Страница 2 из 13
— Да… А она хорошо на тебя влияет. Буду во дворце, схожу в склеп, поблагодарю её… представлюсь.
— Хы, она и так с тобой знакома! — успокоила я мужа. — Когда мы вернулись из Темсарии, она была тут!
— Я её не почувствовал…
— Думаешь, у меня был глюк?
— Ты видела её?
Ох, уж мне эти научные методы анализа. Семь раз спроси 'почему?', и докопаешься до истины.
— Слышала…
— Шелест ветра в осеннем парке? — мягко улыбнулся Вольф.
— ??? Да… ты что, тоже?
Теперь уже мне захотелось поприставать к нему с вопросами, но я сдержала свой исследовательский порыв. Раз Вольф её слышал, значит, прабабушка этого сама захотела.
— Было дело… Так это была Мелисса…
Он очень знакомо задумался. Я испугалась, что теперь Вольф снова засядет за свои расчёты, определяя параметры призрачной королевы.
— Во-о-ольф, ты ещё со мной?
— Да, да… — он в задумчивости посмотрел сквозь меня и прошествовал в дом.
Э-эх… Ничего не поделаешь. Господин Сарториус изволит решать очередную задачу. Хм… Пойду, позабочусь о его… хи-хи… питании.
Я отправилась в хижину следом за Вольфом. Но до компера он пока не добрался, застыв в гостиной в неподражаемой позе мыслителя. Левой рукой обхватил подбородок, правая вытянута вперёд в побуждаемом жесте следовать его указаниям, глаза устремлены на мой незаконченный пазл из осколков изразцов. Я непроизвольно замерла на пороге, ожидая, как он будет выходить из ступора.
Заразно это, что ли?! Какого хлора, спрашивается, я тут торчу истуканом? Хотела же приготовить что-нибудь съестное.
— Петра, — ожил Вольф, тыкая пальцем в склеенные изразцы, — это карта какая-то.
Сказал, и как ни в чём не бывало, протопал в кабинет.
— Это узор, — возмутилась я в его удаляющуюся спину.
— Карта…
Да? И как это он понял, глядя на неполную треть предполагаемого изразцового панно?
Я отбросила хозяйственные мысли о кулинарии, и уселась за реставрационные работы.
Ну, интересно же, что из этого получится? Хиппы столько лет хранили… Вольф какую-то карту увидел.
Радостные, молодые голоса, донёсшиеся с улицы, оторвали меня от моей кропотливой работы. Я обрадовалась приезду Хлои и Жоржа. Ведь успела уже по ним соскучиться. Оказалось, что с ними прибыл и Джордж, возжелавший лицезреть меня счастливую.
— Петра! — прогремел за порогом его голос. — У тебя есть чем покормить голодного морского волка?
— Ох, волков развелось, — проворчала я себе под нос и отправилась навстречу гостям. — Добрый день! Чего желаете? — тоном вышколенной официантки, поинтересовалась у друзей. — Омары? Заливные акульи плавники? Жареные языки скворцов? Печень трески по-приморски?
— А что есть? — ухмыльнулся Джордж. — Хлеба хотя бы дашь?
Хлор! Этот приятель знает меня слишком хорошо, что бы попадаться на мои провокации. Надо менять приёмы.
— Хлеба? — я задумчиво подняла глаза к небу. — Кажется, деликатесов не завозили… Так что, омаров не будете?
— Петь, — тихо спросила Хлоя, — а что, омары есть на самом деле?
Я горестно подтвердила сей факт киванием.
— Наловили… наелись… объелись… Поможете уничтожить запасы?
— Конечно! — рассмеялась подруга.
— Тогда я пошла их варить. Прошу, господа в нашу скромную обитель! Хозяин где-то в недрах хижины науку двигает. Вольф! — крикнула занятому мужу. — У нас гости! Да, изразцы не трогайте. Испортите мне реставрацию, накормлю хлорофосом вместо омаров.
Друзья дружно пообещали не трогать черепки. Мужчины отправились на поиски Вольфа, а Хлоя пошла со мной на кухню.
— А как вы омаров ловили?
— Зовом, — поморщилась я, вспомнив, как организовала нашествие ракообразных на наш берег. — Еле назад в море их развернули…
— Зовом? Как это тебе удалось? У зоологов такое и то раз из тысячи случаев получается! — прямо-таки восхитилась Хлоя.
— Вольф предположил, что так моё единение с первой стихией сказывается. Но гулять по волнам я больше не пробовала, — предупредила я её вопрос. — Так что, на яхте место в холодильнике есть? Может, заберёте излишки омаров? В обмен на хлеб…
— У вас что, хлеба на самом деле нет? — Хлоя явно заподозрила меня в непристойной лжи.
— Нет… и кабачковой икры нет, и плавленых сырков. Не смотри на меня так! Шучу… Сейчас организую праздничный ужин.
Я, перед удивлённым взглядом Хлои, пролевитировала на огонь здоровую кастрюлю, направила в неё струю воды, закинула жменю крупной соли, долила уксус, достала из аквариума трепыхающихся омаров.
— Петра, ты что, кулинарные курсы окончила? — подруга с недоверием наблюдала за моими действиями.
— А ты что, готовить не умеешь? — вытаращила я на неё удивлённые глазки.
— Ну-у-у…
— Хм… Могу научить, — сунула ей в руки черпак, которым размешивала соль в кастрюле.
— Ну-у-у… — Хлоя с недоумением разглядывала орудие повара.
— Что, — усмехнулась я, — не принцесское это дело, кашу варить и винегрет стругать? — Она неопределённо пожала плечами. — Ты вспомни, как Эрсель картошку пекла! Так что, бери пучок зелени, и, как вода закипит, смело бросай её в кастрюлю.
— Слушаюсь, Ваше Величество… — изобразила покорную подданную подруга, потупив очи долу. Даже улыбку удержала.
— Слышь, ты, Высочество, — нарочито грубо отозвалась я, — у тебя с уполовника капает!
— Откуда капает?… — Хлоя зачем-то потрогала свой нос.
— Вот тот большой черпак, что ты держишь в руках, наша кухарка Мария называет уполовником.
— Да ты что?!
— Угу…
— Петь, оно булькает.
— Замечательно…
— Стоять, руки за голову! — рявкнул нам, неожиданно ввалившийся на кухню, молоденький офицер береговой охраны, и направил на нас пистолет. — Вы аресто…
Зря он это… Пытаться таким способом напугать двух техно-магов, пусть и женского пола, это быть самоубийцей-мазохистом. Мало того, что я напоила его уксусом, бутылочку которого так и держала в руках, прицельно плеснув жидкость в раззявленный рот. Так его ещё и Хлоя уполовником этим самым от всей души приложила по лбу, видимо изменив на мгновение плотность алюминиевого черпака до плотности чугуна. Звон стоял знатный! Незадачливый офицер грохнулся на пол, поверженный хрупкой рукой принцессы Леманской.
Несколько секунд мы с подругой с недоумением рассматривали неподвижное тело у наших ног, резонно полагая, что до смерти мы его всё-таки не пришибли. Дыхательная деятельность наблюдалась отчётливо.
На грохот, учинённый Её Высочеством, к нам в кухню вбежали наши мужчины. Оценили результат самообороны, и удовлетворённо покивали.
— Ангидрит твою, кто это?! — я посмотрела на Джорджа. По моему глубокому убеждению, этот офицер должен был быть ему знаком. В конце концов, кто тут отвечает за безопасность на побережье?
Распростёртый на полу мужчина начал подавать признаки жизни, жалобно постанывая.
— Новенький какой-то, — пожал плечами Джордж.
Я только сейчас заметила, маячившего за спинами наших мужчин, второго офицера. Кажется, более старшего по званию. Он протиснулся к нам в кухню, которая от такого количества народа стала вдруг маленькой, и склонился над своим младшим коллегой.
— Извините, Ваши Высочества и Ваши Величества, он просто старался правильно выполнять свою работу.
— Отменный служака, — усмехнулся Вольф. — Приложите ему лёд, а то у него шишка на глазах растёт!
Я достала из морозильника форму со льдом и протянула старшему офицеру.
— Извините, у меня обед выкипает…
Отобрала у Хлои её убойное оружие и принялась демонстративно шуровать в кастрюле.
Нет, я конечно девушка сердобольная, но только тогда, когда со мной обходятся по-хорошему. А у меня до сих пор от его вопля поджилки трясутся… от возмущения! Между прочим, врываться на частную территорию, да ещё пугать законных хозяев разными дурацкими командами, не разрешено ни в одной цивилизованной стране мира. Вот пусть этот страж порядка и наращивает свой мозг путём получения шишек, глядишь, умнее станет.