Страница 62 из 85
— Нет-нет! — испуганно вскричала Юля, замахала руками. — Нам туда!..
Магичка указала на один из проходов, побежала во тьму. Но я перехватил, грозно цыкнул. Извлек из сумки руну «Сол» и после минутного транса заставил камень светиться. Фонарик не помешает. Взглянул на ведьму и подмигнул…
Густая тьма опять обратилась редкими сумерками. Я начал различать смутные очертания коридоров, фигуры девушек и минотавра. Окружающая обстановка разительно менялась. Сырость исчезла, навстречу подул сухой знойный воздух. Пол разогрелся, стены тоже потеплели. Одежда высохла. Но скоро начала намокать вновь. От пота. Слух ловил грозный гул, сквозь щели и трещины в полу пробивались красноватые лучики. С каждым шагом становилось жарче. Казалось, идем по длинной духовке. А где-то внизу под камнями бушевало адское пламя.
Очень скоро мы оказались в зале, как две капли воды похожем на тот, где встретили минотавра. За исключением того, что фонтан извергал пламя, а в бассейне плескался расплавленный металл. На кубе очередные зодиакальные завитушки — Лев, Стрелец, Овен. И снова Солнце.
Надолго оставаться не стали. Во-первых, рассматривать особо нечего. Во-вторых, подобный жар выдержать долго нельзя. По широкой дуге обошли пламенный гейзер и вновь очутились в лабиринте. Но и тут не намного лучше. Красноватые сумерки, отсутствие кислорода, грозный гул огня, что бушевал внизу. Сквозь трещины и щели между плитами пола били дымы, то и дело показывались лукавые язычки огня. Подошвы ботинок плавились, пот ручьями катился по спине и лицу. Мы не выдержали и нескольких минут, побежали. Хрипели, кашляли и задыхались, то и дело спотыкались. Нижняя часть плит спеклась до состояния стекла, верхняя потрескалась от жара. Создавалось впечатление, что иногда лава подступала к самому полу лабиринта. Страшно представить творящееся здесь в подобные моменты. Настоящий Ад!
Удача улыбнулась, и мы выбрались из огненного сектора достаточно быстро. Обожженные, уставшие, но живые. Снова потянулись запутанные коридоры, переходы и залы. Девушки держались на удивление стойко. Не хныкали, без устали мерили шагами пол. Лишь по обескровленным лицам и тоске в глазах заметно как измождены…
В последний зал с символами Знаков Зодиака вошли спустя целую вечность блужданий. Этот оказался гораздо больше и красивее, светлей и величественней предыдущих. Посередине ритуальный бассейн, украшенный затейливой лепниной, резьбой. На черном кубе неизменным серебром подкрашены закорючки: Весы, Водолей, Близнецы. И вновь Солнце. Из отверстий на кубе со свистом и шелестом вырывались тугие спирали воздуха. Древние статуи героев и красавиц наблюдали за нами с холодным равнодушием. На стенах картины эпических битв: поля и леса, стрелы и копья, молнии с небес, стаи черных тварей побиваемые отважными воинами.
Девушки охали и ахали, восхищались, всплескивали руками. Ходили по залу, присматривались, тыкали пальцами. А я обессилено прислонился к стене. Дышал и не мог надышаться. Пытался унять дрожь в коленках, боролся с подступающим беспамятством. Зал осмотрел лишь мельком — не до любования красотами. Попытался оценить степень опасности и решил проверить поисковым заклятием, полез в сумку за рунами. Но вспомнил о минотавре и решил не напрягаться. Монстр костьми ляжет, но не допустит, чтобы с головы Сони упала хотя бы волос.
Митя громыхал копытами, неуклюже топал. То и дело порыкивал, нагибал рогатую голову к ведьме, чтобы приласкала и почесала. Смотрел на девушку с тоской и обожанием. Соня улыбалась, называла монстра Митечкой и поощряла поглаживанием. До сих пор при воспоминании о скоротечном бое по спине бегали холодные мурашки. Наверное, следовало радоваться, что Митя полуразумный. Тело человеческое, но мозг определенно недоразвитый, привязанный больше к инстинктам. Потому и поддался очарованию Сони так быстро.
В какой-то момент я потерял ощущение реальности. Стоял у стены, размышлял о превратностях жизни, магии, женщинах. Пытался злиться на Соню, вспоминал о Старейшинах, думал о поиске выхода из лабиринта. И за всем этим потерял контроль над телом, стал засыпать. Накатила волна теплой темноты. Подхватила разум, стерла тревоги, боль, слабость. С великим облегчением я поддался, утонул в омуте спокойствия.
Словно издалека долетели взволнованные возгласы девушек, послышалось ворчание минотавра. Я попытался отмахнуться, глубже окунулся во мглу дремоты. Но тут почувствовал холодное прикосновение. Резко распахнул глаза. С недоверием уставился на черную липкую нить, что подобно змейке обвивала ботинок… Тихое шипение — из стыка плит проклюнулся еще один росток. За секунду вырос, разлился антрацитовой лужицей. Лодыжку ожгло льдом, нога онемела.
Удивленный возглас заставил приподнять голову. Девушки стояли посреди зала, отчаянно пытались оторвать ноги. Но вязли в зарослях странной черной травы. Лица бледные, глаза расширены, а рты приоткрыты. Юля дернулась, со стоном рванулась. Раздалось мокрое чавканье, несколько волокон порвалось. Но остальные натянулись, держали крепко. Девушка пошатнулась, упала на одно колено. И закричала от ужаса… мокрые нити ринулись в атаку, буквально за секунду оплели по пояс.
— Саша! — вскрикнула магичка.
— Иду! — решительно произнес я.
Но не тут-то было. Едва шевельнулся, каменные плиты окутала призрачная мгла. Пол обратился вязким шевелящимся ворсом. И уже сотни побегов впились в ботинок. Оплели, попытались прорезать толстую кожу. Ткань штанины покрылась инеем. Лодыжку ожгло холодом, нога онемела. А в душе родилось понимание и звенящая безнадега. Попались! Очередная ловушка лабиринта, эффективная и страшная. Заклятие Мертвой Травы, сильнейшее в арсенале колдунов и друидов. И очень коварное. Никакие силы не смогут преодолеть натяжение нитей. Первый шаг получится. Но потом побеги станут крепче стальных канатов. Жертву просто разрежет на части, обратит в мелкий фарш.
— Саша! — всхлипнула Юля. Ухватилась за один из побегов, рванула. Но тут же зашипела от боли и одернула ладони. С пальцев упали капли крови. — Не отпускает.
— Не шевелись! — выдохнул я. — Только не шевелись. Сейчас что-то придумаю.
Со страхом посмотрел под ноги, осторожно и медленно принялся освобождать ногу. Но волокна, словно живые потянулись следом. Парочка лопнула. И это явилось командой. Ботинок с силой впечатало в пол, по ворсу прошла короткая судорога. Брызнули тонкие дымы, начали сворачиваться и уплотняться. Превратились в громадные толстые лианы.
— Что делать? — воскликнула Скорпионша.
— Ничего, — поспешно произнес я. С трудом сглотнул, постарался сохранять спокойствие. И одновременно потянулся к рунам. — Не дергайся, они реагируют на движение и тепло. Сейчас попробую иначе…
Впрочем, я обманывал сам себя. Ведь знал, что времени на контрудар просто нет. Заклятие уже вошло в полную силу. Через полминуты мы умрем… В груди похолодело, а поджилки пощекотало. Зал покачнулся перед глазами, свет и тьма закружились в бешеном водовороте. Но я сумел удержать панику в узде. Облизнул пересохшие губы, нащупал несколько рун. В мозгу замелькали схемы, заклятия, формулы… Соображай быстрей, Саня! Давай же!..
Мощный удар прервал размышления. Раздался рык, сопение, мокрый хруст и чавканье. Минотавр оторвал копыто от пола, сделал шаг. Затем еще и еще. Наклонил голову. Медленно, словно человек борющийся с ураганным ветром, подошел к магичке. Наклонился и полоснул когтями по черным змеям. Подхватил девушку, развернулся в сторону выхода и словно пушинку метнул во тьму коридора. Скорпионша взвизгнула, послышался глухой удар и стон. Но уже через секунду Юля крикнула:
— Я в порядке! Тут нет лиан, давайте ко мне…
— Митя! — скомандовала Соня.
Чудовище послушалось. Тяжеловесно развернулось, освободило ведьму. И тоже ловко зашвырнуло в проход. Поколебалось, повернуло голову ко мне… В блеклом свете магических фонарей стало видно, что несколько шагов дались минотавру огромными потерями. Ноги испещрены глубокими рваными ранами. Просматривались волокна мышц и сухожилия, на пол непрерывно стекала кровь. Митя дрожал, будто в лихорадке. На губах выступила кровавая пена, глаза налились красным. Но монстр пока держался, топтал и разрывал острые волокна.