Страница 34 из 85
Лицо парня вполне соответствовало фигуре — тоже хоть на обложку. Точеные черты, каштановые кудри, светло-карие глаза... Он улыбнулся. Судя по зубам, человек. Во взгляде его загорелся недвусмысленный интерес и готовность к чему угодно.
— Меня зовут Дарий, и я тебе сразу скажу «да», — поспешно заявил он.
Я удержалась, чтобы не фыркнуть. Мало того что сам не свой до нового укуса и новой дозы яда, так еще и бравирует этим.
— Ты же еще и вопроса не слышал, — поддела его я.
Рука Дария нарочито медленно погладила следы укусов.
— Что ни пожелаешь, я на все согласен.
Я тронула языком собственные клыки. Может, лучше сразу покончить с этим пунктом в моих планах на ночь, чтобы потом не отвлекаться? Конечно, таких вот желающих в СОС-тауне хоть отбавляй, но, как говорится у вампиров, кусай, пока горячо, а этот ведь просто сгорает от желания подставиться под клыки. Я присмотрелась. Да и часть следов у него на коже совсем свежие, — значит, он изнемогает.
Я провела кончиками пальцев по следам укусов, и по гладкой коже Дария пробежала дрожь. Рука моя соскользнула ему на живот. Вот и искомое: свежая ранка, которая горит от впрыснутого в нее яда. Я прижала к ней ладонь, и Дарий прерывисто вздохнул.
— Готов на все, — игриво промурлыкал он, не сводя глаз... нет, не с моего лица. Он уставился пониже.
Ну конечно, как было не заметить мою роскошную оснастку! Моя пышная грудь грозила выкатиться из тесной маечки, и к тому же от вампирского голода вены так вздулись, что смахивали на голубые шнурочки. Кто угодно бы с первого взгляда понял, как я изголодалась.
Дарий придвинулся ближе. Он так и льнул к моей руке. И она в ответ скользнула еще ниже.
Что там говорить, Дарию на оснастку тоже было грех жаловаться. В меню на десерт явно предлагались любовные утехи. Впрочем, так оно обычно и бывает в подобных случаях, и говорят, доза при этом лучше усваивается. Я коснулась губами ранки у него над сердцем и ощутила вкус пряностей.
Но тут же поймала боковым зрением мистера Июня и его приятелей. Это заставило меня очнуться и решить: дело прежде всего. Развлекаться будем потом. Всегда найдется другой Дарий, или Роберто, или как там они себя называют.
— Хватит, поиграли. — Я легонько отпихнула красавчика.
— Поматросила и бросила! — Он шутливо-обиженно надул губы.
Я ткнула его указательным пальцем в живот.
— Ладно, ладно, понял, отваливаю. — Он посмотрел на меня с надеждой. — Может, потом продолжим?
— Там видно будет. — Я сверкнула на него клыками.
Он усмехнулся:
— Ух, класс!
Облокотившись на стойку, я поманила к себе барменшу; судя по отсутствию темных очков, эта дюжая гоблиниха родилась не под землей. Она отвлеклась от перетирания стаканов, бросила полотенце на плечо и поспешила ко мне:
— Чего вам налить, мил-моя?
— Водки. «Столичной», если найдется.
Барменша поправила пышный бант на ядовито-желтой кофточке, как нельзя лучше оттенявшей ее лимонные глаза навыкате.
— В ассортименте имеются добавки, могу предложить новинку — черничный сироп. Желаете?
Я отказалась. Вообще-то, многие вампиры сластят спиртное, кое-кто в крепкие напитки даже сахар кладет, но я предпочитаю пить чистое.
Барменша щелкнула узловатыми пальцами:
— Сей момент! — Потом пригнула голову, так что хитроумная прическа-корона из множества выбеленных косичек чуть не перекосилась, как перегруженный кремом свадебный торт. Вгляделась в меня повнимательнее. — Сдается мне, мил-моя, вы не из завсегдатаев. Так что два слова о наших правилах.
Правила? Брови у меня удивленно поползли вверх. Оказывается, у них тут цивилизованное заведение, а я и не подозревала. На стойке между нами откуда-то возник картонный прямоугольничек — подставка под стакан. Он был выполнен в виде карты. Король черви, только сердечки не алые, а голубые.
Барменша постучала по карте когтем с лимонно-желтым маникюром:
— Большинство нашей клиентуры из кровного клана Сердца, но посторонним тоже не отказываем. — Она подергала носом, отчего ее длинные кошачьи усы, краса и гордость любого гоблина, заходили ходуном, и многозначительно добавила: — Главное, чтобы без эксцессов.
— Уж чего-чего, а эксцессов мне и самой не надо, — отозвалась я.
— Рада слышать.
На подставке молниеносно, будто из воздуха, появилась запотевшая хрустальная стопка.
— Рассказываю дальше. — Она забарабанила как по писаному: — Найдете себе партнера, имейте в виду — кабинки только для шей и запястий. Если у вас другие предпочтения, к вашим услугам отдельные кабинеты по разумным расценкам. Оплату страховки на непредвиденные медицинские расходы принимаем по кредитке. Время расчета за номера — за час до рассвета, в случае опоздания плата взимается уже за двое суток.
— Буду иметь в виду.
В стопку пролилась прозрачная струя водки, потом посудина скользнула по стойке прямо ко мне. Обычная магия домовых. Гоблины магию чуют, но пользоваться ею не умеют, и никакие чары их не берут. Мне, конечно, любопытно было проверить, так ли это и в чем тут секрет, особенно после разбирательства с Агатой. Может, домовые тоже торгуют чарами, как ведьмы? Правда, я ни разу не слышала ни о чем подобном. Впрочем, полюбопытствовать мне бы все равно не удалось: пока я временно переродилась в вампира, все мои магические свойства отключились. Может, потому-то гоблины и не чуют во мне сиду, когда я принимаю это обличье, — вот и традиционного приветствия я от барменши не дождалась, пальцем вдоль носа она не провела.
— Первая порция за счет заведения, мил-моя. Приятного аппетита. — Барменша показала зубы, украшенные серебряными винирами с нашлепками из цитринов. Все в гамме.
— Ваше здоровье! — Кивнув, я взяла холодную стопку, но пить пока воздержалась.
За спиной у барменши тянулось широченное зеркало, в котором панорамой отражался весь бар. В частности, отражались в зеркале и я, и те трое вампиров, которых я заметила, как только вошла. Все эти поверья, будто зеркала вампиров не отражают, не более чем пустые россказни. А зеркало оказалось очень кстати: мне даже не приходилось поворачивать голову, чтобы наблюдать за той троицей и за всем заведением в целом. Мистер Июнь придерживался стиля кинозвезды пятидесятых годов двадцатого века, этакая ходячая стилизация под Гэри Гранта. Второй вампир, пониже его ростом, отличался румяной физиономией херувима. Третий, темнокожий, щеголял зигзагами, пробритыми в короткой стрижке, и золотой серьгой в брови. Белый металл к черной коже подошел бы лучше, но, может, у него нет денег на платину.
Я решила послушать, о чем они толкуют, и выделила их голоса из общего шума — очень полезный вампирский навык, которым я овладела в совершенстве.
— Не-е, мне подавай помоложе да посочнее, — вальяжно протянул Зигзаг. — Вон, гляньте на ту телку: такими буферами придушит и не заметит. Мне, правда, воздух не нужен...
И кто же это его так заинтересовал? Ага, вижу, у этой девицы в черном кожаном корсете бюст выложен как на блюде — налетай угощайся. Немудрено, что вампир губу раскатал. Девица пристроилась на краешке высокого табурета у стойки, сжав в руке бутылку со слабоалкогольной шипучкой, и так и шныряла глазами по всему бару — почище прожектора в погранзоне. На охоту в СОС-тауне выходили не только вампиры.
Херувимчик покачал головой:
— Знаете, ребя, от чего я просто зверею? От достижений техники, будь они неладны. Наука-шмаука, так ее раз этак! Никогда не знаешь, где налетишь на фальшак. Взять вот хоть вчера: склеил телку, пришли к ней, ну, она прям пальчики оближешь, тоже буфера знатные, ну ваще чисто арбузы. — Он ухмыльнулся и проделал общеизвестный мужской жест, очерчивая в воздухе знатные буфера. — Вам бы увидеть, вы б слюнями изошли.
Зигзаг подался вперед и блеснул клыками, белоснежными на фоне темной кожи.
— Ладно, я, значит, ее цап зубами за титьку и... — Херувимчик выдержал эффектную паузу, чтобы потомить слушателей. — И чего вы думаете? Увяз в силиконе, так его раз этак! — Он скривился от отвращения. — Еле отплевался, чес-слово! У ней свои-то буфера, видать, с кукиш были, вот и надставила, корова! Тьфу!