Страница 20 из 117
— Если у них в распоряжении имеется телефон или радио, они вызовут кого-нибудь, и те прищелкнут нас, — сказал Хайзер.
Он попытался было снять с пояса дымовую гранату, но так и не смог — мы стояли буквально притиснувшись друг к другу. Я снял с пояса такую же и вложил ему в руку. Хайзер сказал:
— Сейчас побежишь.
И тут же, сорвав чеку, бросил гранату на дорогу. Она, зашипев, завертелась на месте, испуская густой белый дым. Пулеметчик выпустил очередь прямо в поднимавшийся над улицей дым. Фонтанчики разрывов мелькали повсюду — огонь перекрывал всю проезжую часть и тротуар. Нет, затея с дымовой завесой не пройдет.
— Когда дым рассеется, — решил Хайзер, — откроешь огонь по балкону, а мы тем временем перебежим к дому, у которого лежит Понгратц.
— А снайлер? — спросил я.
Хайзер пропустил мой вопрос мимо ушей. Едва рассеялся дым, как он скомандовал:
— Давай!
Я не мог толком прицелиться, поскольку находился в крайне неудобном положении. А попытаться встать в более удобную позу неизбежно означало бы подставить себя под огонь пулеметчиков.
— Дай-ка мне твой «тридцать восьмой», — потребовал роттенфюрер.
Я с большой неохотой отдал ему МР-38 Грослера, он взамен сунул мне винтовку К-98.
— Сейчас побежишь, — повторил роттенфюрер Хайзер.
И тут же крикнул:
— Беги!
И в тот же момент нажал на спуск.
Я доказал миру, что человек может, если потребуется, летать и без крыльев. Пробежал я от силы пару метров, потом, споткнувшись, пролетел через взорванную дверь позади лежавшего Понгратца. Поджав колени, я попытался укрыться, когда послышался крикХайзера:
— Патроны, твою мать! Патроны! Еще один рожок!
Вытащив из-за пояса рожок, я швырнул его Хайзеру.
Роттенфюрер, опершись о стену, чуть скрючился и открыл огонь, подставив себя под огонь и снайпера, и пулеметчиков. Расстреляв рожок, он каким-то образом очутился рядом со мной в крохотном пивном зальчике. Мы стали искать другой выход, но так и не нашли. Зато нашли лестницу, ведущую из кухни в кладовку. Хайзер предложил подняться несколькими этажами выше, чтобы оказаться на одном уровне с пулеметчиками.
Лестница вывела нас на чердак, но он был без окон. Неприятель понял, где мы, хотя и не знал точно. Поэтому и прошелся короткой очередью, продырявив дверь и стены пивного зала.
Теперь мы хоть и были в относительной безопасности, преимуществ это нам не дало никаких. Пришлось спуститься вниз. И, оказавшись там, мы услышали милый сердцу гул двигателя полугусеничного вездехода.
Мы всеми средствами пытались привлечь внимание экипажа, когда вездеход, проезжая мимо пивной, оказался под пулеметным огнем. Тогда стрелок вездехода, аккуратно развернув пулемет, без передышки стал палить по зданию гостиницы. Огонь французов смолк. Через люк выбрались трое членов экипажа. Мы с Хайзером наперебой стали кричать:
— Эй, 2-й полк СС! 2-й полк СС! На восточной стороне здания отеля снайпер!
Мотопехотинцы укрылись за бронированным капотом, и кто-то из них попытался связаться с водителем по переговорному устройству. Закончив говорить, он крикнул:
— Эй, вы! Пока оставайтесь на месте! Сейчас подойдет танк!
И верно, некоторое время спустя послышался характерный лязг гусениц «тигра IV». Танк, объехав стоявший вездеход, медленно повернул башню на восток. Сделав по восточной части отеля три-четыре выстрела, он замолк, потом распахнулся люк, и оттуда бодро выбрался командир машины. Он стал осматривать здание отеля в бинокль, а из задней дверцы вездехода стали понемногу выбираться бойцы.
«Тигр IV» превратил восточную часть здания гостиницы в груду развалин. Кроме того, его снаряды как ножом срезали почти все балконы и на западной стороне.
Командир танка посмотрел сначала на Хайзера, потом на меня, потом на тело Понгратца.
— Ваш? — спросил он.
— Да, наш, — ответил роттенфюрер Хайзер. — Там, в паре кварталов отсюда, еще двое.
Командир танка вызвал по радио санитарную машину для отправки убитых. Все же легче сознавать, что о твоих товарищах — Герихте, Штауффере и Понгратце — позаботятся.
Командир «тигра IV» продолжал что-то говорить в ларингофон, а после объявил нам, что всего в нескольких кварталах от нас находятся саперы из 2-го полка СС «Дас Райх». И предупредил их о нашем скором прибытии в сопровождении вездехода.
Мы добрались до надежно охраняемой площади, превращенной в госпиталь под открытым небом и пункт сбора раненых. Унтерштурмфюрер[9] из 2-го полка СС «Дас Райх» что-то объяснял собравшимся вокруг него саперам. Когда мы подошли, унтерштурмфюрер узнал Хайзера и велел включиться в их отряд. Офицер рассказал об обстреле западной части Франкошана британской артиллерией. Их орудия стояли на позициях у складских и других зданий вплотную к жилым кварталам и здорово поддали машинам из 7-й танковой, пытавшимся прорваться с запада. Наша задача — проникнуть к позициям англичан и нейтрализовать расчеты орудий с тем, чтобы обеспечить проход танкам герра генерала и продвигавшимся с севера войскам фон Рунштедта. Захват артиллерийских позиций исключит возможность обстрела и позволит пехоте вермахта занять восточные и северо-восточные сектора.
Наш отряд численностью примерно в 100 человек под командованием унтерштурмфюрера бодро двинулся вперед, подавляя по пути незначительные очаги сопротивления. Когда мы прибыли к складским помещениям, уже сгущались сумерки. Унтерштурмфюрер и его радист постоянно связывались с кем-то по «Петриксу», но я не слышал, о чем велись переговоры. Нам через сломанные стены были видны три или четыре 10-см орудия, установленные внутри помещений. Орудия вели огонь, посылали снаряд за снарядом.
Тут подбежал посыльный и объявил:
— Приказ унтерштурмфюрера: в полночь овладеваем позицией. С собой не брать ничего, кроме гранат и боеприпасов.
Дело в том, что, если ты обвешан фляжками и другим солдатским скарбом, бесшумно подобраться к противнику просто невозможно.
Нас разбили на 5 групп по 20 человек. Шарфюрер — командир нашей группы — переговорил о чем-то с посыльным и, отпустив его, подошел к нам.
— План таков, — начал он, — согласно данным нашей разведки постов боевого охранения у позиций не выставлено, но время от времени французы делают обход территории. Мы гранатами забрасываем 2 орудия, установленные в зернохранилище. Это примерно в 5—6 кварталах отсюда. Начиная с этой минуты все следует тщательно распланировать и подготовить. Выходим в 23.30. Но если выйдет так, что раньше появятся их патрули, тогда придется сразу же нейтрализовать орудия и расчеты. Вопросы есть?
Вопросов не было.
Примерно в 20.15 со стороны восточной части складов послышалась стрельба. К нам забрел вражеский патруль и открыл огонь. Теперь о запланированном ранее сроке пришлось забыть, мы немедленно приступали к операции. Другие группы занимались ликвидацией артиллерийских позиций на других участках.
Мы едва успели миновать 4 или 5 кварталов, как англичане обстреляли нас из ружей и автоматов. Реакция саперов 2-го полка СС «Дас Райх» последовала незамедлительно. Открыв ответный огонь, мы тут же обратили англичан в бегство.
Дойдя до здания склада, мы разделились на две группы по 10 человек, обеспечили охрану подступов к нему и только после это вошли внутрь. Группа, действовавшая на западной стороне, перестреляла весь расчет 10-сантиметровых орудий, а расчет, нейтрализовать который предстояло нам, избавил нас от такой необходимости: англичане, сложив оружие на пол, подняли руки вверх. Наши ребята быстренько вложили в стволы орудий ручные гранаты и подорвали их — орудия были выведены из строя, ремонту не подлежали.
Я заметил, как британский солдат, примерно мой ровесник, с ужасом наблюдал эту картину. Впрочем, не только он испугался. Страх охватил всех, стоило солдатам СС окружить их. Шарфюрер распорядился отправить пленных на площадь, ту самую, где располагался пункт сбора раненых.
9
Унтерштурмфюрер — эсэсовское звание, соответствовавшее лейтенанту вермахта.