Страница 4 из 92
Хваленые спецы из девятого управления, только начали движение, когда Алексей развернулся и, прикинув, откуда мог прозвучать выстрел, заметил в окне третьего этажа служебного здания движение.
— Там, третий этаж. — Крикнул Алексей коллегам.
Двое кинулись в указанном направлении, а остальные, окружив босса, ощетинились табельным оружием.
Алексей приподнялся, и, зажимая рукав, набухающий теплом, присел на ступеньку. Голова слегка кружилась, но рука еще не болела.
Соломон, осознав что случилось, пустил слюну, заморгал глазами и вдруг кинулся к Олегу Владимировичу. К счастью его перехватила тормознувшаяся на воротах металлодетектора охрана. Спецы из хваленого Моссада точь в точь как и отставники девятого управления, обступили своего подопечного, пытаясь укрыть от повторного выстрела. А затем, сын Израиля, гневно выкрикивая в адрес компаньона непонятные слова, позволил им увести себя внутрь.
Алесей повернул голову и уперся в ненавидящий взгляд босса.
Охрана подхватила шефа, усаживая в машину. Хлопнули дверцы. Бронированный Мерседес, стирая резину, словно гоночный болид, рванул с места, за ним «подорвались» джипы сопровождения.
Алексей удивленно обернулся. Похоже, о нем просто забыли. Хотел встать, но в руке полыхнула боль, в глазах потемнело.
И уже как в тумане увидел бегущих к нему милиционеров в бронежилетах. Они окружили сидящего, а лейтенант, видимо старший наряда, приступил к выяснению деталей происшествия.
Морщась от боли, Алексей изложил ситуацию. Неловко выудил из кармана визитку и отдал лейтенанту. — Вот. Телефон моего начальника, ему уже наверняка доложили. Лейтенант, косясь на раненого, набрал номер. Из неплотно прижатой трубки, донесся жизнерадостный баритончик Сан Саныча.
— Лейтенант Сидорчук. Линейный отдел УВД Шереметьево два. У вас работает, Бессонов Алексей Михайлович? — Представился лейтенант и зачитал с визитки.
— Да, есть такой. — Рокотнуло в трубке.
— Алексей Михайлович находится возле входа в Аэровокзал Шереметьево, у него пулевое ранение в руку. Он утверждает, что на директора вашей фирмы было совершено покушение.
В трубке возникла небольшая пауза. — По моей информации, — прервал ее построжевший голос, — сегодня Алексей Бессонов отпросился с работы, чтобы встретить кого-то, кажется, действительно в аэропорту.
А наш шеф сейчас находиться на совещании в бизнес центре, я с ним только что разговаривал по телефону. — Заверил начальник службы безопасности. — И вообще, Бессонов работает у нас недавно, но уже получил несколько предупреждений, в том числе и за неосторожное обращение с оружием. Может, он сам себя подстрелил? Пьян, поди? Но мы, конечно, разберемся. — Подвел черту Сан Саныч. — И еще раз заявляю: Никакого покушения на моего начальника не было. У вас еще есть вопросы? Тогда, до свидания. — Абонент отключился.
Лейтенант пристально глянул на Алексея: У вас есть оружие, гражданин?
Алексей, не сразу понял, что у него спрашивают — А? Да, с разрешением.
— Достаньте и медленно передайте мне. — Потребовал молоденький лейтенант, но видя, что Алексей не в силах дотянуться, вытащил пистолет из наплечной кобуры сам. Понюхал ствол. Не пахнет. — Пили сегодня?
Алексей начал заводиться: Смеетесь? Сам себе прострелил руку, за сто метров, из винтовки? И вообще, помощь окажите, я совсем кровью потек. — Проговорил он заплетающимся языком.
Его отвели в медпункт, откуда и забрала Скорая. Оказалось, что пуля зацепила кость и прошла навылет. Ранение не смертельное, но противное.
Он вновь лежал в палате и смотрел в потолок, размышляя о случившемся. Картина сложилась простая и красивая: Олег Владимирович, не поделив что-то с компаньоном, решил того устранить, причем сделал это в крайней спешке, и с вопиющим непрофессионализмом, чуть ли не экспромтом, а Алексей влез и сломал всю игру. Обозленный неудачей шеф, решил свалить неприятности на телохранителя, и приказал начальнику охраны, озвучить эту позицию. Вот и все.
Алексей не знал, что вернувшись из аэропорта, взбешенный олигарх устроил Сан Санычу форменный разнос.
— Кто тебе его подсунул? — орал он, в бешенстве, бегая по кабинету.
— Тренер его. Этот Бессонов всю жизнь на ковре кувыркался. Надежный — Доложил Александр Александрович.
— Этот надежный, @… - Шеф проглотил ругательство. — Уволить, к чертям, по статье. Свободен.
Олег Владимирович, заключив контракт с Израильским компаньоном, был весьма доволен. Перспектива обуть Соломона на пол лимона зеленью грела как никогда. Но когда эйфория прошла, и он внимательно прочитал контракт, сообразил, что попался как "навага на поролон". Его пейсатый друг, воспользовавшись разночтениями в Российском и Израильском законодательстве, внес в договор один маленький пунктик по которому, в определенных условиях, олигарх не только выплачивал огромную неустойку, но и фактически терял контроль над всей компанией. А условия эти были неизбежны. Олегов юрист, дока в Российском законодательстве, прошляпил этот пункт, посчитав данью национальным традициям.
Олигарх обмер, и схватился за голову. Мысли метались как белки в колесе. И тут его осенило. Для вступления в полную силу договор должен быть зарегистрирован не только в России, но и в Израиле.
"Значит, он не должен туда долететь". — Мрачно подумал обманутый олигарх.
Для исправления ситуации у него оставалось совсем мало времени и пришлось играть с листа.
"И не смотря ни на что, все могло срастись, получиться, не ввяжись е этот тупоголовый охранник. Погоди. — Мелькнуло в голове у Олега Владимировича озарение. — Почему я решил, что тупой? Как он смог вообще увидеть стрелка, если стоял спиной к зданию?
А не Соломонов ли это хлопец? — Охнул делец. Ходили скупые разговоры, что тот дружен с Моcсадом. Может этот охранник и есть… — По спине олигарха скользнул холодок. В животе булькнуло.
"Соломон естественно все понял, и сейчас уж точно не остановится, пока не сожрет с потрохами, хотя бы из мести".
Он вызвал начальника охраны: Есть подозрение, что этот Бессонов, еу охранник — человек Соломона. А еще вернее — Моссада. Да, понимаю, звучит дико, но… Попробуй выяснить? И еще. Когда этот придет за документами, за ним не ходить, но обеспечить наблюдение, чтобы каждый шаг был на диске. Сдается, казачок все же засланный, пусть даже и не из службы, но крот. По логике он должен снять закладку, наверняка есть. А вот на выходе мы его возьмем, не отвертится. И пусть тогда Соломон орет о правах человека. Обставим все как промышленный шпионаж, аннулируем договор. А если Моссадовский, даже лучше. — Потер ладони Олег Владимирович, чувствуя запах наживы. — Тогда мы им и шионаж против страны протащим. Чуешь? Он все контракты сам отдаст, сука.
Олигарх забегал по кабинету, чувствуя азарт. — Но нужна доказуха. Железная. Запись, хабар, и признанка. — В ажиотации бизнесмен перешел на привычный жаргон. — Прессанешь как следует, все сдаст. Главное, не упусти…