Страница 13 из 20
— Он три года не был в отпуске, — напомнил Ясон.
— Я тоже три года не был в отпуске, — усмехнулся отец.
— Да, но ты, слава богу, не летаешь.
Через секунду этот чурбан сообразил, что сказал что-то не то. Ингерде захотелось его убить, но он вовремя извинился.
— Заметь, — сказал отец миролюбиво, — мне она фальшивых разрешений не дает. А Ольгерд — это вообще особый случай.
— Вот именно. И об этом тоже нужно поговорить.
— Хорошо. Но не сейчас.
Отец протянул к Зеле руку, но то ли вспомнил об ее пугливости, то ли заметил, как она вся напряглась, и просто указал ей на кресло.
— Садись сюда.
Она послушно села, глядя на него исподлобья, положила руки на подлокотники.
— Не бойся, — сказала ей Флоренсия, — это не больно. Только сними туфли, а ноги поставь вот в эти выемки, — Зела не слушалась, поэтому Флоренсия добавила, — Ричард, переведи ей.
Отец повторил то же самое.
— Делай все, что говорит доктор, — сказал он строго, — а я ухожу в свой отдел. Переводчик здесь не нужен.
Зела опустила голову, послушно сняла туфли и поставила ноги в выемки. Но когда Ричард скрылся за дверью, она вскочила и бросилась за ним. Ясон поймал ее уже в коридоре. Сопротивлялась она не сильно, как будто и сама опомнилась.
Ричард услышал шум и сразу вернулся.
— В чем дело?
Ингерде стало безумно жалко Зелу. Она стояла, виновато опустив плечи и голову, и, видимо, хотела провалиться сквозь землю.
— Зела, что с тобой? — спросил Ричард.
— Иди, — проговорила она сдавленно.
Он постоял, колеблясь какое-то время, потом пошел к лифту. Она отвернулась и сама направилась в кабинет. Сама, без подсказки, села в кресло и поставила ступни ног, куда нужно. Вид у нее был совершенно растерянный.
Пока Флоренсия занималась подключением датчиков, Ингерда подошла к Ясону и сказала первое, что взбрело в голову.
— Я вас сразу и не узнала, доктор.
— Я вас тоже, — парировал он.
— И вы опять считаете мой наряд неподходящим?
— Я нахожу его легкомысленным, если вам это интересно.
Ингерда усмехнулась.
— Так же как и меня?
— Вам это, безусловно, идет, — после некоторой паузы ответил доктор.
Она так и не поняла, комплимент это, или оскорбление.
— Шли бы вы в коридор, — предложила им Флоренсия, даже не оборачиваясь.
Ингерде на миг стало стыдно, что они говорят о такой ерунде в такой момент. Тетя Флора была идеальной женщиной, хоть и не красавицей. Она всегда выглядела одинаково хорошо: в элегантном женственном платье, с прической, в туфлях, она даже дома носила туфли, всегда с белым воротничком, всегда с подтянутым животом, всегда собрана, всегда в хорошем настроении, умная, проницательная, даже слишком, и ни от кого не зависящая. И, как идеальная женщина, она была абсолютно не замужем.
Ингерде хотелось быть на нее похожей: умной, независимой, всегда в форме, но она была и вправду слишком легкомысленной для этого. Да и потом, повзрослев, она заметила, что счастливой тетю Флору не назовешь — та слишком редко смеялась, почти никогда. Темные брови на ее узком лице часто хмурились над ее темными строгими глазами, и тогда перед ней, непонятно почему, хотелось извиниться.
— Мы уходим, — сказала Ингерда и попятилась в коридор.
Прохаживаясь по вестибюлю, доктор расспрашивал ее о брате, потом спросил, зачем, собственно, она сюда прилетела.
— А что вас удивляет?
— Вы в отпуске, вас три месяца не было на Земле, неужели нет места интересней, чем этот институт?
— А вы? Вы ведь тоже в отпуске.
— Я — другое дело, она — моя бывшая пациентка.
— Все деловиты до тошноты, — заключила Ингерда, — интересно, вы когда-нибудь отдыхаете, Ясон?
— Разумеется.
— За чтением научной литературы?.. Нет, постойте, я сама угадаю… рыбная ловля на уединенном островке, палатка, костер и полная тишина.
— Пожалуй, это неплохая идея, — усмехнулся доктор.
— У вас была другая?
— У меня не было никакой.
— Хотите, я вам подкину идейку получше?
— Да?
— Дельфиний Остров, море, глайдер, пляж, дворец императора, шикарный ресторан, казино, самая лучшая гостиница и безумно красивая женщина.
— Такая как вы?
— Ну… я для вас слишком легкомысленна, — улыбнулась Ингерда, ей было приятно, наконец, это услышать.
— Вы просто не для меня, — сказал он серьезно.
— Но я вам нравлюсь?
— Конечно. Как яркая бабочка на садовом цветке.
Дальше выяснять было нечего. Стало как-то пусто и неинтересно. Ингерда посмеялась немного и решила перевести разговор на другую тему.
— А вы заметили, как она изменилась? — спросила она бодро.
— Кто?
— Наша инопланетянка.
— Я заметил у нее сильную энергетическую зависимость от Ричарда. Это странно. И это надо изучить подробно.
— Нет, вы все-таки зануда, Ясон. Может, она просто влюбилась в него?
Доктор посмотрел на нее как на глупенькую девочку.
— Это было бы слишком просто, — сказал он, — но все гораздо сложнее.
После корабельного бассейна вода в Сонном озере казалась мутной и коричневатой. Но по ней скользили под парусами яхты и катамараны, по берегам строем стояли сосны, а кожу облизывали солнце и ветер. Ингерда наслаждалась Землей. Ей было грустно только самую малость.
Алина налила кофе из термоса и протянула ей крышку.
— Будешь?
— Буду.
Ингерда выпила и снова растянулась на песке.
— Представляешь, — сказала она, пересыпая песок из руки в руку, — мне, кажется, нравится один чурбан.
— Поэтому ты такая кислая? — усмехнулась Алина.
— Сама ты кислая… я просто не знаю, что мне дальше делать.