Страница 18 из 38
Это уже потом, когда с помощью тогдашних иностранных разведок, масонских лож, импортного, главным образом еврейского капитала, в России начали раскрутку так называемого революционного движения, началось в кругах инородческой интеллигенции повальное увлечение марксизмом.
Стало модным объявлять себя сторонником Маркса.
Но эта дурь быстро прошла.
Революция 1905 года, кстати, совершенная на деньги еврейских банкиров, показала, что такое «марксизм и восстание». Так, по- моему, называлась одна из брошюр Ленина.
Интеллигенция, даже либерального толка, отшатнулась от марксизма, от революции.
Был выпущен сборник «Вехи», в котором тогдашние идейные кумиры разгромили в пух и прах «научный» коммунизм.
К сожалению, протрезвели далеко не все. В 1917 году Россию опять сотрясли две революции, обернувшиеся громадной трагедией для русского народа.
После октября 1917 года, кроме марксизма-ленинизма, все другие измы и всякая иная мысль были просто поставлены под запрет. Казалось бы, всё: сбылась мечта большевиков - все общество только тем и занималось, что овладевало марксизмом. Но не тут-то было.
Оглядываясь сегодня на наше прошлое, 20-30-40-50-60-е годы, мы видим, что то, что вожди КПСС с трибун съездов и пленумов называли марксизмом, ничего общего с собственно теорией Маркса-Энгельса не имело.
Да, термины, определения и прочая словесная форма соблюдались. Но внутреннее содержание стало не только не марксистским, но прямо противоположным марксизму.
Примеры? Пожалуйста. Первый - ленинская новая экономическая политика (1921 год).
В чем суть этой политики? Грубо говоря, в экономике - капитализм, а в политике - социализм.
Где у Маркса вы найдете такое сочетание?
Второй - сталинский социализм в одной стране.
Опять-таки какое отношение он имел к мировой революции Маркса? Никакого.
Именно за это отступничество от марксизма Сталина и критиковал Троцкий. Правда, закритиковался до того, что подосланный Сталиным убийца проломил Троцкому голову ледорубом в 1940 году.
Вот это, кстати, по-марксистски! Как говорил великий пролетарский писатель Горький, если враг не сдается, его уничтожают.
Третий - восстановление страны после Великой Отечественной войны.
Сталин сосредоточил все ресурсы внутри страны, подчинил всё единой воле. Результат известен - к середине 50-х годов СССР вышел на передовые рубежи в науке и технике.
Так что - никакого отношения к России «научный» коммунизм Маркса и прочих его реальных и мнимых последователей не имел.
Русский народ сумел преодолеть эту теоретическую утопию. Причем сделал это весьма умно и по-русски неброско: клянясь в верности учению Маркса, произнося вслух марксистские термины, внутренне вкладывал во всё это своё - русское содержание.
Не случайно в 1991 году народ и пальцем не пошевелил в защиту марксизма-ленинизма, да и самой КПСС. Как это ни дико прозвучит - мы, наша ЛДПР, защищали КПСС от нападок демократических отморозков.
Так же и потом - мы, единственная партия, защищали СССР, резко осудили сперва сдачу Горбачевым - Лукьяновым Верховного Совета СССР, а затем и Беловежский сговор Ельцина - Кравчука - Шушкевича.
Советский Союз замышлялся как воплощение марксистско-ленинской национальной политики. Он возник, потому что Ленин и прочие большевики (кроме Сталина) выступали с вредной и антироссийской теорией права наций на самоопределение.
Именно благодаря этому «праву» или его ельцинской трактовке - «берите суверенитета столько, сколько проглотите» - был развален СССР, а теперь по всем швам трещит Российская Федерация. В этом оказался вред коммунистической теории для России.
Коммунизм - это политическая сказка для взрослых.
Люди верят. Мечта - иметь равные условия.
Коммунизм уравнивает всех: богатых не будет, а каждый получит по способностям.
У прежних хозяев всё отобрали: богатство, власть, кого-то выгнали за границу, в эмиграцию, кого-то расстреляли.
После такой операции стали всех уверять, что можно спокойненько построить коммунистическое общество. Наши дети заживут тихо и хорошо.
Я сам жертва этого обмана. Мне было 15 лет, когда приняли Программу построения коммунизма. Я, мальчик, радовался, что приду в магазин, возьму что хочу. Жилье у меня будет нормальное, лучше, чем тогда было. Работа будет любая.
Опасность в чем? Миллионы людей стараются успокоить, что равнозначно - убаюкать. Это политический наркотик - коммунизм. Вот что самое страшное. Потому что все в него втягиваются. Все начинают мечтать и думать о светлом будущем, а не о реальном настоящем. Все бросаются строить не свою жизнь, а именно светлое будущее, как в сновидениях Веры Павловны из романа Чернышевского «Что делать?».
Обычный наркотик употребляет небольшая часть общества. А этот - светлое будущее коммунизм - хватают сразу все. Октябрята. Пионеры. Комсомольцы. Члены КПСС. Беспартийные. «Единый блок», «нерушимый блок», одна партия. Все изучают Ленина, Сталина, Маркса, Энгельса. На всех предприятиях изучаются политические материалы одного и того же толка. То есть –в наличии идеологический охват всей страны.
На определенном этапе даже кажется, что хорошо: единица общества становится во главу угла.
Само общество становится единицей, делается однородным.
Нет очень богатых, но и нет нищих, некому и нечему завидовать. Все едут в трамвае. Все живут в коммунальной квартире. Максимум возможного - трехкомнатная квартира. Это для единиц - предел 4-5 комнат - лишь отдельные единицы: секретарь обкома, академик, генерал. Для остальных: семья из 5 человек - 3-х комнатная квартира.
Установился даже стандарт: 2-комнатная квартира - на 4 человека, зарплата - 200 рублей. По 50 - на человека, с голоду никто не умирает. За копейки - электроэнергия, квартплата, трамвай, метро. Путёвки есть - 7 рублей. Уравниловка успокаивает.
Но потом наступает отупение.
Миллионы людей перестают работать. Падает производительность труда. Выпускают ненужную обувь, ненужные товары, ненужные машины – всё низкого качества.
Сами идеологи чертыхаются. Сами стараются поехать за границу, именно на Запад, именно к капиталистам, потому что там красивее, там живее. Здесь плохо: «Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жить». Мы, дескать, построим коммунистическое общество.
Вопрос: Насчет лозунгов. Помните, знаменитый тезис: социализм - это советская власть плюс электрификация всей страны.
Жириновский: Вот они, лидеры КПСС, как бы вырезали этот лозунг, убрали из него первую часть - власть.
У нас везде было электричество. Газ - не везде. А электричество было везде. Телефоны - не везде. Радио, телевидение - везде.
Лампочки зажгли по всей стране. На всех улицах они всегда горели, много их было. На первых порах это играло роль. Люди были спокойны, люди не нервничали, людей нельзя было поднять на какую-то новую революцию, люди любили Родину. То есть первый этап - хороший этап. Большинство людей довольно.
Недовольна небольшая кучка интеллигентов, небольшая кучка преступников, их удавалось органам правопорядка привлечь к ответственности. Но раз такая серая жизнь удовлетворяла массы – значит, такое общество должно было бы замереть, не развиваться. И что немаловажно, не должно быть соседей, других стран. Но соседи есть. Есть другое окружение. Если мы его не можем догнать при той системе отношений, которую установили сами, то должны прийти к другой системе. Быть постоянно худшими, чем они, мало кому хотелось.
У нас была мощная армия.
Но армию, как говорится, на хлеб не намажешь. Армию на дискотеку не приведёшь. Армию не превратишь в костюм, в пляж, в удовольствие. Армия - безопасность.
Но дальше-то что? Молодежь и интеллигенция искали выход. Всё больше и больше людей подвергалось коррупции.
Люди искали дополнительные источники доходов. Потому что жить всё время на 200 рублей не хотели. Волей-неволей возникало желание где-то украсть. Несуны. Все несли.