Холодная ночь

Лукас покачал головой и ослабил галстук, надетый к вечернему костюму.

— Это не для меня. Но стоило прийти сюда хотя бы ради того, чтобы увидеть тебя такой.

На мне было белое до полу платье без бретелек, и, взглянув на свое размытое отражение в ближайшем зеркале, я увидела, что мои волосы украшены белыми цветами. Никогда еще я не чувствовала себя такой красавицей!

И вовсе не потому, что я так нарядилась. А из-за того, что наконец-то оказалась здесь с Лукасом.

— Ты умеешь танцевать вальс? — шепотом спросила я.

— Вообще-то, нет. Но если ты хочешь, давай попробуем.

Засмеявшись, я позволила Лукасу обнять себя, и мы закружились. Нет, вальсировать он не умел, но какая разница? Я смотрела вокруг — Патрис вложила руку в ладонь Балтазара, Кортни насмехается над неуклюжими движениями Ранулъфа, Дана аккуратно ведет Ракель — и недоумевала, почему никто из них не танцует так, как им хочется.

Тут появилась еще одна фигура — прозрачная, переливающаяся аквамариновыми оттенками. Девушка-призрак подплыла к нам и произнесла:

— Позвольте разбить вашу пару?

— Конечно, — ответила я, удивляясь, откуда она знает Лукаса и почему хочет с ним потанцевать.

Но она взяла за руку меня и увлекла в толпу танцующих. Я с сожалением взглянула на своего парня. Он смотрел мне вслед, но вскоре толпа поглотила его.

Вздрогнув, я проснулась, быстро осмотрелась, чтобы вспомнить, где нахожусь, и снова положила голову на плечо Лукаса. Он что-то пробормотал во сне и повернулся ко мне. Успокоившись, я улыбнулась.

До Филадельфии мы добрались ближе к вечеру. Мы не знали, куда пойти, но город был достаточно велик, чтобы затеряться в нем. И что еще лучше, здесь не имелось постоянной ячейки Черного Креста. Маловероятно, что на нас будут серьезно охотиться.

— Остановимся в городе на несколько дней, — сказал Лукас. — Можно подыскать что-нибудь дешевое. Залечь на дно и обдумать, что делать дальше.

— Нужно купить какую-нибудь одежду, — заметила я, показывая на наши грязные футболки и джинсы, — чтобы не выглядеть как бродяги.

— Мы и есть бродяги, — ответил Лукас. Эта мысль не приходила мне в голову.

— Одежду, — настойчиво повторила я. — Не новый гардероб, а просто чистые вещи. А еще зубные щетки, пасту, дезодорант...

— Да, я понял.

Мы зашли в большой торговый центр, чтобы купить сразу все. Я выбрала два дешевых летних платьица, темно-синее и темно-зеленое, на вид легких и удобных, простую сумочку, подходившую буквально ко всему, и пару шлепок на ремешках. Лукас купил длинные шорты цвета хаки и две черные футболки, и мы направились в парфюмерно-косметический отдел.

Стоило завернуть за угол, как мы увидели рядами лежащие презервативы. Я хотела было отвести глаза, как делала всегда, потому что эти упаковки ужасно меня смущали. Да, вот такая я закомплексованная зануда. Но на этот раз я передумала.

— Может быть, нужно купить несколько штук? — Мне хотелось, чтобы это прозвучало женственно и уверенно, но вместо этого я издала какой-то жалкий писк.

— Наверное. — Лукас посмотрел на меня долгим взглядом. — Бьянка, ты же знаешь, нет никакой спешки.

Я теребила волосы.

— Знаю. Просто... если мы захотим... ну, пусть будут. На всякий случай, да?

— Да.

Пару секунд никто из нас не шевелился, потом Лукас взял ближайшую упаковку и бросил ее в корзинку. У меня екнуло сердце, и по телу разлилось приятное тепло, удивив меня.

Правда, я так и не смогла посмотреть в глаза кассирше. Впрочем, ей, кажется, было наплевать.

Мы сняли комнату в отеле в деловой части города, недалеко от автобусной станции. Она оказалась лучше, чем я предположила, исходя из цены. В номере были кофеварка, большой телевизор, хорошая ванная с феном и кучей пушистых белых полотенец и очень большая кровать.

— Наверное, сначала нужно немного отдохнуть, а уж потом решим, где поесть, — предложила я. Мы оба так устали, что я могла думать о кровати только как о месте, где спят, — несмотря на презервативы в пакете.

Похоже, Лукас чувствовал то же самое.

— Да, давай отдохнем. Вокруг есть закусочные, можно будет сходить туда попозже.

— Ты знаешь Филадельфию?

— Бывал тут пару раз.

Мы с Лукасом забрались в постель, и я не думала ни о чем, кроме сна, до тех пор пока мы не оказались под одеялом.

Мы потянулись друг к другу одновременно. Губы Лукаса нашли мои, и мы начали целоваться так отчаянно, словно долго были в разлуке. Он крепко обнял меня, а я обеими ногами обвила его ногу.

Прошло каких-то несколько секунд, и мне показалось, что мы с ним все еще слишком далеко друг от друга. Я вцепилась в его футболку и начала ее стягивать. Мы снова поцеловались. Прикосновение его кожи к моей походило на электрический разряд, но мне все равно было мало. Дрожащими руками я потянула бретельки лифчика, спустила их вниз и расстегнула его.

Я всегда думала, что буду очень стесняться, когда парень впервые увидит меня раздетой, но ничего подобного не произошло. Лукас смотрел на меня так, будто я — самое прекрасное, что он видел в жизни, а когда он погладил меня, ощущение оказалось еще чудеснее, чем я могла предполагать.

Я взяла его за руку и потянула ее вниз, к джинсам. Я хотела, чтобы он увидел меня всю. Хотела почувствовать себя целиком прекрасной.

Лукас помог мне раздеться, снял свои джинсы и швырнул их через всю комнату. До сих пор я никогда не видела голых мужчин, только на картинах и в Интернете. И почему-то никогда не думала, что это красиво,— до сих пор. Мне нравилось, как Лукас выглядит, какой он под моими ладонями, как нежно он ко мне прикасается. И если я вдруг начинала нервничать или не знала, что делать дальше, он снова меня целовал, и все мои страхи исчезали.

«Мой», — думала я. Это походило на голод, который владел мной, когда я жаждала его крови, только еще лучше, потому что так я могла пить его снова и снова. Безумная потребность укусить Лукаса исчезла, сменившись чем-то другим, чем-то, что не имело никакого отношения к моему вампирству. Совсем наоборот: я остро чувствовала, что жива. Наконец-то, после того как я два года его хотела, Лукас полностью принадлежал мне.

Когда мы оба почти утратили контроль над собой, Лукас хрипло прошептал:

— Бьянка, ты уверена?

— Еще как уверена, — ответила я, запуская пальцы ему в волосы. — Вот так все и должно быть.

— Да. — Лукас еще раз поцеловал меня, и в первый раз за долгие-долгие месяцы я поняла, что наконец-то все встало на свои места.

На следующее утро я сонно пошевелилась, и до меня дошло, что я действительно лежу в постели, рядом со мной спит Лукас и мы оба голые. На меня обрушились воспоминания.

Глаза мои широко распахнулись.

«Неужели я и вправду?.. Да, я и вправду».

И дело вовсе не в том, что я этому не радовалась, — наоборот, я радовалась. Даже несмотря на то что у меня немножко болели такие места, которые вроде и болеть-то не могут, я никогда еще не чувствовала себя такой счастливой, любимой и уверенной.

Просто все казалось немножко нереальным, вот в чем дело. Я — в постели с любимым. Я плотнее закуталась в простыню, глупо улыбаясь, и решила, что нельзя не поделиться этой шуткой с Лукасом.

Пощекотала его пальцами ног, и он завозился на подушке. Один глаз сонно приоткрылся. И вдруг Лукас схватил меня так быстро, что я даже запищала, и потянул на себя.

— Доброе утро, — пробормотал он между поцелуями. — Кажется, я начинаю к этому привыкать.

— Я тоже.

Какое-то время мы просто целовались, но все более и более настойчиво. Тело мое уже запылало, и я подумала: может, уже прошло достаточно времени и можно попробовать еще раз...

Но прежде чем до этого дошло, Лукас оторвался от меня и улыбнулся:

— Кажется, я придумал, что мы будем делать.

— Ага. Судя по тому, что мы с тобой лежим голышом в постели, я тоже придумала.