Страница 24 из 93
Глава 9
Главное, что сумел уловить Андрей из рассказа представителя ссудного капитала, необходимо срочно возвращаться. Не давала покоя фраза, оброненная головастым кукловодом. Три дня, которые есть у них в запасе. Для чего? — «Конечно, для подбора замены. Болванчика на скорую руку коронуют, даже и без короны. А после не менее оперативно свергнут. Хотя… Без короны, пожалуй, вовсе не обойдутся. Артефакт необходим, как символ и пугало для марионеток. Значит, придумают замену. Трудно ли, при их способностях, создать дубликат? А с другой стороны, и пес с ними. Пусть творят, что желают. Все успокоится. Новый правитель возьмет на себя долговые обязательства, успокоит воинственных соседей. Непонятно, отчего я так задергался? Рванул неведомо куда. Едва выскочил, и сам все испортил». — Мысли, сумбурные по большей части, не мешали исполнять обязанности по охране дремлющего в своей повозке ростовщика.
Тем временем, дорога углубилась в лес. Ельник, с темнеющими кое-где стволами осинок. Габс клюнул носом и поднял голову, озираясь по сторонам.
— Похоже, здесь. — Непонятно пробурчал возница и поманил всадника. — Как ты относишься к ведьмам? — Задал спутник нелогичный вопрос.
Андрей дернул поводья и скривился в гримасе. — Даже не знаю. Наверное, не очень.
— Очень, не очень, а ночевать надо, — бродячий финансист поежился. — Я, правда, и сам не очень. Только в здешних местах остановиться на ночлег больше негде. Она, вообще, старуха спокойная. Но, с закидонами.
— Ты с нею не спорь, и все будет нормально. — Проинструктировал Габс охранителя. — Не в лесу же ночевать. Да и холодно.
Впрочем, говорил это он, уже повернув повозку на лесную, больше похожую на тропинку, дорогу. Едва различимая среди зарослей сухого шиповника и чертополоха, она пропетляла в глубину зарослей и вывела к притулившейся на небольшом взгорке избе.
Домишко подслеповато светился мутным огоньком в крохотном окошке.
В вечернем сумраке, под нависшим свинцовым небом смотрелся он и впрямь чуточку зловеще. Впрочем, Андрей приписал впечатление скорее внутреннему предубеждению. Смутил только громадный, мясницкого вида, топор, глубоко, по самый обух, загнанный в необхватный пень, более смахивающий на плаху. «Это кто так развлекался?» — Поежился Ильин, представив какой силой нужно обладать, чтобы вогнать инструмент на этакую глубину. Путники въехали в кривоватые ворота и остановились возле крыльца.
Видно было, что проводник слегка оробел. Дверь над низеньким крылечком, с торчащими из щелястых досок стеблями сухой травы, скрипнула и нехотя, словно в раздумье, поползла в сторону, открываясь. Наконец замерла, на пороге появилась старуха. Впрочем, назвать одетую в строгое платье пожилую даму старухой было как-то неуместно. Уложенные в хитрое подобие прически волосы, под изящной шляпкой, не имели даже намека на седину. Волевое правильное лицо, строгий взгляд чуть усмешливых глаз напомнил Андрею виденный где-то портрет великой актрисы Ермоловой.
— Здравствуйте, госпожа Анна. — Поклонился Шальке, изобразив легкий взмах сорванной с головы шляпой. Волосы у банкира оказались светлые, реденькие и почти не скрывали приличных размеров плешь.
Андрей потянулся к своей шляпе, но замер.
Хозяйка усмехнулась и махнула рукой, останавливая порыв. — Что вы, не дело королю ломать шапку перед незнамо кем.
— Проходите уж. Чего во дворе стоять? — Добавила она, заходя в дом.
— Не спорь… — Пихнул локтем сосед. — Я ж говорю, она того…
— Сам ты… — Послышался голос. — Вместе со своим Эдиком, на финансах повернутом… — Слух у старухи оказался куда как хорош.
Вошли в избу и замерли. Как могло поместиться в неказистой постройке такое великолепие? Громадный зал, горящий у стены камин, а напротив — уходящие в потолок книжные полки, уставленные фолиантами.
Ковер во всю гостиную, глубокие мягкие даже на вид кресла.
— Да не стойте вы, проходите. — Анна уже опустилась в одно из кресел, пряча клубок с вязанием.
Осторожно, словно по тонкому льду, они прошли к предложенным местам.
— Ты, Габс, никак большим человеком стал. — Начала разговор хозяйка. — Сам король у тебя в прислуге. Ну да ладно. Не мое дело. Смотрю, опять погнал тебя Эдуард на промысел? Все не угомонится.
Ростовщик кашлянул и отозвался, пытаясь сохранить достоинство. — Уважаемая госпожа, я только служащий. Мое дело выполнять приказы короля и, конечно, не обсуждать их. Вот, застала ночь в ваших владениях, хотели попроситься на ночлег.
Анна, задумчиво глядя в огонь камина, отозвалась. — Ну попросись, коль застала. Впрочем, конечно пущу, о чем речь. — Мне и самой весьма любопытно с вами поговорить. Сейчас будет готов ужин, за столом и расскажете, что творится в мире.
Габс всплеснул сухими ладошками: — Помилуйте, что мы можем вам рассказать? Cкажете тоже. — Он огляделся. — А в прошлый раз тут вроде все иначе было.
Собеседница отмахнулась: — Пустое. Интерьер — он и есть… Сами меняемся, вот что плохо. Cкажи, могла я ранее без шутки вас к дому пустить? Не попугать? А сейчас, надоело. Скучно, одно слово.
Звякнул колокольчик.
— Пора, судари, — хозяйка встала. — Прошу в столовую. — Церемонно склонилась она, впрочем, скорее обращаясь к Андрею.
В зале, названым столовой, легко можно было устраивать светские приемы. Стол, уставленный приборами, имел добрых пять метров длины, на громадных блюдах манили взгляд искусно выложенные закуски. В резном хрустале маслянисто темнел благородный коньяк. Утолив голод, перешли к беседе. Габс, который с устатку хватанул приличный фужер янтарного напитка, быстро сомлел, и участие в общении принимал лишь номинально. Пьяно кивая и поддакивая.
Когда же финансист вовсе утих и задремал, упершись подбородком в подвязанную на груди белоснежную салфетку, Анна поинтересовалась у Андрея. — Что занесло Ваше Величество в столь глухое место?
Король помолчал и вместо ответа спросил. — А вы и впрямь колдунья?
Хозяйка недоуменно подняла бровь, наконец, сообразила и молодо, совсем не по-старчески, расхохоталась. — Это он вам сказал? — Кивнула на похрапывающего Габса. — Ах, прохиндей. Хотя, что еще мог подумать простой человек, глядя на все эти выверты пространства. Нет, вынуждена огорчить. Никакая я не колдунья. По крайней мере, не в большей степени, чем вы, молодой человек.
Она поперхнулась: — Простите, Ваше Величество.
Андрей отмахнулся: — Да бросьте вы эти церемонии.
Собеседница продолжила. — Это все так, баловство, от скуки. Я ведь вообще-то в свое время была самым молодым кандидатом наук. А вот, за пол секунды до окончания неудачного опыта, ко мне явился некий товарищ, простите, сейчас, наверное, принято говорить — господин, предложил подписать договор. Дальше вам объяснять, думаю, излишне.
И вот уже тридцать лет я хозяйка этого уголка. Тишина, покой. Даже слишком. Были, правда, несколько спутников, этакие ушастые, но им быстро прискучило… А я, как могу, скрашиваю свою жизнь. Все же — это создано моим подсознанием. Так вот… — Она пригубила из пузатого бокала. — А вы? Даже в наше захолустье долетели вести о некоем короле…, ну да не стоит перепевать сплетни, куда интереснее услышать из первых уст.
Ильин, не видя смысла держать свои приключения в тайне, собрался с мыслями.
Рассказ Анна выслушала с невероятным интересом и вниманием. — И только, когда перешел к последним событиям, отвлеклась. Хлопнула в ладоши, и стол начал пустеть.
— Пройдемте в каминную. Пусть ваш спутник отдыхает. А нам еще есть о чем поговорить. — Они вернулись к камину, горящему с неизменным жаром.
— Не хочется расстраивать, но я считаю, что вас просто разыграли, обвели вокруг пальца. — Заявила она, когда собеседники устроились в удобных креслах. — Понимаете, наш мир весьма схож со сказкой, иногда довольно страшной, но это другой вопрос. А в сказке возможно все. Все, на что хватит фантазии сказочника. Единственное отличие, наши сказочники не имеют возможности создать ее реалии. Они умны, высокоорганизованны, но… Им не дано творчество. Вот, отыскали выход. Использовать нас. Одна загвоздка. Это их игры. И они не позволят никакой самостоятельности. Вы весьма верно подметили аналогии с Римскими обрядами. Но, согласно тех же источников, мы знаем, что… Избранный королем некоторое время, перед самими церемониями, пользовался всеми благами и привилегиями настоящего правителя. Полностью. За малым исключением. Свободы воли. Он не имел возможности отказаться от этих благ. Потому, когда они увидели, что вы пытаетесь сопротивляться логике событий, вам просто изменили условия. Подсунули заклинание, способное исполнять желания. Чем вы отличались от псевдоправителя? А что касается возвращения в привычный мир, боюсь, что тоже иллюзия. Не стал герой играть по правилам даже с измененными условиями. Бога ради, пусть выполнит свою роль, хотя и в другом экстерьере… И, встреченная в том мире незнакомка, простите, скорее всего, создана вашим подсознанием. Ведь, не зря же она вам понравилась с первой секунды. А сейчас начался второй этап трагикомедии. Возвращение.