Страница 44 из 64
– Все вон.
– Но, Каллен, нам надо поговорить с Алексом и выяснить, что происходит.
– Я сам поговорю с ним и все выясню.
– Но… – начала Эвелинда и сразу замолчала, потому что муж поднял руку, призывая к молчанию.
– Я не мешал тебе разговаривать с твоей новой сестрой. Теперь позволь мне поговорить с моим новым братом. – Заметив, что Эвелинда все еще колеблется и украдкой бросает на Алекса встревоженные взгляды, он добавил: – Я прослежу за тем, чтобы он оставался в постели.
– Каллен все выяснит.
– Она тебя любит. – В его голосе прозвучало неприкрытое удивление.
– Ну да, – усмехнулся Каллен, потом улыбка исчезла с его лица и он серьезно добавил: – И я ее тоже.
– Лежи, иначе тебе придется побороться со мной, – рыкнул Дьявол, но сразу хитро улыбнулся: – Я дал обещание жене, а я не нарушаю своих обещаний.
– Вот и хорошо. Я ничего не имею против хорошей потасовки, но ты сейчас в таком состоянии, что не сможешь быть мне достойным соперником. – Каллен взял один из стульев у очага, поставил его вплотную к кровати и сел.
– Как Тунис? – спросил он.
– Жаркий и кровавый, – сухо сказал Алекс и улыбнулся, поскольку его собеседник весело расхохотался. Они обменялись улыбками, и Каллен сказал:
– Похоже, в д'Омсбери проблемы. Я могу только посочувствовать. У нас тоже были проблемы, когда я привез сюда твою сестру. Рад сообщить, что сейчас все в порядке, – сказал он и полюбопытствовал: – Ты хочешь сначала послушать, что было у нас, или расскажешь о том, что приключилось с тобой?
– Тебе не могла подсыпать зелье твоя жена?
– Нет, конечно, нет, – поспешил ответить Алекс, почувствовав огромное облегчение.
– Хотя логично подозревать ее, ведь все началось после ее приезда, и только она от этого выиграла.
– Выиграла? – сухо переспросил Алекс.
– Ну, некоторым женщинам нравится, когда мужчина кидается на них, как бык-производитель.
– Даже если бык не отстает всю ночь, доводя себя и жену до полного изнеможения?
– Ну, не знаю. В любом случае это не она. Она тревожится и заботится о тебе.
– Правда? – возликовал Алекс и залился краской. Мысль о том, что он небезразличен Мерри, была удивительно приятной. Он даже не смел надеяться на это. В конце концов, они очень плохо начали, она какое-то время считала его пьяницей…
– Конечно. Полагаю, она даже любит тебя, хотя пока еще сама себе в этом не признается. Сейчас она находится в состоянии ощенившейся суки, которая трясется над своим пометом. – Каллен нахмурился и спросил: – Надеюсь, я не обидел тебя и твою дорогую жену таким сравнением?
– Нет, что ты, – весело ответил Алекс.
– Состояние ощенившейся суки означает, что она старается защитить меня?
– Ну да, – заверил его Каллен и заулыбался. – Стюарты недалеко отсюда, и мы раньше нередко встречались. Мерри может быть сущей мегерой, когда дело касается ее отца и братьев, но она хорошая девушка и их тоже всегда старалась защитить, если надо.
– Но она не слишком-то тряслась над ними. Скорее, больше злилась. Но о тебе она заботится так, как раньше пеклась о своей матери. Мэйрид была хорошей женщиной, и Мерри ее обожала и бережно охраняла, никому не позволяя ее обижать. С тобой она такая же. Въехала во двор замка рядом с твоей повозкой – плечи прямые, взгляд твердый, на поясе кинжал. Потребовала встречи со мной и даже не поздоровалась, а сразу попросила позаботиться о том, чтобы тебя определили в безопасную комнату вместе с Годфри и поставили у дверей стражу, пока не выяснится, кто хочет тебя убить.
– Она встревожила Эвелинду. – Каллен рассмеялся, покачал головой и сразу нахмурился: – Мне это не понравилось. У Эвелинды в последнее время было немало поводов для волнений. Но что поделаешь? Мерри думала только о тебе. Она замечательная женщина.
– Да, – согласился Алекс. Он надеялся, что Каллен прав и Мерри действительно думает о нем. Чем ближе он узнавал ее, тем больше убеждался, что может полюбить эту женщину. Ему не хотелось, чтобы его любовь была безответной.