Страница 8 из 44
— Мы сползли по крыше над крыльцом, и ведьма даже не знала, что мы убежали, ведь правда, Ким?
— Да, — согласилась Ким, нежно улыбнувшись мальчику, — она даже не подозревала. Мы были прямо как Гензель и Гритель.
— Я сказал Ким, что ты бы заплатил все, что бы они ни попросили, я был прав, дядя Дэр? — держа руку дяди с трогательной гордостью, мальчик взглянул на него, ища подтверждения.
— Все, что угодно, — согласился Кавена.
Кимберли увидела желание защищать в глазах этого человека, и поняла, что он говорит правду. Кавена сделал бы даже больше, чем просто выплата выкупа. Он мог бы убить, чтобы спасти мальчика. От сознания того, на что может пойти этот мужчина в реализации своих обязанностей, по спине Кимберли побежали мурашки.
— У Ким нет никого, кто бы мог заплатить за нее, если ее похитят, — сказал Скотт прежде, чем Кимберли успела остановить его. — Но ведь мы бы заплатили, да, дядя Дэр?
Кавена бросил взгляд на удивленную Кимберли, и сказал с абсолютной уверенностью:
— Мы бы сделали все, что угодно, для мисс Сойер. Ей нужно просто попросить.
Позже, когда они поговорили с шерифом, он отвел ее в сторону и еще раз повторил свое обещание. Зная, насколько у Кавены сильное чувство долга, Кимберли быстро пообещала позвать его, если ей понадобится помощь. В тот момент она, естественно, не думала, что такая ситуация может произойти. Однако он был первым, о ком она вспомнила, получив розу и дрожа от страха. И вот он здесь. Но в этой ситуации было еще кое-что. Кроме того, что у Кавены было обостренное чувство долга, он испытывал еще и физическое влечение по отношению к ней. Что же касалось того чувственного напряжения, которое он вызывал в ней, то здесь Кимберли понимала, что это что-то, по силе равное любому колдовству. Но как приятно было осознавать, что этой ночью он находится в ее доме. Вообще-то, Ким предпочитала проводить ночи одна. Но сегодняшняя ночь была исключением. Ощущение, что Дариус рядом, потихоньку снимало страх, пришедший с появлением розы. Вскоре Ким заснула. Когда она проснулась несколько часов спустя, буря немного утихла, но сильный дождь продолжал стучать в окна, а ветер качал деревья, и они создавали причудливые тени.
Но Кимберли проснулась не от звуков бушующей стихии, а от того, что почувствовала жажду. Видимо, сегодня она положила слишком много соленых маслин в картошку. Находясь в дремотном состоянии, она раздумывала, сможет ли снова заснуть, не предпринимая длинного похода на кухню за стаканом воды. Но жажда все-таки победила. Все еще полусонная, Ким отбросила одеяло, встала с кровати и направилась к двери, смутно пытаясь понять, почему заперла ее сегодня. Она никогда не запирала дверь в спальню. В этом просто не было нужды. Она всегда была одна в доме. С раздражением открыв дверь, она спустилась в гостиную и прошла в кухню. В очаге догорал огонь, и она вспомнила, что электричество отключили. Ким почувствовала, что становится холодно. Огромного размера мужская хлопковая майка едва прикрывала ее бедра. На днях она собиралась купить какую-нибудь нормальную пижаму. В ее шкафу висел халат, но ей было лень надевать его только ради того, чтобы сходить на кухню. С привычной легкостью она нашла в темноте дверь шкафчика и полезла за стаканом. Затем подошла к раковине и включила воду. На улице было необычно темно, Кимберли стояла босиком и пила воду, безучастно глядя в темное кухонное окно. Если постарается, может ей удастся залезть в постель в этом же полусонном состоянии. Она почти допила, когда заметила за окном какое-то движение. Испуганная движением теней там, где должен был быть только открытый вид на океан, Кимберли потихоньку стала выходить из полусонного состояния. Небо прорезала молния, освещая странную тень за кухонным окном. За эту секунду, когда молния осветила все вокруг, Кимберли смогла увидеть фигуру в плаще с капюшоном на голове, глядящую прямо на нее. Не хватило времени, чтобы разглядеть лицо, спрятанное под капюшоном. Все внимание Кимберли было поглощено серебряным кинжалом, который человек держал в руках перед собой. Она поняла, что этот кинжал предназначался ей. Она даже не смогла услышать крик ужаса, вырвавшийся из ее горла и разлетевшийся по всему маленькому домику. Стакан выскользнул из ее пальцев и, упав в раковину, разлетелся на куски.
— Ким!!!
Кавена. Она совсем о нем забыла. Повернувшись, она увидела, как он перепрыгивает через спинку дивана и бежит к ней.
— Какого черта?
— Там, за окном… — удалось ей прошептать. — Там, за окном, кто-то стоит с ножом. Я… О, Боже!
— Ложись на пол! — скомандовал он резко. Ошеломленная, Кимберли поняла, что он прав. Она ведь стояла прямо напротив кухонного окна. Она не могла сдвинуться с места.
Но ей и не пришлось двигаться. Кавена бросился на нее, сбивая с ног всем весом своего полуголого тела. Они упали на пол, спасаясь от того, кто стоял там, за кухонным окном.
ГЛАВА 3
— Лежи тихо и не двигайся, — прохрипел Кавена, растягиваясь поверх тела Кимберли. Лежа на непокрытом холодном кафеле кухонного пола, Ким задыхалась.
— Я и так не могу ничего делать, пока ты на мне. Ты весишь тонну, Кавена!
Он проигнорировал это замечание, его лицо превратилось в маску беспокойства.
— Скажи точно, что ты видела, — прошептал он хрипло.
Дариус поднял голову и встретил ее пристальный взгляд.
— Я уже тебе говорила. Там был человек, по крайней мере, я думаю, что это был человек. В плаще с капюшоном, или чем-то вроде этого. Я не разглядела его лицо. Но когда сверкнула молния, заметила нож. Большой серебряный кинжал. Это было ужасно. У меня такое чувство, что он специально хотел, чтобы я его увидела.
— Учитывая тот факт, что ублюдок стоял под твоим окном, а не под чьим-то другим, — вполне справедливое предположение, — мрачно поддразнил ее Кавена. Он слегка подвинулся, и Ким поняла, что мужчина собирался встать.
— Лежи спокойно. Не двигайся, пока я не вернусь, поняла? Никто не сможет увидеть тебя здесь.
— Пока ты не вернешься? — Кимберли повторила, испуганно. — Что это значит? Куда ты собрался?
— Я собираюсь обойти дом и все проверить.
— Нет, ты не можешь пойти туда!
Кимберли схватила его за обтянутую джинсами ногу. Это походило на попытку держаться за поднимающуюся волну. Он ускользнул от ее хватки, как будто ожидал, что она сделает именно так.
— Кавена, это глупо, — прошипела она, наблюдая, как тот прошел через всю комнату, разыскивая свои ботинки. — Ты не можешь пойти туда. Кто знает, что там может случиться? Ради всего святого, не уходи.
Он даже не потрудился ответить. Золотистый отсвет огня мерцал на его обнаженной гладкой спине, когда Кавена легко наклонился, чтобы надеть обувь. И вот он уже у двери, снимает цепочку.
— Не двигайся, — приказал он еще раз, и осторожно шагнул на улицу, мягко закрыв за собой дверь.
— Кавена, подожди!
Но она обращалась к уже пустой комнате. Рассердившись, Кимберли уселась на холодном полу, притянула колени к груди и уставилась на дверь. Ей казалось, что она сидит так уже давным-давно, а образ человека в капюшоне, держащего нож, снова и снова всплывали в ее голове. Внезапно она почувствовала, что замерзла, поскольку кафельный пол был довольно холодным, а она была всего лишь в короткой старой майке. Ким тяжело поднялась на ноги.
Почти встав, она вспомнила твердый наказ Кавены не сходить с места.
Удивленная, что его приказ заставил ее так долго просидеть на полу, Кимберли встала и осторожно посмотрела в кухонное окно. Она ничего не увидела, и мысль о том, что Кавена был где-то там и искал напугавшего ее человека, наконец, встряхнула Ким и заставила ее действовать. Отвернувшись от окна, Кимберли направилась в свою спальню. Нужно найти джинсы, какие-нибудь ботинки и рубашку, перед тем, как последовать за своим гостем в бурную ночь. Она была на полпути в спальню, когда входная дверь распахнулась, и вошел Кавена. Растерявшись, она остановилась и спросила с тревогой: