Страница 24 из 62
Кстати, некоторые легко понятные изменения в схемах (от раза к разу) мы применяли еще и для того, чтобы продемонстрировать разнообразие приемов логико–графического структурирования. Можно так, а можно этак.
В одном из рекламных роликов, где какая–то жвачка гарантирует свежее дыхание, юноша решил, что этим свежим дыханием можно покорить девушку, и направился к ней. Но не сложилось. И получил: мы вам обещали только свежее дыхание. Ну, не прямая аналогия, но что–то в этом ключе скажем и мы. Мы вам обещали точность, хорошее усвоение, понимание и запоминание. И радость творческого труда. Но не исключение его. Труд нужен, и не меньший, а больший. Но зато…
Проверьте себя теперь, как семиклассница Катя, какие узлы насколько усвоились, и прикиньте, что из этого усвоилось бы без нашей схемы.
Но мы обещаем вам все же не только «свежее дыхание». Предположим, вам предстоит выступать перед аудиторией. Вряд ли вам захочется походить на Брежнева, который читал доклады по бумажке, что вошло в кухонные анекдоты застойной поры. Наоборот, вам было бы приятно владеть материалом и блистательно его излагать со схемами на шрайбпроекторе. Другой жизненный сюжет — надо сдавать важный экзамен. Можно пыкать–мыкать, долго вытаскивая из памяти об–рывки нужных сведений. И, заглядывая в глаза преподавателю, вымаливать этим униженным взглядом у него желанную отметку. А если экзамен конкурсный?! Нет, лучше нарисовать такие схемы, которые вызвали бы изумленные вопросы у экзаменатора, а ответы ваши оказались бы столь точными и глубокими, что если бы он, не дай бог, й захотел бы вас «срезать», то забоялся бы, ведь все «запротоколировано». Да и ответить надо так, чтобы любой, даже коррумпированный экзаменатор зауважал бы вас настолько, что совесть или страх разоблачения не позволили бы ему это сделать.
Так вот, когда придет время экзамена или устного выступления, времени на «доучивание» уйдет намного меньше, а материалом вы будете владеть так, что все равно, с какого конца начинать. Вы воспроизведете его весь; нет, текста будет, как мы обещали в начале книги, даже больше, чем вы получили перед процессом структурирования. Во всем этом вы сможете убедиться на том самом фрагменте из Маркса — Энгельса, который вы уже проработали вслед за нами. Но, несомненно, если текст самостоятельно переведен в грамотно построенную логико–графическую схему, эффективность запоминания и эффектность прилюдного воспроизведения резко возрастут. Даже если вы застенчивый человек! Все это мы еще обсудим отдельно в сотне строк.
Но для того чтобы этого достичь, читателю надо разобраться еще в нескольких «технологических» узлах. Все еще на примере из «Ком–манифеста».
ЕЩЕ НЕСКОЛЬКО ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ УЗЛОВ
При структурировании больших кусков текста, для того чтобы сделать понятной структуру, приходится переформулировать фразы. Так, в приведенной логико–графической структуре вместо авторской фразы «их маленького капитала недостаточно для ведения крупных промышленных предприятий» мы написали «капитал П НС СС (представителя низшего, слоя среднего сословия) мал, его недостаточно для ведения крупных промышленных предприятий». Сказано короче, а смысл тот же. Не переформулируете — тогда придется укладывать в рамки фигур–понятий длинный текст или вписывать его в выноски. Замучаемся! А если вообще откажемся от логико–графического структурирования— будем плавать в тумане первоначального текста. Надо переформулировать. К слову, вопрос о редактировании текста при простом конспектировании (то есть без схематизации) мы будем еще подробно обсуждать в книге.
Уметь переформулировать надо не только для краткости, но и для приведения текста как бы к общему знаменателю. Мы уже говорили о том, что авторы часто употребляют по отношению к одному и тому же соотношению понятий разные слова. Примеры словосочетаний, выражающих родовидовые соотношения, разбирались на с. 82—83. Словосочетания, выражающие соотношение частей и целого, приведены на с. 99–100. Материал по трансформации, касающийся того же, см. на с. 108. Причинно–следственные связи обсуждались на с. 105—106. Итак, разные слова — один смысл. Человек, читающий текст, может, однако, сам свести значительное разнообразие словесного отображения к теперь известным нам четырем вариантам. То ли к классификационному соотношению, то ли к «части и целое», а то, может бьпь, к трансформации или к причинно–следственным делам… Вот фраза: «опускаются в ряды пролетариата». Мы свели это к процессу превращения в пролетария (трансформация). А вот к чему сводится фраза «частью оттого, что их маленького капитала недостаточно для ведения крупных промышленных предприятий, и он не выдерживает конкуренции с более крупными капиталистами…»? Легко видеть, что это причина превращения в пролетария. Мы ее в нашей сложной схеме разбили на две простые схемы.
Надо всемерно стараться свести содержание к одному из четырех вариантов. В науках эта четверка наиболее значима.
Мы, правда, еще договорились о том, что отображать увеличение чего–либо будем так:
Уменьшение чего–либо — так:
А если в тексте указание только на временную последовательность, но ничего не говорится о характере этой последовательности, то — так:
Все это тоже можно применить по случаю, но такие случаи в науке встречаются существенно реже. Но вот «наша совесть чиста». Старались изо всех сил свести к «четверке» и даже найти возможность свести к дополнительной «тройке», но не получается, не судьба Такое возможно. Ну что ж, прибегнем, как мы уже договорились, к «свободной» записи.
* * *
Трудно бьшает соблюсти абсолютно все правила, о которых мы говорили в первых главках книги. Мы писали, что выноски должны быть вне поля схемы. Схема должна представлять соотношения понятий в чистом виде, без помех. А выноски мешают. Но вот что–то из выносок «заскочит» внутрь собственно схемы. Не уместилось. Если это как исключение, а не как правило, потерпим. Или, наоборот, что–то из смысловых структурных фигур «выскочит» за воображаемую рамку в «поле выносок», тоже как исключение, а не как правило, потерпим. Что–то непохожее не будет выделено цветом и формой рамки — что же, удовлетворимся лишь разницей в расположении. Но стремиться к максимальному соблюдению оговоренных правил все же надо. Примером исключения из правил может послужить все та же наша многосложная схема, иллюстрирующая фрагмент из «Комманифеста». Аббревиатуру «П НС СС» мы взяли в нескольких местах в прямоугольные рамки с углами. Так удобнее выделить и удобнее сделать выноски с расшифровками. А линий, параллельных прямоугольникам, вблизи нигде нет. Так что прямоугольники с углами здесь не только допустимы, но и целесообразны.
Обратим особое внимание, что сложные научные тексты требуют сложных логико–графических структур. Взглянем вновь на рис. 148, где «яйцо превращается в цыпленка под воздействием тепла курицы и генетических механизмов», и отфиксируем логико–графическую структуру, отображающую это. Схема простая, даже простенькая по сравнению с логико–графической структурой (рис. 160), отображающей фразу из «Комманифеста». Как говорится в рекламных роликах, почувствуйте разницу. Но как бы ни сложна была л огико–графическая структура, онадолжна быть хорошо гешгальтирована. Теперь, когда мы
имеем пример многосложной схемы («Комманифест»), убедимся, что в ней много простых логико–графических схем, каждая из которых более или менее хорошо вьщеляется как гештальт из фона, то есть из всей многосложной схемы. Для экономии места мы видоизменили каждую простую схему, но ее легко отыскать в большой схеме. Вот они — эти простые схемы. Их много (см. рис. 161).