Страница 16 из 66
— О-о-о-о-о!!! — простонал чародей, поразительно напомнив незабвенного предводителя джиннов Джамалла Перца.
— Да. Она погибла в вашей гражданской войне, — Яга смахнула набежавшую слезу, — и она, и проводник. А бо-ги остались…там.
— Кто? — накативший спазм душил меня, не давая нормально дышать.
— Зевана — покровительница зверей, хозяйка Безмирья; Китоврас — бог мудрости; Полеля, младший сын Лады и Перуна, — перечисляла Яга, и глаза её снова наполнились слезами, — и Моди…
— Этот не наш, — встрял Кощей.
— Это скандинавский бог, — продолжила Яга, одарив чародея взглядом суровой воспитательницы детского са-да. — Он у них случайно…
— Окочурился, — опять вставил своё веское слово Всевед.
— Несчастный случай, — пояснила хозяйка. — Они его нам на сохранение передали. Вдруг, получится.
— А как… почему они умерли?
— Боги умирают тогда, когда люди перестают в них верить… Их забывают, и они со временем умирают. Или когда приходит новый бог… и их уничтожают целенаправленно. Тогда они погибают почти мгновенно, — печально поведала Баба Яга.
Я всё поняла. Владимир… 980 год…
— Крещение?
— Да. Это было в первый раз, — лицо Яги стало строгим и печальным.
— А второй когда? Революция, — опередила я ответ.
— Чуть позже, — подтвердила хозяйка. — Главных богов Анна воскресила сразу. Анна — это прежняя Берегиня. Но боги умирали постепенно, и она не всегда была здесь, в Порубежье. И как-то раз она не вернулась… Лоцман при-ходил последний раз в начале двадцатых. Сказал, что Анна скорее всего погибла, и сам ушёл… на войну.
— Он был офицером? — Яга согласно кивнула. — Белым?
— Царским.
— Значит, и он…, - она снова кивнула. — И именно по этому вы пускаете в свой мир людей… Они ЗНАЮТ, что вы существуете, они берегут ваш мир от забвения. Они — Обережь…
Я замолчала, переваривая полученные сведения. Значит и я, и Май, и Бориска, и Рада Рубеновна, и многие, многие другие… являются теми тремя китами, которые держат этот мир… И если мы все вдруг… Слёзы навернулись у меня на глаза от страха за этот прекрасный мир, придуманный нашими предками.
— Ты не переживай, Варенька, — бросилась утешать меня Яга. — Всё это былое. Теперь надо воскресить тех, кто остался.
— А я смогу? — прошептала я, с трудом избавившись от спазма в горле.
— Должна смочь. Ты уже сильнее предыдущей Берегини.
— И умнее, — язвительно добавил Кощей.
— А как это делается? — я не обращала внимания на мелкие подначки Бессмертного. — Научите?
— Нет, — Яга с сожалением посмотрела на меня. — Это знают только Берегини и передают знания своим прием-никам.
— А вы не боитесь того, что может натворить Берегиня — самоучка? — с сомнением поинтересовалась я.
— Плохого ты не сделаешь, а зря год терять, не имеет смысла.
— Только в этот день можно воскрешать богов? — удивилась я.
— Можно в любой другой, но в день Рода сама природа будет тебе помощницей. Не отказывайся, Варенька.
— А моё положение не помешает? — я скосила глаза на свой, ещё плоский живот.
— Думаю, только поможет, — ободрила меня Яга.
— Май! Ты слышал? — позвала я мужа.
— Слышал, — Андрей заглянул в окно. Всевед обернулся на голос и кивнул новому собеседнику, совсем не уди-вившись. Знал, наверное. — Я в замешательстве. Надо всё взвесить.
— Вы подумайте, — согласилась с ним Яга.
— Какие могут быть негативные последствия? — с тревогой глядя на меня, спросил муж.
— Никаких. Или они воскреснут, или всё останется как есть до следующего раза.
— Значит, надо пробовать! — озвучила я своё решение. — Чего тянуть?
— Замечательно! — очень обрадовался Всевед и порывисто вскочил с лавки, намереваясь нас покинуть. Но у меня была к нему ещё парочка вопросов.
— Погодите, — остановила я его. Он сразу весь напрягся и с мольбой посмотрел на Бабу Ягу. Она только пожала плечами, давая понять, что тут она не властна. — Как вы узнали, что было в замке Алмалут? — спросила я, не обращая внимания на присутствие мужа. Потом ему всё объясню.
— Я же говорил, что у меня везде свои глаза и уши.
— И чьи это были глаза и уши?
— Несчастной мышки, — усмехнулся Кощей, — чуть не умершей от разрыва сердца, услышав визг испуганной женщины.
— Это он о чём? — подозрительно поинтересовался Май.
— Потом объясню, — пообещала я мужу.
— Вам обоим, есть, что рассказать друг другу! — совсем уже весело сказал Всевед, подмигнул нам, соответст-венно правым глазом и с достоинством удалился. — В замок не ходи! — донеслось с крыльца.
— Вот, зануда! — мне стало смешно. Кощей Бессмертный собственной персоной! Кто бы мог подумать?
— Варя, Варя, — покачала головой Баба Яга, — так довести Кощея! — голос у неё был строгий — строгий, а глаза смеялись.
— Ничего я его не доводила. Он первый начал! А что, правда, его так все бояться? Он же не страшный совсем!
— Бояться, — подтвердила хозяйка, — а ты на самом деле его не испугалась? — в свою очередь поинтересовалась она.
— Нет. И с чего вы взяли, что он — страшилище? А-а, поняла! Сила устоявшихся представлений, так сказать… Все эти его невесты, они же напуганы были ещё с детства. «Придёт Кощей, заберёт в чертоги чёрные и… женится!» — я попыталась изобразить тембр бабки — сказительницы. — А, кстати, почему он всегда положительного ответа от невес-ты ждал? Воспитание не позволяло взять девушку силой? Знал ведь, что какой-нибудь Иван — дурак — царевич прито-пает, и замок его разрушит, и невесту заберёт! Странно… но, я отвлеклась. Про что я говорила? — Май и Яга слушали меня, не перебивая. — Ага, про трусливых невест! Вот. Они заранее его уже боялись. А когда он появлялся, весь такой стройный, — Яга не удержалась и хмыкнула, — голос, как у телеги несмазанной, глаза репейником, морда перекошен-ная…, так у местных барышень истерика случалась.
— Кхм…, - Яга еле сдерживала рвущийся наружу смех. — В этот раз истерика с самим Кощеем приключилась. На моём веку, таким я его ещё не видела! А ситуации разные были…
— Это у него истерика такая была?…М-да-а… Пойми этих чародеев.
— Да я думала, что его удар хватит, когда ты ему про бессмертие — безжизние толковала. И то, что не живёт он, а существует…, - она стала возиться по хозяйству. — Такого ему ещё никто никогда не говорил… Ужинать будете? — мгновенно переключилась она на бытовую тему. Мы дружно кивнули.
Тут же на стол из печи перекочевали блины, тёпленькие ещё. Молоко, сметана… Мы ринулись к угощенью.
— Стоять! — скомандовала Баба Яга. — А кто будет мыть руки?
— Лучше мыть руки перед едой, — продекламировал Май, — чем желудок после! — и пулей вылетел во двор. Что-то он сегодня много острит.
Я степенно отправилась за ним, попутно прихватив верхний блинчик.
— Варя! Как дитё малое! — всплеснула руками Яга.
Блины, блины… Блины Бабы Яги я могу есть в любое время суток и в любом состоянии. Хоть и дала она мне свой рецепт, такие у меня всё равно не получаются. А тут ещё сметанка деревенская, варение земляничное (прошло-годнее), молоко… Мы дружно работали челюстями, на время отложив все разговоры. Ополовинив стопку блинов, мы заметно сбавили темп и вернулись к обсуждению насущных вопросов.
— Так что ты там должен был мне рассказать? — прихлёбывая молоко, спросила я мужа.
— Почему я первый? — возмутился Андрей.
— Потому, что про наши приключения ты уже всё знаешь. Ты же подслушивал!
— Я не всё понял, — он спровадил очередной блин в рот, целиком.
— Что именно? — не унималось моё любопытсво.
— Фто с тобой флуфилось? Фейфяс, — он дожевал блин и продолжил, — и за что ты должна благодарить свою беременность?
— Беременность тут не при чём, — Баба Яга утёрла масленые губы салфеткой, — это сила Берегини так действу-ет.
— Сила? А мне показалось, что обычная тошнота.
— Токсикоз у тебя есть? Тошнит постоянно? — дотошно поинтересовалась Яга.
— Только вчера, — созналась я.