Страница 26 из 79
— И ваша сестра тоже.
— Надеюсь, вы не откажетесь от поисков из‑за моих родственников. Честное слово, я умею справляться с членами своей семьи. Вы ведь не позволите устрашить себя?
— Уверяю вас, Феба, я нисколько не боюсь вашего семейства. Меня интересует, что вы можете сказать по поводу вашего скорого брака.
— Никаких разговоров о скором браке, милорд. Если Килбурн все‑таки решится сделать предложение, я буду вынуждена любезно ему отказать.
— Почему? — требовательно спросил Габриэль. Внезапно он понял, что должен знать все об отношениях Фебы с маркизом.
— Если б вы были ближе знакомы с Килбурном, вы сами поняли бы, что он совершенно не годится в мужья.
— Он маркиз и, насколько мне известно, чудовищно богат.
— Ханжа и зануда. Поверьте, я научилась распознавать этот тип мужчин и совершенно не собираюсь связывать с Килбурном свою жизнь. Постоянно находиться рядом с таким вот непреклонным самодовольным субъектом! Да ведь это все равно что похоронить себя заживо!
— Другими словами, вы боитесь, что он положит конец вашему безрассудству, — откликнулся Габриэль. — Никаких полуночных свиданий с незнакомцами, никаких расследований и приключений.
— Килбурн на этом не остановится. Он человек пуританских правил, к тому же очень ограниченный. Сейчас, ухаживая за мной, он пытается это скрыть, но, если мы поженимся, непременно начнет указывать мне, каких я должна выбирать друзей и какие я должна шить платья. Он лишит меня свободы!
— А вы очень цените свою независимость?
— Конечно. Мама внушила мне, что разумная женщина вполне способна управлять таким мужем, как Килбурн. Но зачем рисковать? — Феба улыбнулась. — Да, милорд, Килбурн не одобряет книги, подобные вашей. Он, наверное, попытался бы запретить мне их читать!..
— В таком случае я вынужден с вами согласиться. Килбурн совершенно вам не подходит.
— Милорд? — Она слегка откинула голову, вглядываясь в скрытое маской лицо. — Что‑нибудь не так?..
— Давайте выйдем в сад, чтобы вдохнуть свежего ночного воздуха, — пробормотал Габриэль.
— Не спешите, милорд. — Феба ухватилась за него.
— Я держу вас, — тихо сказал он, крепче прижимая девушку к себе. Держу и уже не выпущу, мысленно добавил он. По крайней мере до тех пор, пока не закончу все дела с твоей семейкой.
— У Брэнтли просто замечательный сад, — светским тоном произнесла Феба, легко ступая по усыпанной гравием дорожке. — Вам доводилось осматривать его при свете дня?
— Нет, — ответил Габриэль, глубоко вдыхая холодный ночной воздух. Он пытался совладать с чувственным желанием, которое с невероятной силой охватило его.
— Огромный сад, здесь есть и оранжерея, и лабиринт, и пруд с рыбками. — Феба вгляделась в темноту. — Ночью, конечно, ничего не разглядишь, но я бывала тут днем, и сад мне очень понравился.
— Феба!
— Да, милорд?
— Я здесь не для того, чтобы болтать о садах.
— Я так и думала, — с энтузиазмом откликнулась Феба. — Вы ведь привели меня сюда, чтобы поговорить о нашем расследовании, не правда ли? Расскажите, сэр, что вам удалось выяснить? Мы сколько‑нибудь продвинулись к цели?
— Смотря с какой точки зрения на это посмотреть. — Габриэль уводил ее прочь от освещенного дома, в глубь темного огромного сада. — Пожалуй, с некоторой долей уверенности можно рассчитывать на успех.
— Превосходно. — Феба подняла голову. — Что же вы обнаружили? Кто‑то из ваших книготорговцев сообщил ценные сведения? Или вы услышали что‑нибудь в своем клубе?
— Я наметил несколько линий расследования, по которым и намерен двигаться. — Габриэль решил, что теперь они невидимы со стороны дома, и замедлил шаги.
— Рада это слышать, милорд… — Феба заколебалась, оглядывая причудливо подстриженные кусты. — Этот сад действительно очень своеобразен, но все‑таки ночью в нем страшновато, правда? — Она инстинктивно прижалась к плечу Габриэля. — Днем здесь очень занятно, а в темноте воображение разыгрывается…
— У вас очень развито воображение, — усмехнулся Габриэль.
— Вы не должны говорить так! Вы ведь зарабатываете на жизнь описанием воображаемых историй…
— Историй, которые Килбурн запретит вам читать, если ему удастся жениться на вас, — напомнил Габриэль, увлекая ее в тень большого темно‑зеленого Пегаса.
— Я уже объяснила вам, милорд, что у Килбурна нет ни малейшего шанса. Зачем снова возвращаться к этой теме?
— Будь я проклят, если знаю зачем…
— Габриэль… — Голос ее был полон желания, и он вновь ощутил себя околдованным.
— Тебе нравится? — спросил Габриэль, прикасаясь губами к теплой коже ее шеи. — Скажи, что тебе нравится.
— Да. — Феба втянула в себя воздух, когда Габриэль осторожно прикусил мочку ее уха.
— Скажи, тебе это очень нравится? — настаивал он.
— Мне очень нравится. Я никогда не испытывала ничего подобного, Габриэль.