Страница 47 из 78
– Мне приходилось делать то, что он говорил, мама. Марти отстранилась от нее, глаза ее смотрели вниз, и она размахивала руками, когда говорила. Зои заметила, что та держала пистолет.
– Где ты взяла пистолет? – спросила она.
– Мне удалось забрать его у него, у Анжело, надзирателя, – сказала Марти, присаживаясь на один из плоских камней. – Ты привязала те голубые лоскуты ткани слишком туго, мама, – сказала она. – Мне потребовалась вечность, чтобы все их отвязать.
– Прости меня, – сказала Зои. – Мне хотелось быть уверенной в том, что они не слетят с веток.
– Они бы ни в коем случае не слетели, пока бы их кто-нибудь не развязал.
Марти оперлась головой о ладонь. Она выглядела очень изможденной, похудевшей и бледной, такой хрупкой, какой она выглядела к концу судебного процесса.
Зои снова обратила внимание на пистолет.
– Что ты имела в виду, когда сказала, что забрала пистолет у надзирателя? – спросила она. – Ты хочешь сказать, что забрала его силой? Он получил деньги, не так ли?
С другой стороны от хижины зашуршали листья, и глаза Марти расширились от ужаса. Она быстро встала, поднимая пистолет обеими руками, как хорошо обученный полицейский или опытный преступник, нацеливаясь на угол домика, когда появилась Софи. Зои бросилась вперед, чтобы схватить Марти за руку:
– Не стреляй в нее.
Софи стояла на краю поляны с перебинтованной стопой, оторванной от земли, и руками, поднятыми вверх, а на лице ее застыл ужас.
– Кто это, черт возьми? – проговорила Марти, опуская пистолет.
– Положи пистолет, Марти, – скомандовала Зои.
Марти положила пистолет на землю, и Софи медленно опустила руки.
– Иди сюда, Софи, – Зои сделала знак девочке подойти к ним, и Софи медленно пошла вперед.
– Все нацеливают на тебя оружие в эти дни, да, дорогая? – сказала она, пытаясь придать голосу веселость, хотя все ее тело дрожало из-за такой реакции Марти на неожиданного гостя. Она обняла Софи за узкие худые плечики.
– Софи, это моя дочь Марти, – сказала она. – Марти, это Софи. Она заблудилась в лесу несколько дней назад и случайно оказалась здесь. Я собираюсь провести ее вверх к дороге и…
– Ты собираешься что? – воскликнула Марти.
– Мы с Софи уже обговорили это. Я буду прятаться и сделаю так, чтобы кто-то другой подобрал ее и отвез в полицию, – быстро заверила ее Зои. – И Софи понимает, что я не хочу, чтобы кто-нибудь узнал, что она встретила меня, не так ли, Софи?
Софи уставилась на Марти, но у нее получилось кивнуть.
– Мама, ты не можешь этого сделать, – сказала Марти. – Они ищут меня. Они будут искать по всему лесу. Возможно, они уже здесь.
– Зачем им искать тебя? – спросила Зои. Она почувствовала, как Софи прижалась к ней. – Откуда им знать, что тебя надо искать здесь?
– Они уже знают, – бросила Марти.
– Послушай, Марти, – волнение Зои росло, – тебе лучше сказать мне, что произошло. Ты забрала у охранника пистолет и… Я просто не понимаю. В плане что-то не сработало?
Марти засмеялась:
– Это уж точно.
– Хорошо, – сказала Зои. – Давай не будем донимать себя мыслями об этом. Все сядьте. Выбирай камень.
Она присела на ближайший камень, Софи села рядом с ней.
– Не здесь, не на открытом месте, – сказала Марта.
– Вряд ли можно назвать это открытым местом, – возразила Зои.
– Мама, ты не понимаешь. Нам нужно войти внутрь.
Было проще пройти за Марти внутрь хижины, чем сопротивляться ей.
Вздохнув, Зои поднялась и пошла к хижине, обхватив одной рукой Софи, которая прыгала рядом с ней, избегая наступать на распухшую ногу. Зои пришлось помочь ей подняться по ступенькам крыльца. Как она собирается провести эту девочку пять миль по лесу, оставалось только догадываться.
– Боже мой, ты действительно жила здесь? – спросила Марти, когда они вошли в маленькую переднюю комнату с диваном, покрытым простыней, самодельными полками и грязными стенами. – Здесь наверняка полно паразитов, мама. На окнах нет защиты.
Зои засмеялась несколько напряженно.
– Ну да, это верно, – призналась она. – В окнах нет ни одного стекла. – Она надеялась, что Марти была в плохом настроении из-за ночи, проведенной в лесу, и оно скоро улучшится. – Зато я прибила несколько сеток в спальне.
– Где же мне прикажете сесть?
Марти беспомощно оглянулась.
– Диван, учитывая то, что на нем простыня, совершенно чистый, – сказала Зои, – и тот стул тоже нормальный.
Она указала на крайне старый деревянный стул в углу. Она посмотрела, как дочь брезгливо присела на край стула, тогда как она присела на диван. Софи села так близко к ней, что оказалась практически у нее на коленях, и Зои опять обняла ее.
– Тебе придется привыкнуть к небольшой грязи, – сказала Зои Марти. – Тебе придется адаптироваться к несовершенным условиям проживания.
Марти посмотрела на нее сердито, и глаза ее наполнились слезами.
– Не говори мне об адаптации к несовершенным жилищным условиям, мама, – сказала она. – Ты не представляешь, как я жила. Я была в самой мерзкой и оскорбительной тюрьме на земле.
Зои пожалела, что говорила так резко. Ей следовало помнить, что перенесла Марти, и перенесла несправедливо, расплачиваясь за преступление, которого не совершала, потому что Зои наняла нерадивых юристов для ее защиты. Марти выглядела нездоровой. Волосы у нее были длиннее, чем когда-либо. Возможно, она не подстригала их со времени судебного процесса. Их красивый белый цвет выцвел, и даже ее большие голубые глаза потеряли блеск.
– Извини меня, дорогая. Итак, расскажи мне все. И почему ты думаешь, что тебя будут искать здесь?
Марти достала сигарету из пачки, которая была в кармане ее шорт, и прикурила пурпурной зажигалкой. Зои никогда не разрешала ей курить дома в Малибу, но посчитала, что сейчас лучше придержать язык и не говорить об этом.
– Я думаю, что они будут искать меня, потому что Анжело сказал, что он собирается сообщить полиции, где он высадил меня.
– Какого черта он будет это делать? – спросила Зои. – У него теперь есть деньги, не так ли? Он лишь поставит себя в…
– Я не знаю почему, – голос Марти звучал устало. Она потерла лицо руками. – Я перестала пытаться понять, что он собирается делать, несколько дней назад. Просто это то, что он мне сказал.
– Может быть, он просто нес чепуху, ты так не думаешь, Марти?
– Нет, я так не думаю, мама, – сказала она с сарказмом и снова затянулась сигаретой. – Я думаю, что он собирается сообщить, и они придут искать меня.
– Но тогда ведь они и его заберут.
– Я знаю, что в этом нет никакого смысла, – махнула Марти рукой, и пепел с ее сигареты упал на пол.
Она сожжет здесь все, подумала Зои.
– Может быть, он позвонит из телефонной будки или еще откуда-нибудь, – продолжила Марти. – Одно я знаю – этот человек ненавидит меня, и у него нет каких-либо угрызений совести.
– Но даже если он и позвонит властям, он высадил тебя у сарая, не так ли? – спросила Зои. – И ты вернулась на одну милю назад, чтобы войти в лес, а мы на добрые десять миль в глубине леса, так что вряд ли…
– Они используют собак, мама. Они выследят меня по моему запаху.
Собаки. Она о них не подумала.
– Ну и что же нам делать? – растерянно спросила она.
– Ну, прежде всего, ты не оставишь меня здесь одну и не поведешь ее, – она показала на Софи, – через лес к дороге.
– Я должна это сделать, – возразила Зои. – У меня нет выбора.
– Тебе не следовало разрешать ей прийти сюда.
– Я не приглашала ее, Марти. Она заблудилась, ты понимаешь? Она забрела сюда.
Под рукой она почувствовала, как дрожь прошла по телу Софи, она посмотрела на нее и увидела, что малышка плачет.
– Все хорошо, Софи. Все будет хорошо, дорогая. Она попала в катастрофу и заблудилась, Марти, – повторила Зои. – Ты же знаешь, как чувствуешь себя после ночи в лесу. А Софи провела там три ночи!
Марти посмотрела на Софи и, похоже, смягчилась, услышав такое.