Плохая вода

— Во дура!.. — выдохнул Стив под сдавленный смех сопартийцев.

— Спокойной ночи, милый, — Иефа была сама любезность. — Приятных снов.

С утра Стив стоически вытерпел насмешливые замечания Зулина, гордо пережил магическое врачевание Ааронна, чуть не упал в обморок, когда Иефа сделала вид, что раздевается, и изжевал себе всю бороду, пока она, уже настроившись на серьезный лад, заканчивала лечение, начатое эльфом. Мда. С утра Стив вел себя просто геройски. Даже чересчур.

Наскоро позавтракав и напререкавшись вдоволь, в боевом порядке партия направилась к башням. Стараясь пыхтеть потише, Стив шел за эльфом след в след и пытался понять, за каким лешим они вообще идут к этим треклятым башням, а главное, на кой ляд он, Стиван Утгарт, четверть часа назад с пеной у рта доказывал, что исследовать башни просто необходимо. Ладно Зулин — его, как выяснилось, вечно несет не в ту штольню. Но где были его, Стива, мозги? Ну, вот что там, в этих башнях? Трупы ходячие и больше ничего. И права была Иефа, когда поинтересовалась язвительно: уж не думают ли они, что найдут в развалинах гоблинов, расположившихся на пикник? Стив горестно вздохнул, вспоминая, как взвился на эти слова. И вот теперь они прутся, не знамо, куда, не знамо, зачем… Да, конечно, север, медальон и все такое… Но права, права Иефа!

Ааронн вел партию через густой валежник, изредка останавливаясь и к чему-то прислушиваясь. Иефа старательно напрягала слух, но никаких посторонних звуков уловить не могла, и от этого становилось очень не по себе. С одной стороны, за каждым кустом ей мерещился совомедведь, с другой — не отпускало стойкое ощущение, что кто-то смотрит в спину, кто-то совсем рядом, то сбоку, то сзади, нужно только поймать момент и обернуться — быстро-быстро — и тогда увидишь, кто это. «У меня паранойя, — мрачно думала полуэльфка, перебираясь вслед за Стивом через поваленные стволы. — Мания преследования у меня, это точно. Мне нельзя было идти в этот поход — он явно сводит меня с ума. Сны какие-то, предчувствия, видения, черт бы их побрал! Да что ж это такое!» Она вертела головой, но ни сбоку, ни сзади никого не было, один только раз Иефе удалось заметить, как качается ветка, которая по всем законам природы качаться не должна. И только. Но этого хватило, чтобы между лопаток с новой силой засвербело ощущение взгляда. «Ладно, — убеждала себя полуэльфка, — пусть подумают, что я сумасшедшая трусиха, плевать мне на них. Но неужели никто больше не замечает? Допустим, Стив способен кого-то обнаружить только при условии, что этот кто-то на него наступит. Хорошо, положим, Зулин настолько уверен в своей непогрешимости, что не видит ничего вокруг, а фамильяр у него еще молодой и необученный. Но Ааронн!»

— Ааронн, подожди! — Иефа обогнала Стива и пошла рядом с проводником, приноравливаясь к его шагам. — Может, я сумасшедшая, если что, ты так и скажи, я не обижусь…

— Иефа, знаешь, в чем главная беда персонажей абсолютно всех героических саг?

— В чем?

— Вместо того чтобы, не откладывая, сообщить спутнику что-то очень важное, они пускаются в пространные рассуждения о долге, чести, любви или собственной неадекватности. И пока они разглагольствуют, их убивает коварный враг. А их спутникам приходится совершать множество подвигов, чтобы узнать, что же им, в конце концов, хотели сообщить. Поняла?

— Поняла. Мне кажется, за нами кто-то идет.

— А, ты тоже заметила? Умница. Да, за нами кто-то идет, и что?

— Как что?! Нужно же что-то делать! — Иефа понизила голос до еле слышного шепота.

— Например? — Ааронн искоса глянул на полуэльфку и усмехнулся краешком губ.

— Ну, я не знаю… Поймать его, выяснить, кто он такой… Почему нас преследует… А вдруг он хозяин… этих? И потом, мне слабо верится, что кто-то стал бы следить за нами в этих зарослях с добрыми намерениями.

— С этим трудно поспорить, но есть одно «но». Вернее даже два. Во-первых, мне ни разу не удалось его увидеть, а это показатель. Во-вторых, как только мы о нем заговорили, он ушел.

— Ушел?

— Ну да. Прислушайся к себе: ты еще чувствуешь взгляд?

— Нет, не чувствую, — Иефа зябко поежилась. — Даже не знаю, что хуже: чувствовать, что за тобой кто-то идет, и не видеть его, или знать, что за тобой кто-то шел, а теперь этот кто-то бродит по округе и готовит какую-нибудь пакость.

— Почему сразу пакость?

— Не знаю… — полуэльфка растерянно посмотрела на проводника. — Я запуталась…

— Боюсь, на распутывание у тебя времени уже не будет, — посерьезнев, сказал эльф. — Мы пришли.

Иефа вздрогнула, подняла глаза и сквозь переплетение веток и листьев увидела башню. Совсем близко, всего-то шагах в двадцати. Подошли Зулин и Стив. Зверь, выскочивший было вперед, на опушку, юркнул обратно в кусты и поджал хвост.

— Ничего себе башенка! — радостно сказал планар.

— Ничего хорошего, ты хочешь сказать, — поправила его полуэльфка. — Ну вот, мы на нее посмотрели. Может, теперь уйдем отсюда, пока есть возможность?

— В тебе начисто отсутствует дух авантюризма! — возмутился Зулин.

— Да-да, я не лазаю в окна к любимым женщинам, и терпеть не могу сюрпризы в виде таких вот башенок, — поморщилась Иефа. — Просто скажите мне, что мы будем делать дальше, конечно, если вы уже насладились пейзажем.

— Язва, — буркнул Стив.

— Извращенец, — ответила Иефа.

— Как это, что делать? — удивился маг. — Исследовать ее, разумеется. Попытаемся выяснить, кто ее построил, когда и для чего, и вообще, попробуем понять, что здесь происходит.

— Я отвечу на все твои вопросы, не сходя с этого места! — фыркнула Иефа. — Построили ее эльфы, причем сотни лет назад, причем для того, чтобы скрыть какую-то гадость, а сейчас здесь происходят раскопки этой самой гадости, в которых участвуют твои любимые зомби. Я даже могу сказать, с какой целью. Для того чтобы какой-то гад получил гадость, спрятанную сотни лет назад эльфами, и стал еще более гадючим гадом, чем есть сейчас!

— И снова умница, — тихо сказал Ааронн.

— Иефа, ты кого угодно выведешь из себя! — Зулин нетерпеливо притопнул ногой. — Хочу тебе напомнить, что следопыт у нас — Ааронн, а знаток горного дела и всяческих построек — Стив. А твоим мнением я и вовсе не интересовался.

— Командная работа, как же!.. — яростно прошипела полуэльфка. — Нет у нас никакой команды!

— Погоди, не кипятись, — Ааронн мягко взял Иефу за руку, и полуэльфка ошалело замолкла на полуслове. — Зря ты так, Зулин. Иефа развивает в себе очень полезные способности, на твоем месте я бы ее всячески поощрял. И потом, она права почти во всем. Эту башню действительно построили очень давно. Лет триста назад, а, Стив?

— Четыреста, — буркнул дварф.

— Четыреста, — легко согласился Ааронн. — Я не специалист, но мне кажется, что строили все-таки не эльфы, хотя эльфские руны, на которые обратила внимание Иефа, действительно указывают на активное участие в постройке лесного народа.

— Дварфы строили, — неохотно вмешался Стив. — Четыреста десять или четыреста пятнадцать лет назад. Это сторожевая башня, там внутри, головой ручаюсь, нет ничего, кроме входа в подземелье и двух десятков ловушек, охраняющих этот вход. И вот еще: сдается мне, что подземным ходом можно попасть в другие башни. Если выживешь, конечно.

— Да ладно, откуда там ловушки! — беспечно махнул рукой Зулин. — Она наполовину развалилась — вон в стене проломы какие! Если да же там и были какие-то ловушки, они давным-давно не работают.

— А вот за это я не стал бы ручаться.

— Ну а теперь, когда мы все уже выяснили и обсудили, может, пойдем отсюда? — неуверенно поинтересовалась Иефа и осторожно высвободила ладонь из эльфской руки.

— Пойдем, — согласился Зулин. — Прямо в башню мы отсюда и пойдем. Кто-нибудь против?

— Я! — сказала Иефа.

— Вот и замечательно! — просиял планар. — Давай, Ааронн, веди. Хватит уже по кустам рассиживаться.

Полуразвалившаяся и заброшенная, башня, тем не менее, казалась совершенно живой. Недовольно хмурились серовато-бурые, оплетенные плющом стены, от которых на высокую траву ложилась холодная, густая и как будто тяжелая тень. Солнце не касалось столетних камней, избегало бойниц, стороной обходило выемки и трещины. Возвышаясь черным островом в море зелени и света, башня была похожа на древнего великана, застывшего в отчаянной попытке вырваться из цепких рук растений. Ее величественное недовольство сказалось даже на беспечной веселости мага: он замолчал, посерьезнел и пропустил вперед эльфа, явно признав за ним право распоряжаться. По крайней мере, пока.