Шарлотта предложила ей помочь собирать вещи, но Шарли, улыбнувшись, сказала, что не хочет взваливать на тетю лишние хлопоты. Если бы пожилая женщина узнала, что ее племянница собирается провести каникулы в безлюдном месте в лесу – да еще одна, – ее бы хватил удар.
В пятницу, услышав не предвещающий ничего хорошего прогноз на выходные, Шарли объяснила тете, что местный рейс из Хаммондс-Пойнта могут отменить из-за снегопада, поэтому она поедет в Миннеаполис на машине и остановится на ночь в гостинице.
Шарлотта не сказала ни слова. Возможно, она понимала, как невыносимо Шарли оставаться в городе еще на день.
Едва последние дома остались позади, как девушке полегчало: ей предстояли три часа петляющей дороги по местности, живописной даже в распутицу. У нее было предостаточно кассет с любимой музыкой, а Либби в последний момент всучила ей пакет с булочками.
Возможно, когда она разберется в своих чувствах, окажется, что в одиночестве есть свои прелести. На какое-то время в ее жизни появится пустота. Но это пройдет.
Когда она подъехала к последнему населенному пункту на пути, уже начало смеркаться. Небо затянули грозные черные тучи. Шарли свернула к придорожному магазину, и тут на крышу машины упали первые дождевые капли. Закутавшись в пальто, девушка поспешила внутрь.
Хозяйка магазина, невысокая полная женщина средних лет, с тревогой взглянула на нее.
– Что привело вас сюда в такую непогоду, мисс Коллинз?
– Разве аборигены здешних мест имеют что-нибудь против, миссис Харпер?
Женщина недовольно фыркнула.
– Это смотря кого называть аборигенами. Кое-кто предпочел бы жить в Техасе. А вы часом не в охотничий ли домик направляетесь?
Шарли пожала плечами.
– Да, а что? Кстати, можно от вас позвонить? Мысль приехать сюда пришла мне в самый последний момент, и я не предупредила сторожа, чтобы он включил отопление.
Хозяйка магазина пододвинула телефон.
– И кажется, я забыла спросить у дяди Мартина, кто присматривает за домиком сейчас, – добавила Шарли, – вы случайно не знаете?
– Кажется, по-прежнему Джо Бакстер. Он живет всего в одной миле. Иначе кому-то пришлось бы таскаться в такую даль из города.
Телефон Бакстера не отвечал, и Шарли нахмурилась. Конечно, она обойдется и без посторонней помощи, но все же ей не очень-то хотелось воевать с шлангами, подсоединяя огромный допотопный обогреватель к газовому баллону. Да, а как насчет воды? Ведь на зиму ее могли отключить. Кто знает, не забыла ли она еще что-нибудь важное? Может, в домике нет и электричества?
Возможно, мысль выехать на природу окажется и не такой уж хорошей?
Миссис Харпер выглянула в окно на улицу. Дождь уже шел в полную силу.
– Вы действительно решили туда ехать? Тогда вам стоит поторопиться. До домика еще пятнадцать миль, а погода испортилась окончательно. Я постараюсь найти Джо и сразу же направить его к вам.
– Спасибо, – искренне поблагодарила ее Шарли. – Миссис Харпер, вы прелесть!
За городком асфальт кончился, и Шарли сбавила скорость, тревожно вслушиваясь в шелест щебня под колесами. Сплошная пелена дождя скрывала дорогу, и Шарли начинало казаться, что она сбилась с пути. Когда она наконец увидела знакомый поворот, нервы ее уже были на пределе. Подъехав к домику, некоторое время девушка сидела в машине, радуясь тому, что у цели.
Определив, откуда ветер, Шарли решила поставить машину за домик, чтобы хоть как-то защититься от дождя, пока ей придется переносить вещи.
Медленно и неуверенно повернув в замке ключ, девушка остановилась на пороге. Когда дядя Мартин в последний раз был здесь? Прошлой осенью Шарлотта тяжело болела, и он никуда не выезжал…
Внутри оказалось тепло, хотя воздух был несколько спертый. Шарли была поражена; ей пришлось поднести руки к печи, чтобы поверить, что та действительно работает.
– Благослови вас Бог, миссис Харпер, произнесла девушка вслух. – Вы сотворили чудо.
Интересно, как все же ей удалось так быстро разыскать Джо?
Надо было торопиться: ночь уже предъявляла свои права. Шарли пришлось шесть раз ходить в машину за вещами и продуктами, и она уже начала жалеть, что навезла с собой так много. Сколько может съесть за неделю один человек?
К тому же и в домике имелись приличные запасы съестного.
– Наверное, это осталось с тех пор, когда дядя Мартин был здесь в последний раз, – высказала догадку Шарли, осматривая заставленные консервами полки в крохотной кухоньке. – Интересно, они еще не испортились?
Под навесом у крыльца она нашла сухие дрова. Какое счастье! Дождь превратился в настоящий ливень, и идти за дровами в сарай было бы совсем не весело.
Шарли затопила камин и, когда пламя весело затрещало, приготовила омлет и съела его, закинув ноги на сервировочный столик и поставив тарелку на колени. Впервые за целую неделю еда показалась ей вкусной. Шарли взгрустнула было, вспомнив, что именно сегодня вечером должен был состояться торжественный ужин, но тотчас же решительно прогнала эту мысль.
Слишком устав, чтобы читать или искать себе какое-нибудь другое занятие, она удовлетворилась сознанием того, что целую неделю не увидит ни одной живой души.
– Какая благодать, – пробормотала она, снова поздравляя себя с великолепной идеей приехать сюда.
В глубине домика было две спальни, между которыми втиснулась крошечная душевая. Обе комнаты были тесные, без каких-либо излишеств, и Шарли была рада вернуться в обстановку детства.
В спальнях было весьма прохладно.
– А тут не жарко, – заметила вслух Шарли, доставая из сумки пижаму.
Она замерзла в холодной кровати, и сон не шел. Мысли ее постоянно возвращались к тому, как должен был бы проходить этот вечер, последний в особняке Хадсонов. Наверное, она не находила бы себе места, с нетерпением ожидая, когда можно будет надеть белое атласное платье…
Она же начисто забыла про подвенечное платье! Оно так и осталось в ателье дожидаться последней примерки. Впрочем, какое это имеет значение: работа оплачена вперед. Да и что с ним делать? Повесить на чердаке и совершать туда паломничество раз в год в день годовщины несостоявшейся свадьбы?
В чем она ошиблась? Шарли всегда считала, что неплохо разбирается в людях; бросив один взгляд на новый класс, она сразу же точно определяла, от кого ждать неприятностей. Так почему же ей не удалось разглядеть недостатки Спенса? Конечно, ухаживал он за ней не слишком долго – казалось, они и так узнали друг о друге все необходимое! – но ведь за два месяца, прошедшие после помолвки, должны же были появиться какие-то признаки грядущей беды. Однако Шарли ничего не заметила.
А ведь она с детства была знакома со Спенсом – по крайней мере знала, кто он. Хотя в таком крошечном городке, как Хаммондс-Пойнт, все знают всех. В отношении Спенса это было особенно справедливо, так как весь город знал Джона Гринфилда, честного уважаемого биржевого брокера, оказавшегося вовсе не таким честным и уважаемым. Когда кольцо следствия сомкнулось вокруг него и арест стал неизбежен, Джон Гринфилд купил отрезок садового шланга, отъехал от города и, запершись в машине, отравился выхлопными газами, подведя черту подо всем.