Страница 29 из 55
До войны в этом районе на берегу реки стояло двадцать домов. Теперь пятнадцать из них были разрушены бомбами, еще четыре – заколочены досками. Мэри жила со своим дядей в конце улицы, в самом последнем доме. Вход в него был сбоку, через кухонную дверь, к которой можно было подойти по настилу с железными перилами, проложенному прямо над водами Темзы. Мэри остановилась у перил, глядя на Тауэрский мост и крепость. Она любила Темзу, ей всегда нравилось смотреть на нее. Мимо проплывали пароходы, сновали баржи. В конце настила была деревянная лестница, по которой можно было спуститься на небольшой пирс. Там дядя держал две лодки: гребной ялик и еще одно судно побольше – моторную лодку с кабиной. Посмотрев в сторону пирса, она увидела, что там, прячась от дождя, стоит какой-то человек с сигаретой во рту. Он был в плаще и черной шляпе, рядом с ним на пирсе стоял его чемодан.
– Кто вы? – резко спросила Мэри. Этот пирс – частное владение.
– Добрый день, девушка, – весело отозвался незнакомец, взял чемодан и поднялся по лестнице.
– Что вам нужно? – спросила она.
Девлин улыбнулся:
– Мне нужен Майкл Райан. Вы знаете его? Я стучал, но мне никто не открыл.
– Я его племянница. Меня зовут Мэри, – сказала она. – Дядя еще не пришел. Он работает в ночную смену.
– В ночную смену? – спросил Девлин.
– Да, он работает таксистом. С десяти до десяти, двенадцать часов.
– Понятно. – Он посмотрел на часы. – Значит, осталось еще полтора часа.
Мэри была в нерешительности. Девлин почувствовал, что ей не хочется приглашать его в дом.
– Мне кажется, что я вас раньше не видела, – сказала девушка.
– Это неудивительно. Я только что приехал из Ирландии.
– Значит, вы знакомы с дядей Майклом?
– О да. Мы с ним старые друзья, знаем друг друга много лет. Меня зовут Конлон. Отец Гарри Конлон, – добавил он, расстегивая верхние пуговицы темного плаща, чтобы она могла видеть его пасторский воротник.
Мэри сразу же смягчилась.
– Может, вы подождете его в доме, святой отец?
– Да нет. Я немного прогуляюсь и приду попозже. Можно, я оставлю у вас чемодан?
– Конечно.
Она открыла входную дверь. Он вошел за ней на кухню и поставил чемодан.
– Вы случайно не знаете, где находится монастырь Пресвятой Девы Марии?
– Знаю, – ответила Мэри. – По Уоппинг-Хай-стрит дойдете до Уоппинг-Уолл. Монастырь находится на берегу Темзы рядом с Сент-Джеймсской лестницей. Это всего в миле отсюда.
Девлин вышел на террасу.
– Какой прекрасный вид! У Диккенса есть один роман. Там в начале отец с дочерью плывут на лодке по Темзе, ищут утопленников и обыскивают их карманы.
– Это «Наш общий друг», – сказала Мэри. – А девушку звали Лиззи.
– Надо же, вы, оказывается, начитанная девушка.
При этих словах Мэри почувствовала симпатию к Девлину.
– Книги для меня – всё.
– Да, я это понял. – Он поднес руку к шляпе. – До скорого свидания.
Он пошел по настилу прочь от дома; деревянные доски гулко отзывались на стук его шагов.
С Уоппинг-Хай-стрит было хорошо видно, как сильно пострадали от бомбовых ударов лондонские доки. Удивительно, что, несмотря на это, в порту было много кораблей и работа шла полным ходом.
– Интересно, как бы воспринял все это старик Адольф? – тихо произнес Девлин. – Вряд ли он был бы в восторге.
Девлин без труда отыскал монастырь Пресвятой Девы Марии. Он находился по другую сторону главной улицы, которая отходила от реки. Монастырь был обнесен высокой серой стеной, с годами еще больше потемневшей от городской грязи. Из-за стены виднелась крыша часовни, над которой возвышалась колокольня. Девлин с удивлением заметил, что большая дубовая дверь, служившая входом на территорию монастыря, была открыта. Рядом висела табличка с надписью: «Монастырь Пресвятой Девы Марии. Орден сестер милосердия. Настоятельница – сестра Мария Палмер». Девлин прислонился к стене, закурил сигарету и стал наблюдать за входом. Через некоторое время появился привратник в синей форменной одежде. Стоя на верхней ступеньке, он осмотрел дорогу и снова исчез.
От реки стены монастыря отделяла узкая полоску гальки, покрытой илом. Чуть поодаль Девлин увидел ступени, которые вели от стены к реке. Беспечной походкой он спустился по ним и пошел по гальке, высматривая туннель, который, как он помнил из чертежей, был где-то рядом. Скоро полоска гальки кончилась, вода здесь подступала к самой стене монастыря. В этом месте Девлин увидел туннель. Сводчатый проем был почти полностью затоплен, между водой и верхней частью арки оставалось не более двух футов.
Он вернулся на дорогу, прошел один квартал и увидел пивную под названием «Водолей». Он вошел в бар. Молодая женщина в широких брюках и с косынкой на голове мыла пол. Она удивленно взглянула на него.
– Что вам здесь нужно? Бар открывается в одиннадцать.
Девлин расстегнул плащ, и она увидела пасторский воротник.
– Извините, что беспокою вас. Меня зовут Конлон, отец Конлон.
На шее у женщины он увидел цепочку с крестиком. Она стала более приветливой.
– Чем я могу помочь вам, святой отец?
– Один мой коллега, зная, что я буду в этом районе, попросил меня навестить его друга, священника монастыря Пресвятой Девы Марии. Я по глупости забыл, как его зовут.
– Это, должно быть, отец Фрэнк. – Она улыбнулась. – Здесь его так называют. Отец Фрэнк Мартин. Он священник церкви святого Патрика, неподалеку отсюда. Он же является и священником монастыря Пресвятой Девы Марии. Один Бог знает, как ему, в его-то возрасте, удается справляться с такой нагрузкой. Ему никто не помогает. Что делать – война!
– Так, значит, он в церкви святого Патрика? Да благословит вас Бог, – поблагодарил Девлин женщину и вышел.
Церковь святого Патрика была самой обычной.
Как и большинство католических церквей в Англии, ее построили в последние годы викторианской эпохи, после того как в стране узаконили католицизм.
Внутри церкви, как и положено, пахло свечами и ладаном, стояли скульптуры святых, висели картины, изображавшие восхождение Христа на Голгофу. Несмотря на религиозное воспитание, все эти атрибуты никогда не вызывали у Девлина особых чувств. Он присел на скамью. Через некоторое время из ризницы вышел отец Мартин, подошел к алтарю, опустился на колени и стал молиться. Девлин поднялся и тихо вышел.
Майкл Райан был высокого роста и в свои шестьдесят лет выглядел крепким и здоровым. Он сидел на кухне и пил чай из большой кружки, которую Мэри поставила перед ним. На нем была черная кожаная куртка, на шее – белый шарф, рядом лежала твидовая кепка.
– Ты говоришь, Конлон? – Он покачал головой. – У меня никогда не было друзей с такой фамилией. Да и священников среди моих друзей нет.
В дверь постучали. Мэри подошла и открыла ее. На пороге стоял Девлин, мокрый от дождя.
– Да благословит вас Бог, – сказал он и вошел в дом.
Райан посмотрел на него, нахмурившись, затем удивленно воскликнул:
– Боже всемогущий! Не может быть! Лайам Девлин. Неужели это ты?
Он поднялся из-за стола, и Девлин положил руки ему на плечи.
– Годы пощадили тебя, Майкл.
– А ты, Лайам, здорово изменился.
– О, не верь всему, что видишь. Просто мне нужно было изменить внешность. Немного постареть. – Он снял шляпу и провел рукой по седой щетине волос на голове. – Природа тут ни при чем, это все химия.
– Проходи, старина, проходи. – Райан закрыл дверь. – Ты что, скрываешься от кого-нибудь или что?
– Что-то в этом роде. Сейчас объясню.
– Это моя племянница Мэри, – представил Райан девушку. – Помнишь моего старшего брата Симуса? Который умер в тюрьме «Маунтджой».
– Редкой души человек, – сказал Девлин.
– Мэри, это мой старый друг Лайам Девлин.
Девушка мгновенно преобразилась. Она будто засветилась изнутри. На ее лице появилось благоговейное выражение.
– Вы Лайам Девлин? Пресвятая Богоматерь, я столько слышала о вас, еще с детских лет.