Страница 8 из 76
Мы отдаем себе отчет в том, что необходимо расширение этой работы, выведение ее с уровня партийного на общенациональный. Исходя из этого, мною в Северодонецке выдвигалась инициатива создания на местах, начиная с районного уровня, «Объединенных правозащитных центров», что было предложено сделать усилиями Партии регионов, ее союзников, местных советов, общественных организаций и правозащитных структур.
Функции ОПЦ не должны ограничиваться только задачей защиты людей, преследуемых по политическим мотивом, хотя это и чрезвычайно важно. Любой человек должен знать, что всегда сможет найти реальную защиту от преследующей его из-за убеждений власти, восстановить свои попранные права. Но их функции должны стать шире — защита не только конкретных людей, но и основополагающих конституционных прав в целом. Необходимо системное противодействие навязыванию в качестве государственной националистической идеологии, системная защита права на свободное использование родного языка и свободу вероисповедания. Да и чиновники станут поосторожней в нарушении закона, когда поймут, что безнаказанно это может не пройти и в скором времени придется отвечать по закону.
Безнаказанность дает захватившим власть силам уверенность, что дело создания «моєї нації» необходимо довести до конца любыми средствами. Можем ли мы быть уверены, что пример присвоения звания Героя Украины за массовые убийства мирного населения в прошлом не станет соблазном вновь применить насилие для установления тоталитарной диктатуры?
Те беззакония, которые мы сейчас наблюдаем, к сожалению, — далеко не завершение процесса моральной и правовой деградации власти. Намерение ввести уголовную ответственность даже за выражение собственной позиции в научной дискуссии весьма показательно.
Защита прав человека ОПЦ должна быть сугубо практической, а не декларативной, что нашло полное понимание у приехавших в Северодонецк. Да, пока у нас нет возможности провести через парламент государственный статус русского языка. Нет возможности перейти немедленно к федеративно-земельному устройству, чтобы дотационные «пьемонты» занимались популяризацией «нахтигалей» за собственные деньги, а не «несвідомих» бюджетообразующих областей, и чтобы каждый регион сам решал, как преподавать историю в школах. Нет еще возможности до реформы Конституции Украины ликвидировать как институт госадминистрации, нарушающие самим своим существованием права местного самоуправления и занятые в основном сбором откатов и контролем за политической благонадежностью.
Однако это не значит, что надо сидеть сложа руки до новых выборов. Правозащитные центры должны отстаивать попираемые конституционные права в соответствии с обязательными для всех государств международными нормами. Надо подавать иски в суд, устраивать массовые акции протеста и гражданского неповиновения, обращаться в международные организации. Надо делать все возможное, чтобы родители сами могли выбирать язык обучения детей, чтобы в школах не навязывались идеи Донцова, чтобы не преследовались приходы Украинской православной церкви, чтобы в массовом порядке за отсутствие преданности майданным «идеалам» не увольнялись бюджетники и не уничтожался бизнес непослушных предпринимателей.
Что нам мешает создать при ОПЦ сильные юридические службы? Что нам мешает обжаловать, вплоть до Европейского суда, каждое незаконное решение, начиная с отказа образовать в школе класс с русским языком обучения или увольнения по политическим мотивам? Что нам мешает создать воскресные школы, в которых бы преподавались подлинные история и культура Украины? Больше, чем противодействие власти, мешает собственная инертность, без преодоления которой ничего сделать не удастся.
Консолидирующим началом, которое сведет воедино в правозащитных центрах все подлинно демократические силы, будет не политика. Базовый объединяющий элемент, наша общая идеология — это защита прав человека, огромной угрозой которым является наступающий тоталитаризм. Проведение Северодонецка-2, принятие съездом конкретных решений подтверждает, что создание правозащитных центров на всех уровнях — реальность, до которой осталось сделать только шаг навстречу друг другу.
Не менее важным станет и создание центра, координирующего работу региональных ОПЦ, что положит начало будущей правящей коалиции, спаянной идеей защиты Конституции и прав человека.
История знает подобные примеры, когда совместно боролись с фашизмом самые разные политические силы и общественные организации, как это было с движением Сопротивления в оккупированной Европе.
Дальнейшее отступление уже невозможно. Любое соглашательство в вопросах языкового равноправия, свободы вероисповедания, противодействия извращению истории и насильственному насаждению национализма недопустимо, какими бы красивыми фразами про «компромисс» и «национальное согласие» оно не прикрывалось.
Космет: раненое сердце Сербии
Аннексия территории Космета (сокращенное историческое сербское название Косово и Метохии) не стала знаковым событием, открывающим новую эру мировой истории. Крушение принципов международного права, сделавшее возможным признание «независимости» анклава наркоторговцев и террористов, уже неоднократно происходило начиная с 1914 года, пусть это даже непонятно для подавляющего большинства политиков. Кстати, первыми на планете независимость Косово признали Афганистан — один из основных производителей наркотиков в мире — и США. Очевидно, как главный их потребитель?
Всепроникающая пропаганда Pax Americana относительно ухода в прошлое эпохи противостояния и «демократических ценностей» как основы нового миропорядка затруднила осознание закономерности происшедшего. Совершенно аналогично международное право выносилось за скобки в двух мировых войнах. Оккупация нейтральной Бельгии Вильгельмом II или Гитлером Судет с последующей ликвидацией чехословацкой государственности ничем не лучше и не хуже отторжения от Сербии ее исторических территорий. Все происходит достаточно стандартно, и необходимо лишь четко установить алгоритм совершающихся событий. Ничего нет неожиданного и в бессилии ООН, как и ранее Лиги наций. Недееспособность системы регулирования межгосударственных процессов ООН как неким аналогом всемирного правительства, но без достаточных властных полномочий, была понятна изначально. Создавать видимость его необходимости можно было только с помощью заинтересованных в пропагандистской трибуне и внешнем прикрытии собственных действий мировых лидеров. Необходимо вспомнить, что само понятие международного права окончательно оформилось в современном виде только в начале прошлого века. Между тем мотивы поведения основных движущих сил берут свое начало еще в средневековье, и их понимание необходимо для расшифровки исторического алгоритма.
Осознание геостратегической роли Балкан пришло к правителям еще во времена Римской империи и окрепло в византийский период. Черчилль своим высказыванием о «уязвимом подбрюшье Европы» лишь облек старую истину в афористическую форму. В свою очередь, контроль над Сербией обеспечивает контроль над Балканами, а, по «принципу матрешки», обладание Косметом обеспечивает контроль над Сербией. И понять логику исторических событий невозможно без знания того, что Космет, и особенно его духовный центр — Косово поле, обладают для всех сербов непреходящим сакральным значением. Косово поле — не только территория Косовской битвы. Это большая межгорная котловина, на которой находятся Приштина, Косовска-Митровица, Урошевац. Косово поле для сербов — это земное отображение небесного «Душанова царства» (аналог «Святой Руси» для русских, украинцев и белорусов), великое наследие святого Душана Сильного из династии (лозы) Неманичей, потомка Стефана Неманя, канонизированного как святой Симеон Мироточивый, и сына святого короля Стефана Дечанского, основателя косовского монастыря Високе Дечани — одной из главных православных святынь сербского народа. Душан Сильный стал первым сербским царем, венчанным в 1346 году на царство с титулом «Царя сербов и греков» первым сербским патриархом Иоанникием I. Он вошел в национальную историю объединителем сербов, а величайшей заслугой канонизированного царя считается защита православия.