Страница 55 из 99
Численно кочевая часть Улуса Джучи, быть может, и не преобладала над оседлой, однако в области политической она играла первенствующую роль. Хозяевами государства были представители ее знати — ее эмиры, беги, нойоны,[463] стоящие во главе отдельных кочевых племен, возглавляющие в качестве тысячников и темников, а то и более крупных войсковых начальников, отдельные части золотоордынского войска (центр и крылья). Одни из них жили при ханском дворе, начальствовали над отдельными отрядами его войска, руководили отдельными ведомствами несложного центрального управления, другие были наместниками в Болгарах, Крыму, Хорезме и иных областях государства, третьи жили в степи, в качестве глав отдельных племен, — кунгратов, мангытов и т. д. Всех их объединяло одно — они были феодалами кочевого или полукочевого и полуоседлого характера, все были капризны, своевольны, стремились в своем кругу быть максимально самостоятельными и иногда даже независимыми, при слабых ханах подымали голову, вели интриги, создавали склоки, устраивали (при подходящей обстановке, конечно) дворцовые перевороты и т. д.
В их среде, несмотря на такие общие им всем черты, были существенные разногласия, прежде всего по вопросу об отношении к городам и земледельческим культурным районам. Одни из них были связаны с ними личной собственностью, участием в их жизни, почему и склонны были идти на принятие ислама; другие, напротив того, считали за лучшее знать только-одну кочевую скотоводческую жизнь и пользоваться данями и налогами с покоренных оседлых областей. Эти разногласия невольно переносились в придворную обстановку и отражались в политической жизни иногда очень резкими столкновениями.
Из всего вышеизложенного ясно, что порядок и покой, о котором упоминает Ибн-Арабшах, были по существу только наружным и притом временным явлением. Нужны были лишь незначительные удары, а то и толчки, чтобы все намеченные противоречия пришли в движение и в Золотой Орде наступили смуты. Последним годом твердой власти и покоя в Золотой Орде и надлежит считать 1356 г., когда Джанибек-хан захватил Азербайджан и его столицу Тебриз.
Вернемся к изложению событий этого времени. Выше говорилось, что Джанибек-хан передал своему сыну Бердибеку наместничество в Азербайджане, а сам направился домой в свою столицу. По дороге он захворал и, не доехав, умер. Большинство источников — мусульманских и русских — считают, что он был убит по инициативе своего сына Бердибека, и только некоторые рассказывают о его смерти в результате болезни. Наиболее подробный рассказ о смерти Джанибек-хана приведен у "Анонима Искендера" (Муин-ад-дин Натанзи). Когда, согласно рассказу последнего, определилось, что Джанибек очень серьезно болен, Тоглу-бай, один из главных его эмиров, написал письмо Бердибеку в Тебриз, прося его скорее приехать, чтобы в случае смерти хана царство досталось ему. Бердибек жаждал власти и тотчас же выехал, не получив на то разрешения отца.
Когда уже где-то за Дербендом, на пути в Сарай Берке, Бердибек явился в ставку отца, последнему стало лучше. Кто-то из доверенных хану людей сообщил ему о прибытии сына. Джанибек заволновался и решил посоветоваться с упомянутым выше Тоглу-баем, не подозревая, что он-то и есть виновник появления Бердибека. Тоглу-бай испугался ответственности, под предлогом расследования дела вышел из ханской палатки и через некоторое время вернулся с несколькими людьми к хану и убил его в ставке на ковре. Тотчас был введен Бердибек, и здесь же началось приведение к присяге находившихся в ставке эмиров. Всех, кто отказывался присягнуть Бердибеку, тут же на ковре и убивали.[464]
Интересный рассказ сохранился в русской летописи. Патриаршая, или Никоновская, летопись под 6865 г. (1357) рассказывает: "Того же лета замятия во Орде не престааше, но паче возвизашеся". Далее говорится, что у Джанибека был темник Товлубий, т. е. упомянутый выше Тоглу-бай (Тоглу-бий). Он был умен, хитер и влиятелен. Желая играть первую роль в Золотой Орде, он начал "шептати цареву сыну Чянибекову Бердибеку, хваля его к вознося, глаголя: "яко время ти есть седети на царстве, а отцу твоему уже время снити с царствиа"". Товлубий уговорил Бердибека убить отца. Заговорщики привлекли на свою сторону "многих князей ординьских", обещая им разные выгоды. Когда все было подготовлено, они вошли к Джанибеку и удавили его.[465] После этого "Бердибек по нем сяде на царстве, и уби братов своих 12; окаанным князем, и учителем своим и доброхотом Товлубием наставляем отца своего уби и братью свою поби…".
Убийство Джанибек-хана имело огромные последствия в дальнейшей жизни Улуса Джучи. Кандидатура Бердибека, как видно из обстоятельств вступления его на престол, была поддержана далеко не всеми близкими ко двору эмирами. Главные феодальные силы с какой-то исключительной быстротой пришли в движение. В Золотой Орде началась междоусобица, а вместе с ней и распад совсем недавно, казалось, такого прочного государства. Недовольство Бердибеком в среде поенной золотоордынской знати было очень велико, и он был убит Кульной — одним из претендентов на ханский престол. Письменные источники[466] говорят, что Бердибек процарствовал всего лишь три года, хотя этому и противоречат данные нумизматики. Принято считать царствование Бердибека с 1357 по 1359 г.
Однако в составе Тетюшского клада имеются монеты Бердибека и более позднего чекана — одна, битая в Гюлистане в 761 г. х. (23 XI 1359 — 11 XI 1360) и другая в Нов. Сарае в 762 г. х. (= 11 XI 1360 — 31 X 1361).[467] Таким образом мы до некоторой степени[468] имеем право передвинуть царствование Бердибека на два года и получим 1357 — 1361 гг. Чтобы представить себе характер этого царствования, следует только вспомнить слова П. Савельева, согласно которым в 762 г. х. мы "встречаем одно за другим имена пяти ханов, выбитые на монетах в одном и том же городе, именно Бердибека, Хызра, Тимур-Ходжи, Ордумелика и Кильдибека".[469] С данными монет трудно согласовать известия письменных источников, из которых следует, что Бердибек был убит его братом и соперником Кульной, монеты которого имеются только от двух годов — 760 и 761 гг. х. В 762 г. х. Кульна уже не чеканил, так как был убит Наврузом, также своим братом. Впрочем подобное противоречие может быть устранено, если найдутся монеты с именем Кульны чекана 762 г. х.
Убийство Кульны только усилило междоусобную борьбу: в Золотой Орде. В течение двадцати лет — с 1360 по 1380 г., т. е. по год прихода к власти в Золотой орде Тохтамыша, там перебывало более 25 борющихся между собой ханов. Имена этих ханов известны нам из мусульманских источников и русских летописей, но главным образом из монет, ибо каждый из таких ханов, а то и просто претендентов чеканил монеты со своим именем, даже в тех случаях, когда территория, которой он владел, была весьма малой частью Улуса Джучи.
Весьма характерно, что русские летописи отражают с боль-шей полнотой, чем мусульманские хроники, события этого двадцатилетия в Золотой Орде.
Нам не известно, кем был выставлен Кульна. Русская летопись, в которой он известен под именем Кульпа, утверждает, что он убил Бердибека и захватил, опираясь на своих сторонников, власть в свои руки. Из самого факта чекана монет с его именем в Гюлистане, Новом Сарае, т. е. Сарае Берке, Азаке[470] и Хорезме в 760 — 761 гг. х. видно, что он, хотя и короткое время, владел огромной частью Золотой Орды. Вместе с тем то обстоятельство, что в те же годы- 760 (=1358 — 1359) и 761 (= 1359), в тех же местах — Азаке, Гюлистане и Новом Сарае — чеканил монеты со своим именем Науруз, известный в русской летописи в транскрипции Наврус, указывает, что власть Кульны была очень непрочной и что Науруз отнимал у него одну область за другой. О Наурузе в мусульманских источниках известно очень немногое. Низам-ад-дин Шами, перечисляя ханов Дешт-и-Кыпчак, помещает Науруза после Кильдибека, но перед Черкесом,[471] не сообщая о нем никаких других сведений. Шереф-ад-дин Али Иезди и автор "Родословия тюрков" в своем более полном списке ханов также помещают Науруза между Кильдибеком и Черкесом.[472]
463
Три эти термина (арабский, тюркский и монгольский) в XIII–XIV вв. обозначали одно и то же — высших представителей кочевой или полукочевой военной знати.
464
В. Г. Тизенгаузен, ук. соч., т. II, стр. 293 (персидск. текст), стр. 128 — 129 (русск. перев.). — Ибн-Халдун не был так подробно осведомлен об обстоятельствах смерти Джанибека и приводит кратко две версии — одну о естественной смерти Джанибека от болезни, другую об убийстве. Последняя версия! указывает, что во время болезни Джани-бек был заключен в оковы. (В. Г. Тизенгаузен, ук. соч., т. I, стр. 389, прим. 2).
465
ПСРЛ, X, Никоновск. летоп., стр. 229. — Рогожский летописец дает этому событию весьма краткое описание, однако излагает канву событий, как у "Анонима Искендера", т. е. — Джанибек, завоевав Мисюрь и посадив на царство Бердибека, "сам оуверноуся восвояси и от некоего привидения на поути разболеся и възбесися". Бердибек был вызван в ставку отца и, сговорившись с вельможами, "отца своего оубил, а братью свою побил". (ПСРЛ, XV, вып. 1, Рогожский летописец, 1922, стр. 66).
466
Ибн-Халдун (В. Г. Тизенгаузен, ук. соч., т, I, стр. 389). — "Аноним Искендера" (В. Г. Тизенгаузен, ук. соч., т. II, стр. 233 (персидск. текст), стр. 129 (русск. перев.). — Хайдер Рази (В. Г. Тизенгаузен, ук. соч., т. II, стр. 272 (персидск. текст), стр. 214 (русск. перев.)).
467
П. Савельев. Тетюшский клад. ТВО, ч. III, в. 3, 1858, стр. 391 — 392.
468
Говорю "до некоторой степени", так как не исключена возможность, что монеты с именем Бердибека могли чеканиться и после его смерти.
469
П. Савельев, ук. соч., стр. 392.
470
Чтение монеты этой не может быть признано абсолютно правильным. См.: П. Савельев. Тетюшский клад. ТВО, ч. III, вып. 3, 1858, стр. 393.
471
Низам-ад-дин Щами, изд. Tauer, 1937, стр. 13.
472
В. Г. Тизенгаузен, ук. соч., т. II, стр. 146; стр. 207 — прим. 1.