Страница 75 из 79
Что-то происходило над нашими головами. Раздался далекий вскрик, почти человеческий, исполненный злобной ярости.
Усиливающийся звук встревожил какатанава. Удивленные и обеспокоенные, они посмотрели вверх. Только Гейнор и его спутники не обращали внимания на шум.
Сверху доносились удары и треск, звяканье металла. Бормочущий голос перешел в далекое завывание. Он становился все громче, он раскачивал ветви огромного дерева, и сквозь них прорывались яркие всполохи света.
Казалось, целые вселенные вот-вот обрушатся на нас. Меня замутило; я чувствовал неодолимую мощь Смерти, которая спускалась вместе с Шоашуаном.
Это мог быть только Шоашуан, вызванный сюда предателем Эльриком.
Что еще Гейнор посулил ему?
Мой кузен собирался уничтожить мультивселенную и одновременно убить самого себя.
Лорд Шоашуан был сильнее, чем когда-либо прежде; он атаковал нас сверху и снизу!
Гейнор выступил вперед, сжимая темный клинок обоими руками в железных перчатках и нацеливая его на умирающие корни.
Только не это! Не раздумывая, я метнулся к Гейнору, пытаясь голыми руками вырвать у него вибрирующий меч.
Клостерхейм двинулся мне навстречу, обнажив свой клинок. Но Эльрик развернулся и побежал к дракону. Опираясь на свой пульсирующий меч, он начал взбираться по чешуям, которые сверкали и переливались всеми цветами радуги. Его песня слилась с голосом меча, и я понял, что фурн тоже услышал ее. Чего хочет Эльрик?
Дракон был слишком слаб, чтобы поднять голову, а там более- помочь ему.
Я подумал, что Эльрик собирается убить дракона. Вероятно, в этом и состояла его задача. Я убил свою жену, а он должен был убить брата.
Неужели вся наша семья падет жертвой этого ужасного, противоестественного кровопролития?
Я не знал, что делать. У меня не было меча. Я никак не мог остановить врагов. Какатанава не двигались с места. Я понял, что они что-то охраняют.
Теперь они охраняли не дерево, а ту туманную фигуру, которую и мельком видел прежде.
Лорд Шоашуан с воем мчался на нас сверху, а земля под нашими ногами начала сотрясаться под напором другого ветра. Я не сомневался, что он вот-вот вырвется наружу.
Эльрик добрался до спины дракона. Он держал меч в одной руке, щит – в другой, а рог висел у него на поясе. Его малиновые глаза горели звериным ликованием. Я увидел, как он поднял меч.
Я забыл о Гейноре, который с яростной энергией тщетно пытался разрубить корни. Оставив за спиной Клостерхейма, я помчался к дракону по рыхлой трясущейся земле, из глубин которой рвался один смерч, а сверху приближался другой. Сбоку от меня возник Белый Ворон. Не медля ни секунды, он бросился ко мне, снял талисман со своей шеи и надел его на мою. Зачем он отдал мне миниатюрную копию огромного щита Эльрика? Разве может эта безделушка защитить меня?
Сейчас я ее принесу! Настало время…
Он кричал что-то еще, но я не слушал. Я начал взбираться следом за Эльриком. Я должен был спасти фурна вопреки его воле, потому что только он мог спасти нас. Я не знал толком, что делать дальше, но если Эльрик сошел с ума и покушается на своего брата, я должен попытаться остановить его.
Сквозь рев ветра послышался трубный звук. Оглянувшись, я увидел Бес.
Ее тело было покрыто темной массой медного цвета, которая колыхалась при каждом шаге животного. Бес приблизилась, и я заметил, что она почти сравнялась размерами с фурном.
Платформа на ее спине раскачивалась, парусиновый полог яростно хлопал на ветру. На ее шее ехал Белый Ворон с копьем в руке, в полной боевой раскраске, со всеми своими украшениями. Пучок волос спускался с его выбритой головы на левое плечо. Судя по его лицу, он готовился к схватке. На платформе за спиной юноши стояло что-то вроде погребального ложа, накрытого бизоньей шкурой. Под ней угадывались очертания фигуры, прижимавшей к груди меч. Я понял, что это Оуна.
Я не знал, что делать. Гнаться за Эльриком или вернуться к жене? Это казалось продолжением выпавших на мою долю мучительных испытаний. Какие еще пытки приготовил для меня Гейнор?
Колеблющаяся земля вздыбилась. Бес с трудом шагала по ней. Белый Ворон жестом велел мне продолжать погоню. Я посмотрел вверх. Эльрик поднес рог к губам.
И вдруг словно из ниоткуда сквозь яростное завывание ветра донесся чистый голос костяной флейты Айанаватты.
Едва Эльрик подул в рог, его звук подхватил песню флейты. Не заглушая друг друга, они становились все громче, сплетаясь в величественной гармонии. Я продолжал упорно пробираться между шуршащими радужными чешуями дракона.
Смерч продолжал нестись вниз, а вокруг корней дерева начала вспучиваться земля.
Я потерял Эльрика из виду, но заметил, что дыхание фурна изменилось.
Быть может, он понял, что Эльрик несет ему смерть, о которой он молил меня?
Лорд Шоашуан обрушился на нас. Его ухмыляющиеся лица сверкали острыми зубами, яростно извивающиеся руки заканчивались длинными когтями, а на ногах вместо ногтей выросли стальные косы. Он уничтожал все на своем пути.
Я не сомневался, что, как только Шоашуан соединится со своим близнецом-элементалем, который уже сейчас бесновался под землей у самой ее поверхности, все сущее постигнет ужасный необратимый катаклизм.
За моей спиной девять индейцев-какатанава шагали навстречу Шоашуану. Голос флейты возвысился над грохотом; она зазвучала нежно и печально. Шоашуан взревел и закружился вокруг своей оси, но его гнев был бессилен. Звук флейты каким-то образом воздействовал на него.
Может быть, он успокаивал ярость безумного демона?
Потом девять какатанава окружили основание смерча. Могучий вихрь рвал волосы и одежду индейцев, но не мог отбросить их в сторону.
Сомкнув щиты и выставив вперед копья, они образовали кольцо вокруг пляшущего кончика смерча. Это кольцо оказалось достаточно прочным, чтобы удержать на месте Шоашуана, когда тот коснулся обнаженных корней дерева; Гейнор с упорством маньяка продолжал рубить их, а Клостерхейм с нетерпением следил за ним.
Я увидел, как Айанаватта вошел в круг индейцев, все еще играя на флейте. Судя по накалу борьбы, он не мог долго удерживать Шоашауана.
Было поистине удивительно, что он сумел хотя бы приостановить его движение. Я продолжал взбираться по трепещущим податливым чешуям дракона, не сомневаясь в том, что наверху Эльрик готовится нанести своему брату смертельный удар.
Я заставил себя собраться с силами. Все мы постепенно слабели перед лицом чудовищной сверхъестественной угрозы. Я напомнил себе, что все сущее оказалось на грани крушения и гибели. Если я не сумею укрепить свою волю, то встречу смерть, сознавая, что не все возможности были использованы мной до конца.
Эта мысль подстегнула меня. Я помчался по спине фурна, а надо мной простирались в бесконечность ветви огромного дерева мультивселенной, поврежденные, но еще живые. Я увидел Эльрика. Его меч рассек беззащитную шею дракона там, где его тело смыкалось с головой. Из разреза сочилась желтая кровь.
Я поднимался все выше, готовясь помешать Эльрику. Но прежде чем я добрался до него, он взял свой щит и приложил его к пятну крови на шкуре дракона. Щит точно совпал с пятном. Кровь практически мгновенно пропитала его, и он растворился в плоти фурна. Что задумал Эльрик? Теперь он протягивал мне руку. Казалось, он ожидал моего появления и радуется ему.
Я продвигался вперед, и спина дракона под моими ногами колыхалась и вздрагивала.
Что происходит? Что ты делаешь?
Отдай мне щит, который ты получил от Белого Ворона. Быстрее! До сих пор я отвлекал Гейнора. Шоашуан все еще в его власти, но сейчас Гейнор обезумел. Наступил удобный момент. Отдай мне талисман, фон Бек!
Не раздумывая, я сорвал с шеи щит и бросил его Эльрику. Он поймал его рукой в перчатке и приложил к центру раны, которую нанес дракону.
Словно маяк, полыхнул сгусток красного света и, поднимаясь все выше, скрылась в ветвях Дуба скрелингов. Потом, раскалившись добела, он медленно опустился обратно, расплылся, принял бледно-голубую окраску и укутал рану на шее фурна. Дракон издал глубокий протяжный вздох, слившийся со звуком флейты.