Страница 22 из 77
Выживет часть России — ее спасут большие пространства. Насколько мне известно — у них не разрешают носить боевое и короткоствольное оружие — но гладкоствольное разрешают, в том числе полуавтоматическое, и русские его покупают. Гладкоствольное ружье с картечью — лучшее оружие против одержимого. Крупные города погибнут — но те, кто живут в небольших городах должны выжить. И вооружиться — Советский союз усиленно готовился к третьей мировой, запас море оружия, кроме того в России большая часть мужчин прошла через армейскую службу, у них армия призывная. С автоматом Калашникова они справиться сумеют.
Выживут все повстанцы. Страшно подумать, что будет с тем же Йеменом — горы, агрессивные племена и в среднем по два с половиной ствола на человека, включая грудных детей, женщин и стариков. Вот эти — не только выживут, но и захватят территорию. Страшно подумать что будет с Ираном, с Пакистаном, с Афганистаном, с Ираком, с Сомали. Оружие у каждого, плюс готовность и способность его применять против кого угодно. Эти не только выживут — эти организуются в огромные банды и пойдут грабить и убивать своих более высокоразвитых соседей. Тот же Йемен — рядом богатейшая Саудовская Аравия, в которой у населения нет оружия — ее просто сомнут, перебьют и одержимых и тех кто выжил. Тем более население сконцентрировано в крупных городах — рассадниках заразы. Что будет с нашими контингентами — тоже не хочется даже и думать. В Ираке нас ненавидят все, даже те кто формально за нас. Просто навалятся все и сразу и сомнут. Тот же Садр Сити — страшный гадюшник, рассадник терроризма в котором обретается два миллиона душ. Если там заразятся — станет ненамного легче. Даже если вымрет Багдад — туда придут боевики племен.
В общем и целом — нас ждет нечто среднее между родоплеменным строем и рыцарством, только вместо коня- примитивный автомобиль, способный питаться самым дерьмовым топливом, а вместо копью — автомат и гранаты. Производство и ремонт примитивного оружия можно будет наладить, переделку техники в соответствии с новыми реалиями — тоже. Оружия запасено столько, что хватит надолго.
Страшно подумать, что будет на месте Северной Кореи. Нищета, поголовная милитаризация, восьмидесятитысячный спецназ — им по силам контролировать территорию в десять раз большую, чем есть у них сейчас. Тот же самый Китай, который скорее всего вымрет полностью. Слишком много народа…
По правую руку на берегу потянулись дорогие марины с яхтами, почти все были на месте. Это до первого урагана или шторма, без человеческого пригляда он выбросит их на берег.
Каково место нас, американцев в этом новом мире? Как ни странно — хоть удар и пришелся в основном по нам самим — стартовые позиции более чем неплохие. Америка — это большой, омываемый океанами остров, нам не нужно бояться набегов радикальных исламистов как тем же русским. Вот русским придется худо — у них слишком большая территория, слишком мало народа и слишком поганые соседи по всему югу. И по западу — на восток с Европы хлынут массы одержимых, Европа с ее отношением к оружию, скорее всего погибла. Выживут худшие — те же албанцы, у которых вооружены даже дети, и в каждой стране — наркомафиозное сообщество. Выживут итальянцы — горные, те у кого тоже немало оружия. И — пожалуй все. Так что русским придется непрерывно воевать, и всю территорию они не удержат. А нам — у нас проблема будет только с Мексикой, вооруженной до зубов, И с Кубой.
Мы спаслись — спасся целый штат, за исключением крупных городов, есть спасенные по всему югу. Рано или поздно мы перебьем как одержимых, так и бандитов. У нас есть запасы оружия и есть люди. Люди сейчас — главное достояние, Америка богоизбранная страна и американцы богоизбранный народ кто бы что про нас не говорил. Это в последнее время все оскотинились предельно с либерализмом, с неподъемным государственным аппаратом, с безумными войнами, с коррупцией. Сейчас ничего это не будет — а так как умеют работать американцы, вряд ли умеет работать кто-то еще…
— Сэр! Слева!
Ага! Экскаватор! Вот он, родимый, желтый, хороший такой стоит! И самосвалы… господи, да тут целая строительная площадка.
Вертолетчика задерживать здесь не стоило, лихорадочно нанес на карту несколько выдуманных мною значков, изображающих строительную технику. Не сгорела — значит цела и готова к работе. После гребаного кризиса обанкротилось немало строительных фирм, значит неплохо было бы поискать площадку, с которой продают изъятую по решению суда по банкротствам технику. Ее должно быть немало.
— Сэр, уходим левее!
Это я уже и сам вижу. Надо проверить не только базу Эглин, но и площадки, расположенные за городом. В нескольких милях от города расположены площадки и взлетные полосы, относящиеся к базе Эглин. Надо проверить, прежде всего, их — там нет народа и нет жратвы, они законсервированы. Значит, туда надо как можно быстрее перегнать часть техники, рассредоточить ее и укрыть. Потом можно будет пользоваться как дополнительными площадками, не слишком подверженными набегам одержимых.
— Иди по Ферри-Роад! — заорал я в ответ.
Не знаю — знает ли пилот, что такое Ферри-роад. По идее нельзя летать без карты — но вообще, много чего нельзя из того, что мы сейчас делаем.
Отметил еще два грузовика, один из них — эвакуатор. В одном месте стоял грузовик с небольшим экскаватором на полуприцепе. Тоже надо забрать.
И везде — одержимые, одержимые, полно одержимых. Город погиб…
— Залив!
Ферри Роад оборвалась, мы проскочили над какими-то домами — и мрачные картины апокалипсиса сменились водной гладью зеленого цвета. Ни лодок, ни водных мотоциклов — ничего. Ширина залива в этом месте была таков, что переплыть его мог и ребенок.
— Ориентируйся по Эглин Парквей!
Что-то было не так. Но что — я так и не мог пока понять.
Второй вертолет давно ушел левее, его задачей было обследовать северную часть города. Мы же должны были посмотреть, что творится на основном поле базы Эглин и направлялись туда.
Мост был намного левее, ориентируясь по нему мы вышли на Эглин Парвей…
— Медленнее!!
Колонна! Два грузовика и три Хаммера, следы перестрелки. Все двери распахнуты, машины стоят так, будто их заблокировали и начали обстреливать. Кто? Явно не одержимые, у одержимых нет оружия. Значит, в городе есть кто-то еще, возможно кто-то, кто не хочет показываться, когда в городе вертолеты.
За чертой города Эглин Бельведер переходила в триста девяносто седьмую дорогу, причем слева был центр вооружений, справа — военный госпиталь. До базы было не меньше двух миль.
— Ракета!!!
Пресвятой господь!
Пилот заложил такой маневр, что на какой-то момент мне показалось, что не удержусь. Вертолет с разворотом нырнул к земле, я знал что на всех модернизированных Ястребах предприняты меры по снижению теплового излучения от двигателей — но модернизирован ли этот? И какая к дьявольской матери ракета!?
Ракета прошла выше, видимо поймать и надежно захватить цель зенитчику так и не удалось. Краем глаза я заметил, как в ослепительно синем флоридском небе полыхнул самоликвидатор.
Вертолет выровнялся меньше чем в тридцать футах над землей и несся с чудовищной скоростью, с несмотря на всю свою подготовку с трудом забросил ноги в десантный отсек.
— Видел, оттуда били?! — Мартинес заорал так, что перекрыл шум от винтов, видно было, что он тоже на взводе.
Сунулся к пилотам, сделать это было непросто, все из-за этой проклятой аппаратуры. Второй пилот монотонно бубнил в микрофон.
— Я Морской Конь шесть-один, обстрелян с земли в районе музея ВВС, у танго есть ракетный комплекс, как понял, прием!
Я толкнул его в плечо.
— Вы видели кто бил? Откуда били?!
— Со стороны, госпиталя, сэр! Мы не видели.
— Это была ракета или РПГ?!
Вопрос был важным в свете оценки угрозы, потому что и ракета и граната РПГ оставляют в воздухе похожие следы и совершено одинаково их подрывает самоликвидатор.
— Ракета, сэр! Она маневрировала!