Страница 15 из 61
— Это приведет Артура в ярость, — заметил Джулиан. — Он не любит проигрывать.
— Именно по этой причине Конрад сейчас собирается вместе с Джорджем уехать на длительный срок — погостить в моем поместье в Йоркшире, — сообщил Лео.
— А чего хотел от него Артур?
— Дело в том, что Конрад служит в министерстве иностранных дел. По этой причине он и решил обратиться со своими проблемами ко мне. Должность у него весьма ответственная, и Артур хотел, чтобы он раздобыл для него кое-какую информацию. Похоже, ваш дядя, Джулиан, весьма активно торгует государственными секретами.
Граф выругался, но тут же, смутившись, извинился перед Хлоей. Взглянув на Лео, пробормотал:
— Что ж, охотно верю. Сейчас из Франции дует очень неблагоприятный ветер, так что в скором времени моему дядюшке представится много удобных возможностей увеличить свое состояние.
— Возможности всегда имеются. — Лео криво усмехнулся. — Ведь каждое правительство собирает всевозможные сведения о правительствах других стран.
— А теперь я вас покину, джентльмены, — сказала Хлоя, вставая.
Сложив на поднос тарелки и чашки, она спросила:
— Хотите еще кофе? Могу прислать.
— Нет, спасибо, — ответил Лео.
Как только его кузина вышла, он снова повернулся к графу.
— Так вот, как я уже сказал, Конрада очень ценят в министерстве, а его медицинские таланты открывают ему доступ к весьма важным персонам, о которых он, конечно же, может многое рассказать.
— И мой дядя решил запустить когти в кого-то из них, не так ли? — Джулиан снова ругнулся, на сей раз довольно громко, поскольку Хлои в комнате не было. — Выходит, Артур запятнал доброе имя Конрада?
— Нет. — Лео покачал головой. — И уже не сможет. Конрад сегодня же увезет Джорджа в мое поместье. Кроме того, пущен слух, что Джордж — внебрачный сын самого Конрада.
— А у него не возникнет из-за этого проблем с молодой леди, с которой он недавно обручился?
— Конрад уже говорил с ней. Именно она и посоветовала ему выдать мальчика за собственного сына, пояснив, что молва о его прошлой неосмотрительности не вызовет у нее беспокойства и не заставит краснеть. А трагедия, произошедшая с его сестрой, должна оставаться в тайне. И еще она сказала, что некоторое смущение, которое могут вызвать у нее разговоры о внебрачном сыне Конрада, — ничто по сравнению с тем, что пережила и может заново пережить его сестра, если правда выйдет наружу. Полагаю, она очень порядочная женщина.
— Да, по-видимому, — пробормотал Джулиан с некоторым сомнением в голосе — ему трудно было поверить, что существуют такие удивительные создания, как невеста Конрада. Кроме того, он не мог понять, в чем выгода этой женщины от такого решения.
Но тут ему вспомнилась Хлоя, сделавшая так много для него и для его сына, не требуя ничего взамен. И он почувствовал угрызения совести. Возможно, ему следовало пересмотреть свое отношение к женщинам — ведь не все же они такие, как Беатрис. Хотя с другой стороны… В конце концов граф решил, что будет считать Хлою приятным исключением из правила.
Снова взглянув на Лео, он спросил:
— А Конрад сказал, что еще заставлял его делать Артур? Из рассказа Хлои следует, что он выполнял и другие его поручения.
— В сущности, он ничего особенного не делал. Разумеется, угрозы Артура очень его напугали, поэтому Конрад соглашался выполнять поручения вашего дяди. Но он выполнял их таким образом, чтобы никому не повредить. Однажды Артур попросил опоить лекарствами вашу тетю Милдред — чтобы потом распустить слух, что она слабоумная. — Лео улыбнулся. — Так вот, Конрад и мои родственники сумели сделать так, чтобы Артур поверил, что его план относительно вашей тети удался. Но конечно же, у него ничего не выйдет. А сегодня Конрад наконец-то понял, что ему потребуется моя помощь, чтобы вырваться из лап Артура. Поэтому он и решил со мной встретиться.
— Он будет в безопасности в вашем поместье?
— Да, разумеется. И он будет очень ценным свидетелем, если нам действительно понадобится свидетель. А главное — он умеет и знает, когда лучше помолчать.
— Прекрасно, — кивнул Джулиан. — Наконец-то мы сделали шаг вперед.
Он вдруг сообразил, что его слова прозвучали как критика в адрес человека, три года пытавшегося разоблачить Артура Кенвуда. Немного смутившись, граф пробормотал:
— Прошу прощения, Лео. Вы так много для меня сделали, а я…
— Вы сказали чистейшую правду, — с улыбкой перебил Леопольд. — Наконец-то у нас появился свидетель. Такой свидетель, которому поверят. И вы правы: мое расследование продвигается довольно медленно, так как я постоянно сталкиваюсь со множеством препятствий и трудностей.
— Но зато ваше расследование поможет разоблачить человека, виновного в государственной измене, — заметил граф.
— Совершенно верно. Мы сумеем положить конец всем козням вашего дяди и его преступной деятельности.
Хлоя улыбнулась молодому человеку, бросившему Энтони мяч. Ее кузен Модред нечасто покидал свое поместье, и видеть его в Лондоне весьма приятно. Ей редко удавалось навещать кузена в его родовом поместье Элдервуд, поэтому их встречи в столице всегда очень радовали ее.
Когда Дайлис отвела Энтони в дом, Хлоя с улыбкой похлопала по скамейке, на которой сидела, и Модред, тоже улыбнувшись, присел рядом с кузиной.
— Я так рада тебя видеть, — сказала Хлоя. — Ты долго пробудешь в Лондоне?
— Нет, совсем недолго. Ты же знаешь, что я способен выносить столичную жизнь всего несколько дней. И сегодня — мой последний день в Лондоне. А затем я вернусь в свое убежище. В Элдервуде мне спокойнее.
— Но этот твой приезд был лучше прежних?
Модред пожал плечами:
— Да, пожалуй. Хотя Лондон такой же, как всегда, я постепенно начинаю к нему привыкать. Уроки Добба помогают. Однако сомневаюсь, что когда-нибудь привыкну окончательно. Ты ведь знаешь, что мне требуется уединение.
— Да, конечно, — кивнула Хлоя. — Знаешь, я тоже не в восторге от Лондона. — Она поморщилась. — Тут всегда ужасный шум и столь же ужасный запах на улицах.
Она умолкла и внимательно посмотрела на кузена. Модред был исключительно красивым мужчиной… и ужасно одиноким из-за их семейного дара.
— Сомневаюсь, что я когда-нибудь снова вернусь сюда, после того как дело Кенвудов разрешится.
— Когда все закончится, ты ведь потеряешь своего Энтони? Наверное, именно поэтому ты не вернешься?
Жестокая правда была как удар ножа в самое сердце. Глаза ее защипало от слез, и она тихо сказала:
— Он никогда не был моим.
Модред обнял ее за плечи, и Хлоя со вздохом прильнула к нему. Она пыталась найти утешение в его молчаливом сочувствии, но не могла. Каждый шаг на пути разоблачения многочисленных преступлений Артура и Беатрис приближал ее к расставанию с Энтони, и ей казалось, что боль, которую она сейчас испытывала, никогда не пройдет.
Снова вздохнув, Хлоя прошептала:
— Лорд Кенвуд назвал нас с Лео крестными родителями Энтони. Так что я, наверное, смогу видеть мальчика время от времени.
Модред едва заметно улыбнулся и проговорил:
— Но тебе придется встречаться также и с лордом Кенвудом. Тебя не будет это угнетать?
Чуть отстранившись от кузена, Хлоя смерила его взглядом.
— Ты ведь, кажется, говорил, что не можешь слышать мой мысли. Ты сказал, что у меня «слишком толстая стена», которую невозможно пробить.
— Порой в самых толстых стенах образуются трещины. Лазейки в твердыне. У тебя действительно очень крепкая стена, но я чувствую, что ты будешь скучать не только по Энтони, когда все закончится.
— Да, наверное, — кивнула Хлоя. — Но лорд Кенвуд недостижимая для меня цель. Ведь я почти нищая и от меня отказались родные.
— Не все, а только твоя глупая мать, — возразил Модред. — А из-за своего бессердечного поступка она лишилась обоих своих братьев. Они огорчились еще тогда, когда она отказалась от твоей сестры, но девочка и впрямь преступила все законы общества, поэтому они не стали вмешиваться. Когда же мать выгнала и тебя, они не остались в стороне и потребовали, чтобы она образумилась. Но та не пожелала их слушать, и тогда они покинули ее. Как это ни печально, но я не уверен, что она сожалеет об этом, тем более что они оставили ей прекрасный дом и помогают материально. Похоже, наша семья пережила те времена, когда мы переставали поддерживать тех, кто нам изменил.