Тонкий мир

«А прищур у нее, как у Тая», — судорожно сглотнул Ксиль.

— Я не виноват, — князь начал оправдываться на полном автомате. — На нас напали, а потом Найта сама упала в обморок, я отразил атаку и убил злодеев, но потерял много крови, и Дэйр сам предложил своей, и…

Скалка пошла вверх.

— Лиссэ, он не врет, — вмешался Дэйр, пока ситуация не вышла из-под контроля. — Ну… почти, — кинул он косой взгляд на удивленного князя. — Мы тебе сейчас обязательно все расскажем… Только сначала устроим где-нибудь Найту. Она спит, и если разбудить ее сейчас, то наша девочка заработает сильную головную боль. Пусть сама проснется… попозже.

— Если ты за него ручаешься… — Лиссэ кашлянула, дернула ухом и нерешительно переложила скалку в правую руку. — Ладно, проходите. На кухню не соваться, если помогать не собираетесь. В большой гостиной рисует Ани, отвлечете — получите скалкой. На втором этаже мой кабинет, влезете — получите скалкой. А если Найта и вправду проснется с головной болью…

— Получим скалкой, — смиренно согласился Ксиль. — А вы пироги печете, да? С чем? А можно помочь? — и он медленно взмахнул ресницами, глядя чуть исподлобья.

«К демонам шакарское обаяние, — подумала Лиссэ. — Я не поддамся».

Ксиль трогательно закусил губу.

— С яблоками, — сдалась эльфийка. — Устроишь Нэй, заходи — нарежешь начинку. И заодно расскажешь. Правду, — пригрозила Лиссэ скалкой напоследок и, чеканя шаг, удалилась на кухню.

— Вроде пронесло, — вздохнул Дэйр. — Никогда не знаешь, чем она шарахнет.

— Так про скалку — это было серьезно? — ужаснулся князь.

— Вполне, — серьезно кивнул целитель. — Найту можно уложить в малой гостиной — там есть удобный диван. И это совсем близко.

— Веди, — улыбнулся князь.

И, взглянув в хитрые шакарские глаза, Дариэль понял, что «перемирие», похоже, затянется. Ненавидеть такого Максимилиана было очень сложно.

Ксиль ухмыльнулся.

А Лиссэ на кухне, прикусив восхитительно кислый яблочный ломтик, подумала, что раньше никогда не теряла голову от одного взгляда.

«Старею», — грустно констатировала она.

Но это, конечно, было чистое кокетство.

ГЛАВА 13: МИЛЫЕ БРАНЯТСЯ…

Что бы там ни говорили диетологи о вреде сладкого, оно прекрасно стимулирует процесс мышления. Не зря самые возвышенные разговоры о смысле жизни и мировой политике, проблемах общества и уж-жасной подрастающей молодежи ведутся именно на кухнях. А во время уроков учеников мучает невыносимое желание что-нибудь пожевать — мятый пирожок из столовой, яблоко или хотя бы резинку со вкусом яблока. Про министров, бизнесменов и прочих «вечнозаседающих» я уже и не говорю — во время собраний и переговоров обязательно подают кофе с чем-нибудь сладким. Наверное, чтобы лучше думалось — зачем же еще?

Вот и за столом Лиссэ разговор за чашечкой чая постепенно уходил все дальше и дальше от безобидной ерунды в сторону насущных проблем и глобальных вопросов.

— Так значит, на вас натравили нечто с тонкого плана? — задумчиво подытожила Лиссэ, выслушав мой рассказ.

Я мало что могла прибавить к выкладкам Дэйра и Ксиля, разве что описать свои потрясающие ощущения в тот момент, когда неизвестная пакость энергетической породы попыталась меня прикончить. Но тетушка настояла на том, чтобы выслушать и мое мнение о произошедшем.

Рассказ в итоге получился скомканным. О выходке Максимилиана я, разумеется, умолчала, сославшись на потерю памяти. Князь наградил меня настолько благодарным взглядом, что стало понятно — Лиссэ известна очень отредактированная версия событий.

— Да. Физического тела эта тварь не имела, и поэтому ее положение в пространстве было привязано к жертвам — к нам, то есть, — пояснил Дэйр, откидываясь на спинку дивана. После того, как Ани отослали спать, целитель с удовольствием пересел подальше от Максимилиана, отгородившись от него Лиссэ и столиком с пирогами. Князь, который лишился своей любимой игрушки — Дэйровой косы, переключился на меня. И, в отличие от целителя, я была совсем не против того, что меня сажают на колени и гладят по голове.

Правда, думать о деле, а не о теплеющей коже Ксиля становилось все сложнее.

— Вы поняли, на кого именно ее натравили? — уточнила Лиссэ. — Только на Нэй?

Меня передернуло от воспоминаний о боли.

— Нет, не думаю, — бледные пальцы Ксиля успокаивающе погладили мою шею. — Это маловероятно. Зачем кому-то было нападать на эстаминиэль? Да еще мало кто знает, что Найта сейчас гостит у целителя. По сути дела, только шестеро — вы с внучкой, Меренэ, два ее телохранителя и Найнэ, — услышав имена старых неприятельниц, Дэйр поморщился и машинально потянулся за пирожком — заедать неприятности. — Вы к нападению непричастны, — уверенно добавил Максимилиан, кинув быстрый взгляд на Лиссэ. Не сомневаюсь, что он уже прочитал бедную тетушку, да и Ани заодно. Для меня же сейчас сама мысль о том, что можно подозревать леди Ашель Эльнеке и, тем более, ее внучку, сейчас казалась абсурдной. — За наследницу и ее свиту не поручусь. Но Меренэ, скорее, атаковала бы не Найту, а меня или Силле… то есть Дэйра, — быстро поправился князь. — Ей ни к чему конфликты с ведьмами, особенно в свете скорой стычки с Орденом. Эльфы пока единственная магическая раса, которую обошла вниманием инквизиция. Но вряд ли это затишье продлится долго.

Лиссэ помедлила и кивнула.

— Согласна. Найта наверняка просто попала под горячую руку. Для выходцев с тонкого плана сила ведьмы — это драгоценное лакомство, — эльфийка задумчиво щелкнула ногтем по вазочке с яблочным вареньем. Тонкое зеленое стекло глухо звякнуло. — А вот в теории «Дэйри — в жертву» есть один серьезный просчет.

— Какой же? — поинтересовался князь. — Просветите меня, о великие стратеги!

Дариэль окинул его настолько мрачным взглядом, что даже растрепанная шевелюра не смогла сгладить эффект.

— Я — целитель. Ни эльф, ни маг, ни ведьма, ни шакаи-ар не пойдет на то, чтобы убить целителя или напрямую поспособствовать его гибели. Поэтому Меренэ на протяжении восьми тысяч лет измывалась надо мной, пыталась выставить из пределов, подчинить или довести до помешательства… но никогда — убить. Это нонсенс. Никто не станет замахиваться на жизнь целителя или пророка.

— Люди — станут, — хмыкнул Максимилиан. — Вспомни атаку на Зеленый. Кайса в первую очередь пришли за Айне, потому что она могла связываться с Найтой и искажать пророчествами будущее в нашу пользу…

— Она бы так никогда не сделала! — встряла я. Максимилиан насмешливо чмокнул меня в макушку. — Нет, ну правда! Она никогда не станет говорить пророчество, если есть шанс этого избежать!

— А Орден не стал задумываться о принципиальности твоей подружки, — резонно заметил князь. — И точно так же сейчас союзник Меренэ мог «забыть» о том, что Дэйр — целитель, а ты, малыш, важная персона, за которую Совет королев может запросто ввязаться в войну…

— Стоп, стоп, стоп! — воскликнул Дэйр, поднимая ладони. У него и у Лиссэ на лицах застыло одинаково удивленное выражение. — Ты же не хочешь сказать, что действительно считаешь Меренэ виновницей?

— А почему нет? Или у вас внезапно обострились братско-сестринские чувства? — иронично фыркнул Ксиль. — Поверь, эта дамочка так тебя ненавидит, что пойдет на что угодно, чтобы выставить из Пределов. Даже на сговор с людьми.

— Выставить, — покачал головой Дэйр. В темной зелени глаз мелькнуло странное выражение — и страх, и удовлетворение в одно время. — Но не убить. Меренэ — не только моя сестра. Она наследница. Эльфийка до мозга костей. Нет, она никогда в жизни не пойдет на сотрудничество с другими расами.

— Ну, Меренэ все же пригласила нас на бал, — упрямо возразил Максимилиан. — Даже меня, заклятого врага, шакаи-ар… Чем не сотрудничество?

Дариэль улыбнулся одними губами и покачал головой:

— Ох, чувствую, нам еще выйдет боком это приглашение…

— Погодите! — тетушка сделала стойку на слово «бал». — О каком таком приглашении вы говорите? Неужели Нэй удостоилась чести присутствовать…