Страница 4 из 25
— Что ты имеешь в виду? — подозрительно спросила Амелия. Она прищурилась, словно стараясь увидеть все секреты, которые Сара утаивала.
— Ничего. Мне не надо было говорить. Как ты заметила, Донован очень щепетилен в некоторых вопросах. Он скрытный человек. — Сара поспешила к лестнице.
— Подожди минутку! — крикнула Амелия. — Ты не можешь вот так уйти от меня.
— Как я уже сказала, Донован скрытен, и я это уважаю. Надеюсь, ты тоже. Не говори никому о наших с ним маленьких встречах, ладно?
— Хитрая лиса. — Голос Амелии был полон восхищения. — Ты встречаешься с ним. И давно?
— Амелия, я правда не могу говорить об этом.
— Я никому не скажу, — пообещала та.
— Спасибо. Да и говорить особенно нечего. Сейчас у нас встреча по делу. Вот и все. Мне пора. Донован терпеть не может ждать. — Сара начала подниматься по лестнице. — Не волнуйся, я найду дорогу.
Она исчезла, прежде чем Амелия успела задать еще вопрос.
Сара медленно преодолела лестницу, пытаясь успокоить колотящееся сердце. Это ведь всего на один вечер.
Только на один вечер.
И все.
Она повторяла эти слова, как заклинание, на каждой ступеньке. Она походила на Золушку, которую ждал всего один бал, а после — возвращение к обычной жизни.
Сара быстро подошла к двери Донована и постучала.
— Входите.
Она открыла дверь и увидела все тот же беспорядок. В этот раз она проигнорировала его и сконцентрировалась на своих мыслях.
— Сара? — улыбнулся Донован, поднимаясь из-за стола. — Не ожидал, что ты вернешься. После вчерашнего разговора я решил, ты не захочешь со мной общаться. Я понимаю, это сумасшедшая идея…
— Сядь, Донован.
Он сел. Сара устроилась на том же стуле, где сидела вчера. Тогда она была смущена предложением Донована. Сегодня — готова его принять. Удивительно, что могут совершить двадцать четыре часа.
— Сара, я…
Сара боялась, что если не сообщит о своем согласии прямо сейчас, то никогда на это не решится.
— Просто скажи это.
— Прости, что? — Он нахмурился, явно не понимая, о чем речь.
Да что тут понимать? Сара надеялась, нескольких слов будет достаточно, но она ошиблась. И поэтому пояснила:
— Попроси выйти за тебя замуж.
Прежде чем он успел открыть рот, Сара его остановила:
— Нет, лучше пригласи меня на романтический ужин сегодня вечером и там сделай предложение. Тогда мне не придется врать твоим друзьям. Мы должны все обсудить. Я стану твоей настоящей невестой на один вечер. И когда меня спросят, как ты попросил моей руки, не придется никого обманывать. Но мне не хотелось бы говорить, что это произошло в твоем заваленном бумагами кабинете. Так что подумай о романтике и соглашайся сегодня на ужин.
— Романтическое предложение? — медленно произнес Донован. Он выглядел шокированным.
Сара нисколько не жалела о сказанном. По крайней мере просьба о романтическом предложении ничто по сравнению с просьбой о том, чтобы она назвалась его невестой.
— Даже не знаю, куда поехать, — сказал он.
— Ну придумай. — Сара встала, торопясь выбраться отсюда. — Забери меня в шесть из магазина. — Она направилась к двери.
Донован остановил ее:
— Почему ты передумала?
Сара повернулась и посмотрела ему в лицо:
— Мне нужна твоя помощь. И эта игра никому не навредит. Ты сделаешь мне предложение, так что мы не соврем. Это будет самая короткая помолвка в истории.
— Я все еще не понимаю, к чему романтика. Кому это нужно? — настаивал Донован.
— Мне. Я смогу всем рассказать, какой ты романтик. Давай говорить напрямую. Донован-айсберг может немного оттаять. Это тебе не повредит. Самообладание в зале суда — это замечательно. Но в жизни такое поведение не всем по душе.
— Мне нравится быть Донованом-айсбергом.
— Это твоя проблема. Но я не хочу становиться невестой куска льда. Поэтому настаиваю на романтическом предложении. Увидимся в шесть.
Прежде чем он успел возразить, Сара вышла из кабинета. Она прислонилась к двери и глубоко вздохнула.
Она сделала это. Она…
Дверь за ее спиной внезапно открылась, и Сара, потеряв равновесие, начала падать.
Донован подхватил ее. И в какой-то момент это весьма походило на объятия. Сара про себя решила, что, может, кто-то и считает его Донованом-айсбергом, но в его объятиях очень тепло и уютно.
Тепло и уютно? Да о чем она думает?
— Спасибо, — пробурчала она и поспешила отстраниться от него. — Ты хотел узнать еще что-нибудь?
— Твой размер кольца.
Сара машинально потрогала безымянный палец:
— Размер кольца?
— Тебе понадобится обручальное кольцо. Если тебе так важно, что подумают другие о холодном человеке, я должен всех удивить красивым кольцом. Я договорюсь, чтобы ювелир принял его обратно.
— Ну, если его возьмут обратно, это хорошая идея. Мой размер — семь с половиной.
— Семь с половиной, — повторил он. — Хорошо. Увидимся в шесть.
Донован вернулся в кабинет и закрыл за собой дверь. Сара как во сне спустилась вниз.
Она добилась своего! Когда ее окликнула Амелия, Сара просто помахала рукой, вышла из здания и направилась к своему магазину.
Ей удалось! Сара сжала голову руками и тяжело вздохнула.
Она сделала это.
Проблема была в том, что она не знала, что именно сделала.
Донован почувствовал себя школьником, когда в сотый раз заглянул в карман, чтобы убедиться, на месте ли кольцо. Оно было там.
Нужно взять себя в руки. Для беспокойства причин нет. Это ведь не настоящая помолвка. Он едва знал Сару Мэдисон. Она просто вовремя подвернулась под руку. Она нуждалась в нем, а он нуждался в ней.
Люди частенько женятся по расчету. И потом, никто не собирается доводить дело до свадьбы.
Она станет его подставной невестой. И только на один вечер.
Хотя вообще-то вечеринка состоится только на следующей неделе, так что получается, не на один вечер. Но уж после грандиозного банкета они точно разорвут помолвку. Поэтому не стоит так нервничать, постоянно повторял себе Донован.
— Вы хорошо себя чувствуете, мистер Донован? — с беспокойством спросила Амелия.
— Вполне, — как эхо отозвался он. Господи! Он собирается сделать предложение девушке, с которой почти незнаком.
— Вы неважно выглядите, если позволите заметить, — продолжала секретарша.
— А если я не позволю? — спросил он. Донован тут же пожалел о своих словах.
Амелия просто хотела проявить чуткость. Ему не следовало давать волю собственным эмоциям.
— Извини, — пробормотал он. — Ты права, я действительно не в себе. У меня ужасно болит голова.
— О, не уходите, пока не примете что-нибудь. — Амелия стала рыться в своем столе.
Сара была права, подумал Донован. Стол не вписывается в эту приемную. Им нужно что-то более солидное, что будет подчеркивать красоту особняка, которому уже по меньшей мере полтора века.
Может, попробовать уговорить Лиланда пригласить Сару в качестве дизайнера?
Нет. О чем он думает? Когда они разорвут помолвку, он не захочет часто видеть свою бывшую невесту в офисе. Нанять ее было бы неразумно.
— Вот, — сказала Амелия, протягивая ему две таблетки аспирина. — Сейчас принесу стакан воды.
Она вышла, прежде чем Донован успел открыть рот, чтобы возразить, и через секунду вернулась с водой в пластиковом стаканчике.
— Спасибо, Амелия.
Она застенчиво улыбнулась:
— Не за что, мистер Донован.
Он выпил таблетки, выкинул стакан в корзину для мусора и спросил:
— Амелия, ты здесь давно работаешь?
— Два с половиной года, сэр. — Она явно нервничала.
Донован-айсберг. Вот как его называют за глаза. Неужели он внушает Амелии страх? Он раньше не задумывался над этим, и теперь ему стало не по себе.
Чтобы как-то разрядить обстановку, Донован сказал:
— И все это время я называл тебя Амелией, а ты обращалась ко мне «мистер Донован». Не пора ли изменить это?
— Изменить, сэр? — спросила секретарша голосом, больше похожим на писк.